Отзывы


Самые интересные театральные премьеры февраля

5 марта 2020
Весь текст статьи по ссылке: https://iz.ru/981333/vlad-vasiukhin/antonov-ogon-z...После провального «Крошки Цахеса», который Кирилл Вытоптов поставил в прошлом сезоне в Театре им. М.Н. Ермоловой, многие театралы опасаются смотреть новые работы этого режиссера. Но, ка... [ развернуть ]

Весь текст статьи по ссылке: https://iz.ru/981333/vlad-vasiukhin/antonov-ogon-z...
После провального «Крошки Цахеса», который Кирилл Вытоптов поставил в прошлом сезоне в Театре им. М.Н. Ермоловой, многие театралы опасаются смотреть новые работы этого режиссера. Но, кажется, свежей постановкой в Театре на Малой Бронной Вытоптов поправил пошатнувшуюся репутацию.Он снова работает с классическим, хорошо известным текстом, перенесенными в наши дни.

Фрагменты легендарного памятника словесности XII столетия драматург Саша Денисова соединила с реальными и не всегда интересными историями нынешних охранников, невыдуманными рассказами безымянных сотрудников ЧОП. Они стерегут разнообразные объекты — от школы до театральной проходной, вместо лат носят черные куртки, а все их подвиги — поимка в «Детском мире» старушки с ворованной игрушкой.

Финальная фантасмагория вышла не без некоторого эпатажа — всё же изначальный, канонический текст русской литературы! — но наверняка найдет отклик у столичной аудитории, имеющей вкус к филологическим играм.

[ свернуть ]


"Слово о полку Игореве" в исполнении хора охранников. Спектакль Театра на Малой Бронной

5 марта 2020
https://zondnews.ru/review/Slovo-o-polku-Igoreve-v-ispolnenii-khora-okhrannikov-Spektakl-Teatra-na-Maloy-Bronnoy/14151В московском Театре на Малой Бронной, который в настоящее время вступил в полосу радикальных перемен, второй премьерой сезона стал спектакль "Слово о... [ развернуть ]

https://zondnews.ru/review/Slovo-o-polku-Igoreve-v-ispolnenii-khora-okhrannikov-Spektakl-Teatra-na-Maloy-Bronnoy/14151

В московском Театре на Малой Бронной, который в настоящее время вступил в полосу радикальных перемен, второй премьерой сезона стал спектакль "Слово о полку Игореве". Жанр его создатели – режиссер Кирилл Вытоптов и драматург Саша Денисова – определили как "хор охранников". Спектакль, в котором на первый взгляд произвольная связь памятника древнерусской литературы и серых будней служителей ЧОПа, оказывается точной формулой сегодняшнего дня.

Григорий Соловьев

[ свернуть ]


«ЗА ЧЕРНОЙ ФОРМОЙ – ПАЛИТРА ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ СУДЕБ»

5 марта 2020
http://www.teatral-online.ru/news/25661/?fbclid=IwAR1_80lpwfYt8K_ZbJzU62Bz6WP2Sciq3roAq0z2thWv8peJm6o5LDMJKIkКИРИЛЛ ВЫТОПТОВ СОЕДИНИЛ «СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» И ВЕРБАТИМ О ЖИЗНИ ОХРАННИКОВПРЕМЬЕРЫ АННА ТИМИНА | ФОТО: ЛЕНА МОРОЗОВА, МИХАИЛ ГУТЕРМАН, ВАРВАРА ЛИВАНОВАРеж... [ развернуть ]

http://www.teatral-online.ru/news/25661/?fbclid=IwAR1_80lpwfYt8K_ZbJzU62Bz6WP2Sciq3roAq0z2thWv8peJm6o5LDMJKIk

КИРИЛЛ ВЫТОПТОВ СОЕДИНИЛ «СЛОВО О ПОЛКУ ИГОРЕВЕ» И ВЕРБАТИМ О ЖИЗНИ ОХРАННИКОВ

ПРЕМЬЕРЫ

АННА ТИМИНА | ФОТО: ЛЕНА МОРОЗОВА, МИХАИЛ ГУТЕРМАН, ВАРВАРА ЛИВАНОВА

Режиссер Кирилл Вытоптов 20 ноября представит в Театре на Малой Бронной свою новую постановку «Слово о полку Игореве». Легендарный памятник древнерусской литературы XII века о походе князя Игоря Святославовича на половцев встречается здесь с современным текстом драматурга Саши Денисовой о нелегкой жизни сотрудников частных охранных предприятий.

Спектакль рисует абсурдистскую реальность, где несколько охранников пытаются пройти собеседование в некий условный ЧОП и в числе прочего получают задания на знание древнерусского языка.

В новой работе Кирилла Вытоптова отрывки из «Слова…» переплетаются с монологом о краже игрушек в «Детском мире», а занятый тяжкими думами князь Игорь получает рекомендацию сходить к психологу: ничего стыдного здесь нет, так сейчас все делают. Вместе с тем, спектакль становится серьезным разговором о кризисе мужественности в ее классическом понимании: предки-герои мыслили категориями ратного подвига, а нынешний защитник Руси – охранник – довольствуется будкой на проходной, где целый день раскладывает на компьютере пасьянс «Косынка». В общем, тяжко Русской земле без Игоря.

– Изначально мне хотелось рассказать о людях, работающих в сфере охраны, – поделился замыслом Кирилл Вытоптов после пресс-показа во вторник. – Есть традиция мужского лежания на диване при безработице, а охрана – что-то вроде следующей стадии: ты как будто работаешь, но в то же время нет. Для некоторых это возможность заработать на жизнь, не слишком потратив себя физически и интеллектуально.

Мне нужен был текст, который мог бы контрастировать с этой темой. «Слово о полку Игореве» оказалось очень подходящим вариантом, поскольку в нашем сознании оно четко ассоциируется с героическими поступками, с мужской идентичностью в ее архаическом смысле.

Мне хотелось исследовать столкновение современной жизни мужского «планктона» с героическими устремлениями прошлого, с покаянием на фоне большого государственного провала. К тому же, в самом начале текста, где так много старого и забытого, есть слова: «Начаться же сей песни по былинам сего времени». То есть сам автор предлагает рассказать о старине сегодняшним языком. Это и стало ключом, которым мы попытались открыть это произведение.

А почему меня заинтересовала сама тема… Мне кажется, любая профессия в сознании общества обросла какими-то ярлыками, по которым мы встречаем друг друга и производим свои нехитрые транзакции. Но если копнуть глубже, за черной формой охранника обнаружится целая палитра человечески судеб. У меня не было желания дать какие-то оценки, мне просто хотелось рассказать о живых людях.

Материал для спектакля артисты под руководством драматурга Саши Денисовой собирали в технике вербатим, так что в спектакле звучат подлинные истории в художественной обработке.

– В этих монологах я встретил то, что и ожидал, – продолжает Кирилл Вытоптов. – Охрана оказалась очень раскидистой иерархией с множеством возможностей для самореализации. Здесь, как и везде, есть яркие индивидуальности, образованные, знающие, умные люди, по-настоящему чувствующие сегодняшний день. Но есть и люди, для которых нормально поднимать и опускать шлагбаум и больше ничего не делать.

