пресса о театре

Зрительское: БРАВО!

Действие заметно оживляется с появлением в проходной героини актрисы Лины Веселкиной. С ярким макияжем и длинными голыми ногами, в кожаных, ну очень коротких шортиках, бутсах и черных носках. Девушка забыла пропуск, но ей позарез нужно пройти через турникет. Ведет она себя вначале очень даже адекватно: вежливо просит, потом строит глазки, а далее использует целый арсенал средств женского обаяния. Однако на охрану это не действует. Но, девушке очень надо, и в ход идут другие способы. Перед нами уже женщина-вамп, привыкшая повелевать мужчинами, у неё командный тон, не терпящий возражений: «А ну встал, а ну пошел, а ну открыл!». Безрезультатно. Последняя попытка – взять на испуг: «У меня друзья чеченцы, приедут – всех порежут». Охрана дрожит, забивается в угол, но результата нет – инструкция важнее. Совсем отчаявшись, девица опускается на четвереньки, в таком положении делает обманный ход вдоль зрительских кресел, не спеша разворачивается (вид сзади) и, спокойно, невозмутимой походкой верблюдицы - в раскорячку, и еще умудряясь покачивать бедрами, проползает под турникетом. Все происходит настолько неожиданно, что публика не успевает грохнуть смехом. Не успевает среагировать и охрана. Зато включаются сирена и красный свет тревоги. Потом все гаснет - короткое замыкание. Резко из темноты свет выхватывает фигуру средневекового всадника (артист Егор Барановский). Он в полный рост и в профиль к зрителям. Латы воина и бутафорской лошади блестят и переливаются в лунном свете. Князь Игорь неподвижен, как памятник. Его вид серьезен, взгляд устремлен вперед и будто в вечность. Зрители прыскают смехом, в большей степени от неожиданности образа. В свое следующее появление князь Игорь на лошади уже будет поменьше ростом, публика поймет, что это он слез со спортивного коня, и теперь стоит на полу. Все сложнее и длиннее становятся фразы из летописи, охрана произносит их хором и по очереди, а зрители, постепенно погружаются в другое измерение. Слышен равномерный звон металла. При тусклом свете стоят вертикально копья, словно тростник, воткнутые острием в землю. Раскинулись в позах на диванах охранники, глаза их закрыты. И тут второе явление Лины Веселкиной, уже в образе Ярославны. В длинном, роскошном боярском платье приглушенных коричневых тонов, с кокошником на голове, на лице - приклеенные в виде зеленых ручейков слезы. В руках у неё сложенные в высокую стопку покрывала. С ними она плавно водружается на гимнастического коня, половина одеял рассыпается. Словно во сне, неторопливыми, красивыми движениями она собирает их, при этом каким-то образом не сходя с лошади, потом спускается и, скорбно идя вдоль диванов, набрасывает одеяла на спящих охранников.

Читать полностью