пресса о театре

Экзистенция за Дошираком

Когда перед входом в зал стоит охранник у турникета, причём повёрнут тот так, что не преграждает вообще ничего, первым делом хочется подвигать лопасти. А то чего ЧОПовец стоит как букингемский солдат? Оказывается, двигать было можно. Вообще, если «Слово о полку Игореве» обещает исполнить хор охранников, ожидаешь увидеть не прямое разыгрывание. Так и произошло. Получился интересный спектакль-исследование текста. «Слово о полку Игореве», к слову, это единственный древнерусский текст, дошедший до нас. И опустим все теории о подлоге. Притом его сложно назвать национальной гордостью, что наталкивает на грустную мысль – нет в основе русского сознания монументального текста! У немцев вон, «Песнь о Нибелунгах», у французов Роланд громит басурман, у англичан Беовульф рубит нечисть, а у нас такого текста нет. Да и воспевается в «Слове…» скорее глупость и алчность, выставленная самоотверженностью. И режиссёр Кирилл Вытоптов использует его для поиска точек соприкосновения с сегодняшним миром.

События «Слова…» происходят в одной локации – сторожке, наполненной советскими диванами. Сюжета как такового тут нет. Охранники оказываются в этом месте не пойми для чего, вроде бы и охраняют что-то, да никто не уверен, что именно. Может быть, Годо. И охраняют скверно, пройти через турникет может просто пригнувшийся человек, который вскоре исчезает за таинственной стеной. Ждать повествования и не нужно, не ради нарратива свет ставили.

Построенное как собеседование начало спектакля похоже на постепенное погружение артистов в старославянскую тему. Приказы сказать то или иное древнее слово, метания артистов с текстом «Слова о полку Игореве» выглядят как танцы с бубном, либо как вызов Пиковой дамы. Успехом оно всё заканчивается, когда на зов приезжает сам князь Игорь (Егор Барановский) на потешной лошадке и весь спектакль иногда навещает сторожей. Однако недолго ему царственно ездить. Когда диалог станет прямым, охранники погребут князя под ворохом жалоб на жизнь.

Средством исследования стали вмонтированные в текст псевдовербатимы охранников, которые в общем составляют собирательный образ ЧОПовца. Один сидит в сторожке, поскольку больше ничего не умеет, второй – социопат и прячется от людей, третий со своими двумя высшими не может найти другую работу. А половцами становятся гостями из ближнего зарубежья, с ними на «стрелках» охранники-дружинники дерутся, а князья-олигархи стали только более прожорливыми. «Кто ворует, того и охраняем». Даже конь стал современным – гимнастическим. И несмотря на юмор из-за узнаваемости, всё равно передаётся ощущение потерянности. Как и у солдат Игоря, волнующие вопросы одни и те же. Зачем мы тут? Что мы охраняем? Во имя чего всё это?

Ведь сотрудники ЧОП – целая прослойка людей, которых мы видим каждый день. Но часто в их броню одеты люди, чьё присутствие вызывает вопрос – сможет ли меня защитить от грабежа дедушка с дубинкой? Эта кажущаяся порой бессмысленность похожа на сюжет «Слова о полку Игореве», только не в прямом ключе. Охрана стала не призванием, а последним пристанищем, где все зарабатывают на хлеб, когда негде больше.

В диалоге эпох выясняется – обмельчала дружина русская! Не в битвах теперь наша смерть, а в сидячем образе жизни. Слава Богу, не в стоячем, а то бы ещё варикоз схватили. Граница земель заканчивается на металлодетекторах у входа в зал, её всё хотят пересечь бабушки с ворованными игрушками. А лучше, чтобы и их не было. Охранять бы амбар в чистом поле. Только никому не нужное здание и никого больше! Древнеславянские фразы, произносимые актёрами в подобных случаях, теряют свою монументальную силу, смотрятся абсурдно и забавно. Особенно на контрасте с записанным прочтением в исполнении Марии Зайковой.

Обыгрывается же всё с глубоким чувством достоинства. Такой способ существования актёров усиливает ощущение обнищания внутреннего стержня потомков Игоря. Их даже имён лишили – в программке записаны коды из букв и цифр. При всех поводах для презрения, персонажи его не вызывают. Их воспринимаешь как жертв этой глупой системы. Идёт время, а ситуация остаётся прежней. Есть руководство, отдающее приказ из-за какой-то абстрактной собственной цели, и существуют исполнители – обычные люди, которым хочется благополучия для своей семьи, хочется сытно жить. Из-за этих, в общем-то, простых желаний они идут в смертельные походы и охраняют не пойми что. И нет времени за выживанием осмыслить путь своего бытия.

Итог подводит Ярославна (Лина Веселкина) – биг мама местного ЧОПа. Пускай жизнь такая серая и грустная, но ведь мы вам нужны. А раз мы нужны, значит нужно искать свет в своей судьбе, менять взгляд на вещи. При всём явном социальном выпаде «Слова…», финал избавлен от трагичного «мы – страна охранников-декадентов». Есть у нас и доблесть, и честь. И связь с прошлым, какая-никакая, есть. © Artifex.ru

https://artifex.ru/%d1%82%d0%b5%d0%b0%d1%82%d1%80/%d1%81%d0%bb%d0%be%d0%b2%d0%be-%d0%be-%d0%bf%d0%be%d0%bb%d0%ba%d1%83-%d0%b8%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%b5%d0%b2%d0%b5/