– Поначалу артисты отнеслись к этому опыту довольно скептически: им казалось, невозможно разговорить охранника при исполнении обязанностей. Но уже на вторую репетицию они принесли два-три монолога, в том числе интервью с человеком, который перевозит в метро ювелирные украшения, – рассказала драматург спектакля Саша Денисова. – Всех захватило столкновение с живыми людьми из другой реальности, с их особой манерой речи. Это оказалось началом большого путешествия. Монологов накопилось так много, что мы уже не знали, как составить из них коллаж. На самом деле главный закон общения с человеком – это доверие и заинтересованность. Тогда люди раскрываются мгновенно.

Параллельно мы изучали «Слово…», что тоже стало особой экспедицией. Пришлось вспоминать историческую грамматику, законы древнерусского языка (я филолог). Чтение Ипатьевской и Лаврентьевской летописей тоже ни для кого из нас не прошло бесследно.

В спектакле мы оттолкнулись от предположения: а что если некая структура, вроде ЧОПа, сделала бы одним из условий приема на работу знание наших скрепов, исторического прошлого и, в частности, древнерусского языка? Идея вроде бы абсурдная, а все-таки она зиждется на реальности. Так возник сюжет.

Сам спектакль – сочинительский: он делался на площадке вместе с артистами. Для нас было важно их личное подключение. Один из наших артистов прекрасно знает историю, ему мы делегировали роль консультанта, и в этом есть здоровый признак горизонтального ненасильственного театра, где каждый может проявить свои таланты.

Фото: Михаил Гутерман

– В этой работе мы преодолели немало точек сопротивления, и первая из них – необходимость сделать вербатим, – рассказывает актер спектакля Владимир Яровский. – Люди отрывались от работы неохотно, будь то магазин или поликлиника, и обычно просили подождать до конца рабочего дня. Но все равно удалось собрать множество монологов. Другая задача – с чуткостью отнестись к тем, кто согласился дать интервью. Персонаж может получиться слабым или смешным, но мы ни в коем случае не должны обидеть своей работой человека, который нам доверился. Естественно, определенные трудности были связаны и с древнерусским языком, который мы фактически учили как иностранный. До сих пор мы продолжаем вбирать в себя его фонетику. Поначалу возникал внутренний протест: почему, например, нельзя редуцировать гласные? Но в какой-то момент язык зазвучал как музыка.

– Изучение древнерусского языка на самом деле было довольно интересным опытом. Оно позволило чуть больше узнать об истории своей страны и, мне кажется, лучше понять своих предков, – рассказывает исполнитель роли князя Игоря Егор Барановский. – Но еще интересней мне было заниматься вокалом: в спектакле мы изображаем хор. Если говорить о теме, то мое отношение к охранникам после интервью никак не поменялось: ко всем людям я отношусь одинаково и не считаю, что какая-то профессия – «немужская», а какая-то – «неженская».

– «Русь, которую мы потеряли»? Когда я слышу такие выражения, моя рука тянется к револьверу, – сказал в заключении Кирилл Вытоптов, отвечая на вопрос корреспондента. – Конечно, в том, что мужчина оказывается на нижней ступеньке иерархии, есть и беда и трагедия. Но все-таки хочется верить, что любой человек имеет право выбора своей судьбы. В спектакле мы попытались сказать: альтернатива есть. Надо просто подумать, все ли в твоей жизни сложилось так, как ты хотел. Мысль о том, чтобы приподнять голову, была для меня очень важной. В этом смысле тема близка каждому из нас, потому что все мы ограничили для себя некий похожий на будку охранника объем возможностей. Встреча с этим текстом – импульс задуматься и о собственном масштабе. Чего я хочу? Есть ли у меня перспективы? Куда мне идти? А уж потеряна ли Русь – это кто же вам скажет?..

Фото: Варвара Ливанова

[ свернуть ]


Кирилл Вытоптов: В театр важно приходить с готовностью воспринимать

5 марта 2020
https://sobesednik.ru/kultura-i-tv/20191118-kirill-vytoptov-v-telefone-pishesh-ya-tebya-lyublyu-a-sam-v-etot-moment-ubivaesh-cheloveka?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews20 и 21 ноября в Театре на Малой Бронной под... [ развернуть ]

https://sobesednik.ru/kultura-i-tv/20191118-kirill-vytoptov-v-telefone-pishesh-ya-tebya-lyublyu-a-sam-v-etot-moment-ubivaesh-cheloveka?utm_source=yxnews&utm_medium=desktop&utm_referrer=https%3A%2F%2Fyandex.ru%2Fnews

20 и 21 ноября в Театре на Малой Бронной под художественным руководством Константина Богомолова состоится вторая премьера нового сезона: на Малой сцене театра покажут новую интерпретацию «Слова о полку Игореве» режиссера Кирилла Вытоптова.

О том, как соединить древнерусскую поэму с современностью, зрительском успехе спектаклей, важности звездных актеров в постановках и работе в обновленном Театре на Малой Бронной в преддверии премьеры режиссер Кирилл Вытоптов рассказал корреспонденту «Собеседника»:

— Вы как-то сказали, что любите за основу своих постановок брать классическую литературу. Вот и сейчас обратились к древнерусскому произведению «Слово о полку Игореве», но осовременили его. Почему именно «Слово»?

— Любовь к классике пришла еще в ГИТИСе, ведь там вся учебная программа строится на работе с классическими произведениями. Долгое время я работал с классикой отчасти по инерции, но чем больше работал в театре, читал пьесы на фестивале «Любимовка», тем острее проявлялся интерес к современным темам и пьесам. То, что мы делаем сейчас в спектакле — это своеобразный синтез, потому что есть классический текст «Слова о полку Игореве», который соединяется с современной темой — это тема охранников. Именно на этом стыке ищу для себя новое направление.

— Заинтересовала профессия охранников, она как-то характеризует современное общество, Россию?

— В каком-то смысле да, ведь «охрана» — явление повсеместное, с ним сталкивается каждый. Я предложил артистам сконцентрироваться на этом явлении, замечать их везде. Походив один день по улицам, понимаешь, что на каждом углу, за каждой дверью сидит взрослый мужчина, который что-то охраняет. Женщины встречаются реже. При этом охранники — это низшая ступень иерархии, которая ассоциируется с мужскими обязанностями: охранять, не пускать, защищать, вступаться. По идее действия охранника должны соответствовать этому перечню, но вместе с тем он находится в таких условиях, когда непонятно, есть место для подвига или нет. Мы с актерами выясняли у людей, которые служат в охране, что же все-таки из себя представляет их работа, какие мифы существуют вокруг нее.

фото с репетиции

— У охранников свой целый мир...

— Да. Мы воспринимаем профессию односложно, а ведь внутри есть своя градация — от человека, который сидит в будке у шлагбаума, до личной охраны важных людей. Надеюсь, что у нас все срезы и отличия в спектакле будут показаны, мы сможем увидеть их с привычной и с новой стороны.

Мы не делаем документальный спектакль про жизнь охранников. Это отчасти фантастическая история, потому что наши герои оказываются в таких условиях, где они встречаются с текстом «Слова о полку Игореве». Именно условность дает нам возможность использовать разные театральные решения, искать новый язык, новые повороты.

— Часто можно услышать мнение, что современные пьесы никуда не годны, мало хороших драматургов. Вы поэтому для своих постановок любите брать из кого-то классических авторов. В них больше смысла?

— Нет, мне кажется, что в новой драме часто есть поиск интересной формы, тема, язык, которые тебя цепляют. Наверное, у кого-то от современных текстов может сложиться ощущение недостаточной глубины, если к ним подходить с мерками классического произведения, которое предлагает крупные психологические типы и страсти, небытовые условия.

Любому хочется получить пьесу или сценарий, в котором раскрывались бы сегодняшние типы, взаимоотношения человека и реальности. Но вот, например, спектакль Тимофея Кулябина «Кукольный дом» — в нем все построено так, что герои общаются через экраны телефона. Вся пьеса редуцирована до переписки. Такое решение можно ругать. Но, с другой стороны, режиссер четко угадывает современность: мы все сейчас так живем. Это наша реальность: телефон — важный посредник в общении. В телефоне у тебя происходит одно, а в реальности в этот же самый момент может происходить совершенно другое. Пишешь «Я тебя люблю», а сам в этот момент убиваешь человека, например. Это точно угаданные формы взаимодействия людей в жизни.

В театре нужно находить, как сегодняшняя реальность может быть передана на сцене. Если ты берешь за основу классический текст, то важно понять, что в этом тексте резонирует с днем сегодняшним. Просто реконструкция сюжета мне перестала быть интересна.

— Недавно один известный артист поделился своим зрительским впечатлением от спектаклей. Он заявил, что часто режиссеры и «создатели» держат зрителя за дурака: вкладывают смыслы, понятные им самим, а раз кто-то не понял их — сам дурак. Вам важна работа на зрителя, зрительский успех, или вы тоже делаете все для себя?

— Я не имею права относиться к театру как к чему-то, что я делаю для себя. Когда готовишь спектакль, затрачиваешь не только свой временной ресурс, но и временной и финансовый ресурс большого количества людей. Если все, кто участвует в создании спектакля, заряжаются темой, которую я придумал, то, конечно, мне важно к этому подключить и зрителей. Думая о них, хочется апеллировать к их лучшим качествам, например к восприимчивости. В зрителе может родиться любая реакция — приятие, неприятие, отторжение. Но вот готовность воспринимать — это настрой, с которым человеку важно приходить в театр, правильному зрителю. Ясно, что есть зритель, для которого поход в театр — просто ежегодный ритуал. Он не хочет быть здесь и сейчас, не готов встретиться с мыслью, посланием, которые требуют душевной, умственной работы. Для такого зрителя театр — это известный набор шаблонов, приходя в театр, он его отрабатывает. Кресло, буфет, актеры развлекают за деньги. Но ведь когда ты покупаешь абонемент в спортзал, никто не гарантирует тебе за покупку фитнес-карты шесть кубиков, ты сам должен над ними работать.

— На ваш взгляд, для зрительского успеха важно наличие в афише имени раскрученного актера, приглашенной звезды, «людей из ящика», как это делал в свое время Олег Павлович Табаков?

— Понятно, что такой маркетинговый ход мог бы быть, но мы по такому пути не пошли. Если говорить о спектакле «Слово о полку Игореве», то внутри такой человек не нужен, потому что это полифоническая структура, не история про соло и подыгрывающий оркестр, это именно хор, а солиста нет. В этом смысле работать с труппой, которая давно друг друга знает, во многом плодотворнее.

— Когда люди идут в театр «на звезду», это правильно?

— Правильно или нет, я не знаю, но человеку всегда нужен какой-то ориентир. Когда я сам выбираю название спектакля, то тоже на что-то ориентируюсь, ведь у зрителя не так много времени, чтобы выбирать совсем неизвестное. В этом случае приманка нужна. Ей может быть звезда, название театра, тема. Может быть, кого-то привлекает отсутствие всякой приманки. Без триггеров невозможно, а звезда — это гарантия качества. Но на какие-то имена я лично не пойду и другим не посоветую. (Смеется.)

— У режиссеров есть мечты и желания поработать с определенным актером или актрисой?

— В моей практике были работы с крупными артистами. Я работал с Полиной Кутеповой из Мастерской Фоменко, у которой очень высокие требования к себе и окружающим.

Вообще главное, чтобы сложился диалог. И звезда, и не звезда может оказаться как человеком открытым, так и закрытым. А человек из массовки может испортить всю постановку. Это вопрос характера. Звезда — это статус, на который человек вышел, много работая. Если это человек, которому интересно работать, пробовать, доверяться, приходить к режиссеру и слушать его, то с ним можно сделать все, что угодно, и он может дать очень многое. Все зависит от конкретного замысла. Абстрактных мечт относительно того, с кем бы я хотел поработать, у меня нет.

— Вы пришли в Театр на Малой Бронной по приглашению Константина Богомолова. Как вы восприняли новость о том, что Константин Юрьевич стал художественным руководителем театра?

— Очень рад за Константина Юрьевича, мне кажется, что сейчас у него есть все возможности для того, чтобы реализовать поставленные перед собой задачи. Он хочет сделать по-настоящему успешный, буржуазный театр. И все это будет связано с высоким качеством, такой запрос понятен. Надеюсь, что театр на Малой Бронной станет таким, каким он хочет его видеть.

— В «Слове» вы работаете со своей супругой, художником Наной Абдрашитовой. Есть стереотип, что с родственниками, женами лучше не работать. Похоже, вы в него не верите?

— Вместе с Наной мы совместно выпустили все мои спектакли, кроме самого первого, «Сережа», в «Современнике». Вот если бы моя жена была артисткой, тут было бы сложнее, а режиссер и художник — это другое. Есть все плюсы и минусы работы с близким человеком. Понимание без слов, возможность варьировать, ругаться, потом мириться. Мне с женой работать легко, интересно, она прекрасный художник с богатым воображением и тонким вкусом. Она знает и видит в разы больше, чем я. Общение с ней обогащает мою изначальную идею. Как художник, она привносит в нее другой угол зрения, который так важно найти режиссеру. Режиссер часто все представляет буквально, один в один. И еще мне кажется, что художники умнее многих режиссеров. Они больше видели и читали.

Кирилл Вытоптов и Нана Абдрашитова

— А почему сложнее с актрисой? Капризы?

— Мне кажется, что актер — это история про самопрезентацию. Режиссер часто попадает на территорию обслуживания чужого эго. Мы все в какой-то степени обслуживаем эго друг друга, но в случае с артистами это наиболее очевидно и может приводить к острым ситуациям.

— Многие театральные режиссеры спустя некоторое время пробуют себя в кинематографе. Как вы к этому относитесь, есть подобные планы?

— Кино — это страшно интересная стихия. Призрачная мечта хоть раз туда окунуться существует, но я понимаю, что это совершенно друга сфера, которая требует особенной внутренней организации. Ты должен заранее знать, что и как у тебя будет снято.

Работа с заранее придуманным материалом в театре для меня самое сложное. Мне трудно заранее придумать спектакль, для меня важен процесс, выработка качества в ходе репетиций. Когда вижу макет спектакля, еще не понимаю до конца всех тонкостей того, как это будет. Думаю, что в кино с таким подходом сложно. Даже импровизация на киноплощадке обеспечена предварительной подготовкой. Хотя в театре тоже план существует, просто он другой.

— Что вы будете делать, над чем работать после премьеры «Слова о полку Игореве»?

— До конца сезона я выпускаю в РАМТе «Барышню-крестьянку». Это пятый проект в их цикле, посвященном «Повестям Белкина». В день рождения Пушкина, 6 июня, все должно состояться. Если в «Слове» играют практически только мужчины, то там будут одни барышни, женское царство. Есть планы, связанные с БДТ, сейчас ведем переговоры с Андреем Могучим о сроках. Может быть, выберем современную пьесу. В Театре на Малой Бронной Богомолов предлагает сделать следующую работу для большой сцены. Уверен, придумаем какой-то интересный материал.


Анна Позина

[ свернуть ]


Сказ о том, как режиссер писал об охранниках, а стал князем Игорем

5 марта 2020
http://www.e-vesti.ru/ru/skaz-o-tom-kak-rezhisser-pisal-ob-ohrannikah-a-stal-knyazem-igorem/Новая постановка театра на Малой Бронной посвящена такому новому социальному явлению современной России, как огромная армия частных охранников, расквартированная везде: в круп... [ развернуть ]

http://www.e-vesti.ru/ru/skaz-o-tom-kak-rezhisser-pisal-ob-ohrannikah-a-stal-knyazem-igorem/

Новая постановка театра на Малой Бронной посвящена такому новому социальному явлению современной России, как огромная армия частных охранников, расквартированная везде: в крупных и маленьких компаниях, в школах и музеях, магазинах и детских садах. Режиссёр Кирилл Вытоптов подобно князю Новгорода-Северского Игорю Святославовичу наострил отвагой храброй сердце, распалился славным ратным духом, и за землю Русскую повёл актёрскую дружину в неравный бой…

Я неслучайно говорю знакомым текстом – поход на охранников был вдохновлён ничем иным как «Словом о полку Игореве». Но если князь Игорь повёл своё разобщённое войско на половцев, то Выпотов обрушивает актёров на охранников, которых он считает “мужским планктоном”. Основное вдохновение творца при этом (как он объяснил культурно-политическому журналу «Э-Вести») – это столкновение актуальной повседневности и “большого государственного фиаско”, которое, как убеждён режиссёр, способно приоткрыть тайну героики как таковой и даже обнаружить героическое среди обыденных героев.

Надо сразу сказать, что “Слово о полку Игореве” практически не вплетается в нить повествования, и даже не оттеняет его. Спектакль использует от древнерусской поэмы исключительно название и идею героического текста: “Когда я думал, с какими героическими текстами соединить произведение, «Слово» вышло одно из первых”, – пояснил нам Кирилл Вытоптов.

Сам режиссёр, изначально задававшийся вопросом о том, почему столько здоровых мужиков в России работают охранниками, так и не нашёл ответа на этот вопрос: “С каждым днем ответ всё дальше и дальше от меня самого, – говорит он. – Мне кажется, это какая-то своеобразная традиция мужского возлежания на диване. Есть безработица, а есть следующая стадия безработицы, когда ты работаешь, но при этом вроде и не работаешь. Потому что, мне кажется, настоящий потенциал и не нужен – есть профессиональная армия, силовики и так далее, а это – такая закрытая кормушка, но для очень многих мужчин – единственная возможность заработать, не потратившись физически. Мужчинам хочется комфорта, а это такая удобная стезя”.

Что же происходит на сцене, задастся вопросом наш пытливый читатель? Утро, большая комната, похожая на заброшенный спортивный зал, с изъеденными пылью диванами по её стенам. В центре «аквариум» охраны с мониторами камер слежения, дежурным и турникетом для прохода посетителей. Из радиоприемника льётся «I believe I can fly // I believe I can touch the sky…», являются первые служащие дневной вахты, сменяющие ночную. Вы погружаетесь в неторопливую атмосферу работы службы безопасности.

Каждый входящий рассказывает, как он стал охранником и чем особенна эта служба:

– Почему устроились охранником? – спрашивает металлический женский голос.

– Подтолкнула бездарная политика нашего государства. Невозможно устроиться на работу, вообще никуда, я как прокажённый.

– Что?

– … По режиму просто устроило, что от калитки до калитки полчаса. Я старший по парковке, подо мной девять человек. Люди разные, с многими приходится по жесткому. Если кто-то чего-то не хочет делать выходным днём, врёт, там есть место – дождь, снег…

– Скажите «не лепо».

– Нелепо.

– Это два разных слова. Не леполи ны бяшет, братие, начати старыми словесы трудных повестей о полку Игореве, Игоря Святославовича.

Вы ощутили текст актуального “Слова о полку Игореве?”. Возник же он, как нам рассказал режиссёр, в ходе полевых исследований: “Актеры общались с реальными людьми, настоящими охранниками, большинство из которых не было с ними знакомо ранее. Это специальная методика, которой их обучила Саша Денисова. Они пошли в люди и какими-то разными способами (официальными и полуофициальными) выманили из них эту информацию. Понятно, что поскольку спектакль не документальный, мы с этими текстами поступили художественным образом, то есть мы их вплели внутрь ситуации, где-то сократили, переставили, подогнали под наши нужды. Все, что касается современного текста – это реальная фактура, которую они собрали среди людей).

Выглядит всё это, как ответы на вопросы HR-анкеты. Но изначально обращение к вербатиму – форме документального театра, состоящего из монологов обычных живых людей – это был большой риск и вызов для режиссёра и актёров. Чтобы из разрозненных бытовых разговоров сложился сюжет с динамичным развитием, надо либо обладать большой удачей, либо переработать такую тонну руды, чтобы намыть крупицы драматургического золота…

Действия и развития сюжета в “Слове о полку Игореве” на Малой Бронной нет, но есть время. Спектакль (как и рабочий день охранников) еле-еле ползёт, медленно, однообразно и без особых происшествий. Редкое событие – кто-то забыл документ или тащит неоплаченный товар. Тут наши герои оживают, развивают кипучую деятельность, скрашивая свои серые будни. Но всё равно они остаются несимпатичными, недолюбленными автором и карикатурными для зрителей.

В голове беспрерывно возникают вопросы и плодятся гипотезы: Кто и чего боится? Кто платит охране? Почему качество такой работы всех устраивает? А работает ли общественный договор? Не намекает ли постановщик на неофеодализм? – всё это хорошая затравка для обсуждений после спектакля.

С женскими образами дело обстоит куда лучше – но что такое “Слово о полку Игореве” без плача Ярославны? Что особенно удалось – так это женские образы, прежде всего финальный монолог женщины-вахтёра в исполнении Лины Весёлкиной. Он наполняет сердца зрителей теплотой, завершая спектакль под песню Мадонны «Take a bow, the night is over …».

Любопытное исследование героики всё-таки получилось у Кирилла Вытоптова в попытке разрешить загадку существования армии охранников. Режиссёр не искал легких путей и выбрал самый сложный вариант… Насколько он успешный – смотрите сами.

~~~

В конце мне хотелось бы напомнить читателям о «Слове о полку Игореве» – удивительном литературном памятнике. Эта величайшая патриотическая поэма посвящена не блестящей победе, одержанной русским оружием, а громкому поражению! И это не случайно.

В то время Русь была раздираема феодальными междоусобицами. Князья, чтобы сесть на престол в том или ином городе, не стеснялись идти на брата, дядю или племянника. Если сил не хватало, они призывали на помощь общерусских врагов – половцев. Это был период бесконечных княжеских дрязг, которые обессиливали страну.

К 1170-му половцы уже оправились от поражения, которое нанес им Владимир Мономах, загнавший их в Абхазию. Они объединяются под властью хана Кончака, сына половецкого хана Атрака и дочери грузинского царя Давида Строителя, и начинают все чаще разорять русские земли.

В 1171 году Кончак совместно с ханом лукоморских половцев Кобяком осадил Переяславль, но взять его не смог, довольствовавшись грабежом окрестностей. Князь Новгорода-Северского Игорь Святославович, будущий герой «Слова», узнав про то, догнал и разбил половцев, освободив пленных и взял добычу.

В 1180 году бывшие противники уже участвовали в успешном набеге на Давыда Ростиславича, князя Смоленского. В 1181 их совместный поход против Мономаховичей обернулся катастрофой – Кончак и Игорь едва спаслись, «бежа на Городецъ к Чернигову».

В 1184 году Кончак вновь пошел на Русь, вооружившись греческим огнем и гигантскими арбалетами, которые натягивали по 50 человек. Но и в этот раз русские князья атаковали басурман и обратили их в бегство, захватив их орудия, 7 тыс. пленных, включая хана Кобяка и 417 князьков. Эта победа принесла большую славу русским воинам.

Игорь тогда к кампании против Кончака присоединиться не успел. Поэтому он организует свой набег, беря с собой брата Всеволода, сына Владимира и племянника Святослава Ольговича. Об этом роковом походе и повествует «Слово о полку Игореве».

Да, порядка в земле Русской не было. А что же сам поход?

Несмотря на недобрые предзнаменования – затмение солнца – первая стычка была удачная – «в пятницу на заре потоптали они нечестивые полки половецкие // И, рассеясь стрелами по полю, помчали красных дев половецких, // А с ними и злато, и паволоки, и драгие оксамиты».

Но уже на следующий день подтянулись основные силы кочевников, окружили войско Игорево. Как пишет Ипатьевская летопись, столкнувшись с огромным численным перевесом половцев князь обращается в дружине: «Если побежим, спасёмся сами, а пеших оставим, то грех на себя возьмём; Или умрем, или живы будем, но вместе». После чего всадники спешились, и «билися день, // бились другой, // на третий день к полдню // пали знамена Игоревы!» – повествует «Слово».

Виктор Васнецов, После побоища Игоря Святославича с половцами, 1880
Виктор Васнецов, После побоища Игоря Святославича с половцами, 1880

Очень характерный момент, о котором повествует та же летопись, – на второй день битвы, в воскресенье, к Игорю приходит понимание, что это может быть его последняя битва, он кается перед Богом «яко много убийств, кровопролитий сотворил в земле христианской, яко не щадил христиан, но взял приступом город Глебов у Переяславля… объято было все скорбью и пленом… и живые мертвым завидовали… так воздай мне Господи по беззаконию моему и по злобе моей… потому что один во всём повинен».

Автор же «Слова» проводит параллель с предком Игоря и брата его Всеволода – с Олегом Святославичем, который своими походами положил начало междоусобиям в Русской земле.

«От усобиц княжьих – гибель Руси! // Братья спорят: то мое и это! // Зол раздор из малых слов заводят, // На себя куют крамолу сами, // А на Русь с победами приходят // Отовсюду вороги лихие!»

«Детки, детки, Всеволод мой, Игорь! // Сыновцы мои вы дорогие! // Не в пору искать пошли вы славы // И громить мечами вражью землю! – сетует младшим двоюродным братьям киевский князь Святослав. – Вы ж возмнили: сами одолеем! // Всю сорвем, что в будущем есть, славу, // Да и ту, что добыли уж деды!»

Игорево поражение перечеркнуло былые победы русских, вновь половцы грабят Русь. Настойчиво звучит призыв автора к враждующим Ярославичам и Всеславичам примириться, объединиться и дать отпор кочевникам.

Плен, хоть и почетный, ведёт князя к покаянию: «по заслугам своим и по воле твоей, Господи, потерпел я поражение, а не по воле язычников; рад претерпеть за злобу свою», со смирением принимаю судьбу свою, – передает его слова летопись.

Быстро летят печальные новости в край родной, где ждёт Игоря жена – Ефросинья, дочь Ярослава, князя Галицкого. Плачет Ярославна на городской стене, молит Бога спасти мужа.

В.Г. Перов, «Плач Ярославны», 1881
В.Г. Перов, «Плач Ярославны», 1881

Отвергая поначалу план побега, как «неславный путь», Игорь в конце концов бежит: «Ан на небе солнце засветило: // Игорь-князь в земле уж скачет Русской. // На Дунае девицы запели – // Через море песнь отдалась в Киев. // Игорь едет, на Боричев держит, // Ко святой иконе Пирогощей».

Сын же его Владимир в плену женится на Свободе, дочери Кончака. Когда та родила сына Изяслава, всех их отпустили домой к Игорю, который и внука, и сноху окрестил, и свадьбу сыграл.

Вот такая удивительная история «Слова о полку Игореве».


Дворецков А.С.

[ свернуть ]


Слово о полку без Игоря

5 марта 2020
http://ptj.spb.ru/blog/slovo-opolku-bez-igorya/«Слово о полку Игореве».Театр на Малой Бронной.Режиссер Кирилл Вытоптов.На Малой Бронной, на Малой сцене — такой былинный зачин вполне в духе премьеры театра, которую представил режиссер Кирилл Вытоптов по тексту Саши Де... [ развернуть ]

http://ptj.spb.ru/blog/slovo-opolku-bez-igorya/

«Слово о полку Игореве».
Театр на Малой Бронной.
Режиссер Кирилл Вытоптов.

На Малой Бронной, на Малой сцене — такой былинный зачин вполне в духе премьеры театра, которую представил режиссер Кирилл Вытоптов по тексту Саши Денисовой. Денисова — одна из основных фигур русского вербатима — соединила полевые исследования мира ЧОПов, укрытых в стеклянных будках, с древнерусским эпосом.

Сцена из спектакля.
Фото — Варвара Ливанова.

На маленькой сцене художница Нана Абдрашитова построила не только будку с турникетом, она поставила решетки-солнца на глухие окна, периметр обозначила допотопными велюровыми диванами, на линолеум бросила старый ковер, а в углу поставила гимнастического коня (этот спортивный снаряд — вот и весь след славных всадников древнего войска).

Эпос — всегда про войну, про героя. Самый древний русский — не про победы, а про неудачный поход и плен. Пленниками выглядят в спектакле и эти мужики разных возрастов и национальностей, в мешковатой форме с планкой «охрана», запертые в стаканы своих будок, привычные, как пыльные фикусы в углах. Но тут им дают слово — в прямом смысле: десять человек по очереди выходят на первый план и отвечают невидимому интервьюеру.

Сцена из спектакля.
Фото — Варвара Ливанова.

Отчетливый, словно бы «межгалактический» голос, принадлежащий актрисе Марии Зайковой, допрашивает каждого о прошлой работе, родном городе и в конце дает задание произнести нечто на древнерусском. Куда они все проходят собеседование, на что их рекрутируют — так и остается загадкой, но эти тертые и ушибленные жизнью мужики понимают, что вопросы здесь задают им, а не они. Безнадега — сквозная интонация у всех. А так перед нами проходит живая череда характеров, профессий и возрастов, и подлинная подкладка этих собранных документальных историй делает их самым живым и интересным в спектакле, хотя имена у персонажей отняты — взамен им присвоены цифро-буквенные обозначения.

Особенно хороши тут Андрей Субботин, мгновенно меняющий маски робко-растерянного С14 и самоуверенного, мачистски-покровительственного С15 — с помощью одной лишь мимики, осанки и интонаций; Леонид Тележинский — Л22, очень убедительный опасный кавказский гордец; Дмитрий Варшавский — Д04, простоватый красавец-качок, который отсутствие образования старается возместить употреблением красивых слов не к месту; Александр Терешко — Т00, матерый пахан, у которого повадки старой вохры; и Аскар Нигамедзянов — Н94, печальный умник, которому высшее образование ни на что больше не пригодилось, кроме как просвещать сменщиков на посту.

Сцена из спектакля.
Фото — Варвара Ливанова.

В России около полутора миллионов охранников — армия без оружия и без полномочий, без перспектив, без подвигов, без доблести, без славы. Бесчисленные полки мужчин и женщин тухнут перед мониторами и турникетами, заваривают «доширак», проверяют пропуска и часами не произносят ни слова — не с кем и незачем. Вот этой безгласной армии и предоставлен голос, а с ним — целый веер гласных, давно вышедших из употребления. Зачем и к чему бедняг в черной форме мучают ерами и ерями, так и остается неизвестным. Но для них что-то тайное и значимое поставлено на карту, так старательно они повторяют за механической женщиной давно редуцированные гласные, так воодушевленно, поправляя друг друга, с соревновательным азартом исполняют куски древнего текста. «Надо что-то делать, сколько же так можно» — рефрен историй жизни, и когда каждый из охранников снимает с шеи и разворачивает шарф своей болельщицкой расцветки, перед зрителем разворачивается панорама прошлого, где каждый город — как славный полк: Киев, Курск, Полоцк… Только дальше-то что? Морок славянской героики, спустившийся было в полутемную проходную, валит героев с ног, не к подвигам зовет, а погружает в сон, и тела их разбросаны по старым диванам в причудливых позах, точно тела павших на поле неслучившейся брани. Меж бормочущих по-древнерусски бродит воин в кольчуге и на коне, призывающий «крепко на брань положиться» — призрака ли Игоря играет Егор Барановский, или мечту мальчишки, запертого в «стакан» с юных лет, пусть на игрушечном коне и в алюминиевом шлеме? Нет ответа на призыв Игоря, и конь его брошен, как старая рухлядь, и растет сквозь него цветок, как сквозь череп другого известного в русской литературе вещего коня — очень красивый сценический образ, выразительный символ безысходности.

Сцена из спектакля.
Фото — Варвара Ливанова.

Переступая через разбросанные тела, скользит над ними прелестная тень — курлыча, припевая и щелкая, как птица: эта сновиденная Ярославна водит бебряными рукавами, укрывает полегших и не знает, где ее Игорь, встретит ли она его когда. Молодая актриса Лина Веселкина в этом мужском мире играет женское присутствие — почти невозможное, морочное во сне или опасное в жизни: явившись на проходную в кожаных шортах и косухе, пытается то просьбой, то угрозами прорваться через кордон, а когда не удается — оборачивается нежитью, шипящим ящером, от которого сгрудившиеся охранники крестом держат металлоискатели.

Парад смешных придумок и точно найденных документальных деталей все же не становится действием, кажется затянутой экспозицией. Вопросы, заданные как двигатель сюжета в начале — куда рекрутируют этих людей, что поставлено на карту, что именно, в конце концов, они охраняют? — тают в дальнейшем сценическом повествовании. Но в самой смыкающейся, как водная гладь, ткани спектакля, вероятно, и есть ответ: невозможность действенного разрешения конфликта, подмена действия праздничными славословиями и хоровым пением, надежда, всплеснувшая было на строгий голос собеседования неведомо куда и погасшая без объяснений и решений. «Надо что-то делать, сколько можно!» — и снова кипятить чаек.

Сцена из спектакля.
Фото — Варвара Ливанова.

Этот невоенный хор, подобие корпоративного гимна людей в форме несуществующего войска разливается печальным эхом и оставляет их все там же — на велюровых диванах, на проходной, ни туда, ни обратно, без подвига, без Игоря, без выхода.

Охрана — необъятная трясина, которая обезличивает человека, отнимает у него смысл, способность к действию, в конце концов, пол. Делает ненужными мужественность, ум, активность, любые способности. Охрана приспосабливает к себе и дает иллюзию власти и общности — третий женский образ, в котором является Веселкина, уже и не женский совсем: обложенная толщинками и обтянутая охранницкой формой баб-Маша. Консьержка, восседающая скифской бабой и механистично принимающая подаяния в окно будки, выпевает на одной ноте хвалу своему теплому месту, себе самой и тому общественному устройству, которое имитирует жизнь и деятельность, на самом деле их отняв.

[ свернуть ]


Охранники земли русской

5 марта 2020
http://mospravda.ru/2019/11/22/132880/В театре на Малой Бронной премьера – режиссер Кирилл Вытоптов поставил «Слово о полку Игореве», драматург Саша Денисова.– Оружие, наркотики есть? – строго опрашивает зрителей на входе бритоголовый охранник. После паузы удивления ... [ развернуть ]

http://mospravda.ru/2019/11/22/132880/

В театре на Малой Бронной премьера – режиссер Кирилл Вытоптов поставил «Слово о полку Игореве», драматург Саша Денисова.

– Оружие, наркотики есть? – строго опрашивает зрителей на входе бритоголовый охранник. После паузы удивления театралы понимают, что спектакль начинается уже в фойе…
Постановка 16+ имеет мало общего с поэмой-первоисточником в названии. На сцене девять мужчин в черной униформе современных охранников, которых мы встречаем в городе повсеместно. («Наше дело следить за порядком, за беспорядком следят менты»). На протяжении спектакля каждый рассказывает свою историю, документально, как для отдела кадров. Особенно болезненно-пронзительно звучит монолог охранника школы: «Задачи ставят невыполнимые. А дети вообще слов не понимают, и тронуть их нельзя даже пальцем. Ушел я оттуда быстро. Мне бы теперь ангар в поле охранять, и чтобы людей поменьше». Очень сочувственно зал отреагировал на такое признание.
По сюжету всех и опрашивает отдел кадров, принимая на работу. И все вроде бы узнаваемо, из девяти охранников лишь один москвич, остальные рассказывают про свои города: «…за МКАДом начинается настоящая Россия – поля зарастают, все куплено». Как вдруг голос за кадром заставляет всех как бы в режиме теста читать отрывки из «Слова о полку Игореве». На древнеславянском языке. И тут начинается самое интересное…
В зале среди зрителей актриса Татьяна Друбич. На вопрос о впечатлениях: «Мне понравилось. С некоторого времени в стране большинство – это мужчины-охранники и женщины-бухгалтеры… Перекликаясь с древнерусской поэмой, можно сказать, что действующие лица – охранники земли русской. Если бы не «Слово…» спектакль был бы плоским, менее интересным. Сейчас он объемный, отсылающий в прошлое, напоминающий о нем».
Спектакль идет в малом зале, два часа без антракта. По ходу действия зрителей первых рядом ждет легкий такой обыск… но уже в той стадии, когда все сроднились с героями.
С премьерой, Театр!

Галина СНОПОВА.

[ свернуть ]


Братие и народная дружина. «Слово о полку Игореве» в Театре на Малой Бронной

5 марта 2020
https://www.kommersant.ru/doc/4204468Придя в Театр на Малой Бронной, Константин Богомолов объявил репертуарные планы, в которых очевидно прежде всего стремление к разнообразию режиссерских почерков и театральных жанров. Вторая премьера сезона, спектакль Кирилла Вытоп... [ развернуть ]
https://www.kommersant.ru/doc/4204468

Придя в Театр на Малой Бронной, Константин Богомолов объявил репертуарные планы, в которых очевидно прежде всего стремление к разнообразию режиссерских почерков и театральных жанров. Вторая премьера сезона, спектакль Кирилла Вытоптова, экспериментирует с жанром вербатима и соединяет русский поэтический эпос с сегодняшней повседневной речью. Рассказывает Ольга Федянина.

В русском репертуарном театре приход нового худрука традиционно сопровождается некоторой премьерной паузой: вроде бы надо же всем заново освоиться. Константин Богомолов, возглавив летом Театр на Малой Бронной, тайм-аут брать не стал, а заявил премьерный план с высокой плотностью названий и режиссерских имен. И пока что план этот сбоев не дает. Во Дворце на Яузе, где театр будет «пересиживать» реконструкцию основного здания, показали «Норму» Сорокина в постановке Максима Диденко и «Женщину-змею» Олега Долина. Между ними пришлась камерная премьера еще в прежнем помещении, на Малой Бронной — «Слово о полку Игореве».

«Слово» — спектакль режиссера Кирилла Вытоптова, драматурга Саши Денисовой, художника Наны Абдрашитовой и композитора и саунд-дизайнера Владимира Горлинского. И это действительно тот случай, когда постановочную группу имеет смысл называть полностью: все они в этом спектакле как-то очень естественно и на равных подставляют друг другу плечо. Получается не безупречно и не гладко, но точно не скучно.

Стартовая режиссерская идея состояла в том, чтобы объединить тексты «Слова о полку Игореве» с фигурами современных охранников, так сказать, «перезагрузить» княжеское войско, исходя из реалий дня нынешнего. Саша Денисова, специалист по русскому вербатиму, драматургии «документальной речи», отправила актеров собирать и осваивать монологи реальных московских охранников, а потом соединила их с постоянно пробивающимися сквозь эти монологи фрагментами древнерусского текста. Нана Абдрашитова выстроила тщательно оборудованное пространство с цветочными горшками, часами на стене, турникетом, чайничком, но добавила к нему некоторое количество псевдодревнерусской и псевдомифологической экзотики, главным образом в виде странного человеко-коня, агента эпических, потусторонних сил, который временами напоминает охранникам о том, чья они, собственно, дружина. И, наконец, Владимир Горлинский создал саунд-среду, в которой разнобой сегодняшней бытовой речи прорастает странными звуками и словами, как будто бы выплывающими из коллективного бессознательного.

Актеры Малой Бронной с кажущейся легкостью и видимым удовольствием, не фальшивя, переключаются с гиперреалистической игры в гиперлитературный регистр, декламируют, поют, рецитируют — все это на крошечной площадке, на расстоянии ладони от зрителей. Действо, не слишком плотно связанное общим сюжетом или структурой, а скорее просто отыгрывающее удачно найденные ходы, несется задорно от начального «кастинга» персонажей до финального мощного хора с массой интересных, трогательных и смешных подробностей.

Прием в этом спектакле содержательнее, чем сюжет, прием сам себе находит контекст — и эстетический, и социальный. Кто у нас сегодня «братие и дружина»? Ну да, вот эта самая нерегулярная армия, грозно слоняющаяся по этажам торговых центров, сосредоточенно прилипшая к экранам телевизоров в вахтерках, бдительно попивающая чаек на проходных.

В каком-то смысле это «Слово» сродни той идее, которая обеспечила шквальный успех главному репертуарному хиту последних двух сезонов — пьесе Дмитрия Данилова «Человек из Подольска». Только полицейский участок у Данилова неожиданно оказывается своего рода экзистенциальной «кроличьей норой», а дежурка с охранниками у Вытоптова — кроличьей норой в дебри языка и национальной истории. Как ни странно, этот остраняющий взгляд действительно назрел — просто потому, что от полицейского участка и будки вахтера как постоянных мест действия в нашей повседневной реальности мы уже довольно сильно устали.

Ольга Федянина

[ свернуть ]


Слово о полку охранников

5 марта 2020
https://kinoreporter.ru/ya-verju-v-silu-plasticheskoj-operacii-30-citat-skarlett-johansson/На Малой сцене театра на Малой Бронной режиссер Кирилл Вытоптов поставил спектакль «Слово о полку Игореве» в исполнении хора охранников. Это история о современных мужчинах, пот... [ развернуть ]

https://kinoreporter.ru/ya-verju-v-silu-plasticheskoj-operacii-30-citat-skarlett-johansson/

На Малой сцене театра на Малой Бронной режиссер Кирилл Вытоптов поставил спектакль «Слово о полку Игореве» в исполнении хора охранников. Это история о современных мужчинах, потерявших в ходе развития цивилизации самое главное — свое предназначение. А чтобы эта острейшая проблема современности прозвучала убедительно, режиссер воинам современности — рядовым охранникам, противопоставил их пращуров, воинов Древней Руси. Отсюда и обращение к памятнику древнерусской литературы.

Вторая премьера сезона на Малой Бронной под руководством Константина Богомолова показала, в каком направлении худрук будет выстраивать свою политику. А именно: его театр будет отличаться от множества других «лица не общим выраженьем». Что, надо признать, свойственно и самому режиссеру — по тому же принципу он, судя по всему, будет отбирать и режиссеров-постановщиков. Кирилл Вытоптов как раз из их числа. Он пришел к Богомолову с несколькими идеями, а тот остановился на «Слове», по словам Вытоптова, «почувствовал в нем потенциал».

«У меня давно была эта идея – соединить «Слово о полку Игореве» с реальными историями современных охранников, — рассказал режиссер в интервью «КиноРепортеру». — Ведь в «Слове» речь идет о неудачном походе князя Игоря, который привел к многим бедам, отразившимся и на его родной земле. И если вчитаться в текст, да еще обратиться к Ипатьевской летописи, то станет ясно, что исторический персонаж, князь Игорь, испытывал нечто вроде раскаяния — что же я натворил? Так что одна из тем спектакля — тема ответственности. Другая тема — ощущение мужчины, исторического героя, воина, который бьется, и мужчины сегодняшнего, который работает, не сходя со своего места. То есть тема героического. Вот этот конфликт мы исследовали: нужен ли вообще такой герой? Что это такое? И нуждаемся ли мы в них? В тех, кто живет в планктоновой зоне, где все однородно, вяло, безвольно. Не знаю, насколько эти темы прозвучат в спектакле для зрителей, но для нас все это было очень важно».

Действительно, злободневные темы поднимают в своем спектакле его создатели — драматург Саша Денисова, художник Нана Абдрашитова, композитор Владимир Горлинский. Почему выбрали охранников в качестве противопоставления героям историческим, понятно. Ведь охранники это по сути воины. Но эта участь для большинства — тяжкая повинность. Кто-то из них был рожден астрономом, кто-то геологом или географом, но нужда заставила работать охранником, поступившись своим предназначением. И кто в этом виноват? Время или они сами ? Большой вопрос. Ведь чем занято большинство рядовых мужчин сегодня на Руси? Они или торгуют, или охраняют. А если в душе мужчины есть тяга к героическому, где и как он может это реализовать? И вопрос — и большая проблема. Так что не нам судить — нужны ли они такие, «живущие в планктоновой зоне», нашему обществу. Они вынуждены жить по сложившимся правилам, у них зачастую просто нет выбора, но есть чувство ответственности за семью, за детей.

В спектакле каждый из героев-охранников рассказывает свою личную историю — как и почему он оказался на своем посту. Чтобы сделать эти истории достоверными, артисты брали интервью у реальных людей, работающих в охране. В спектакле каждый из них в свой черед будет повторять цитаты из «Слова о полку Игореве». По словам режиссера, пьеса складывалась по ходу репетиций. Вместе с драматургом они придумывали ход: где именно будут звучать тексты из «Слова», соединяя таким образом материал с режиссерским решением. Сделано, кажется, все, чтобы весело рассказать о вещах серьезных. Чего стоит одно только появление рыцаря в доспехах, который поначалу воспринимается как ряженый. А это, оказывается, сам князь Игорь. То ли плод воображения затосковавших охранников, то ли еще что. Но именно с ним они будут вести разговоры о самом главном, при этом представая перед зрителями потерянными, а порой откровенно трусливыми персонажами. А где же истинные герои нашего времени? На этот вопрос нет ответа.

Да это и не было задачей Кирилла Вытоптова. Свои идеи в спектакле он реализовал, поскольку нашел в текстах памятника литературы Древней Руси то, что резонирует с днем сегодняшним. Но назвать свой спектакль «Слово о полку Игореве» большая смелость, с одной стороны, и беспроигрышный маркетинговый ход, с другой. Хотя режиссер и акцентирует внимание на том, что в названии спектакля есть еще слова: «Исполняет хор охранников», но на большинстве афиш именно эти слова почему-то выпали. Понятно ли прозвучат для зрителя главные темы, затронутые создателями спектакля — тоже вопрос, Который по признанию режиссера-постановщика, остается открытым и для него самого.

Эвелина Гурецкая

[ свернуть ]


Зрительское: БРАВО!

5 марта 2020
http://d-cult.ru/index.php/ct-menu-item-9/808-zritelskoe-bravoВ Театре на Малой Бронной состоялась вторая премьера сезона. На малой сцене показали «Слово о полку Игореве». Фантазия на тему литературного памятника переплетена с реальностью. Режиссер Кирилл Вытоптов и ... [ развернуть ]

http://d-cult.ru/index.php/ct-menu-item-9/808-zritelskoe-bravo

В Театре на Малой Бронной состоялась вторая премьера сезона. На малой сцене показали «Слово о полку Игореве». Фантазия на тему литературного памятника переплетена с реальностью. Режиссер Кирилл Вытоптов и драматург Саша Денисова в соавторы своего спектакля пригласили артистов, которым поручили собрать истории людей, работающих в частных охранных предприятиях. А потом на сцене из записанных интервью составили спектакль, не называя, показали конкретных людей с их проблемами и чаяниями.

Такое театральное документальное направление имеет название – vibratim, и пришло к нам с запада. Для тех, кто не был на малой сцене, следует пояснить её особенности. Зал и вправду чрезвычайно мал. В небольшой комнате размещены амфитеатром всего четыре ряда зрительских кресел. Сцены собственно тоже нет. Все действие происходит на ровном полу в метре от зрителей. И эти обстоятельства замечательным образом обыгрываются. Эффект получился не просто камерной постановки, а чего-то личного и даже интимного. Действие начинается, но с нарочитого опоздания. Зрители собрались, а ничего не происходит. За это время успеваешь в деталях рассмотреть все, что перед глазами. А взор упирается в стену проходной некоего закрытого предприятия. На окнах покривившиеся от времени решетки, турникет, кабина охранника с видом изнутри. На полу пудовая спортивная гиря, поодаль еще один снаряд – гимнастический конь. К стенам по обе стороны приставлены дешевые диванчики и кресла. Ничего особенного. Дальше картинка поменяется, но каждый раз это будет происходить лишь благодаря свету и звуку (сценограф Нана Абрашитова, композитор Владимир Горлинский). Кстати, за теми, кто всем управляет, так же можно наблюдать: в зале два человека сосредоточенно работают за компьютерами.

Но вот, наконец, появляется человек в серой униформе – работник ЧОП, он садится на своё рабочее место за стол, загорается экран монитора. Приходит его напарник. Дальше зрителей погружают в их рутинную работу. Это не интересно, но мы при этом присутствуем. Через какое-то время, по громкой связи раздается бесстрастный женский голос в дикторской манере советских времен (актриса Мария Зайкова). Голос начинает выяснять анкетные данные. Произносит попутно непонятные, похожие на абракадабру слова и фразы. Требует повторить их. У охранников это получается, но не сразу. Между тем в коморку набираются новые претенденты. Артистов всего восемь, но у кого-то двойные роли. Имен здесь нет, голос всех обезличивает, называя людей номерами: Д04, С15 и т.д. Однако, через интервью выясняются многие подробности их жизни: кто, откуда, почему не нашел себе другого, более достойного занятия. Люди, в основном, приезжие, кто-то из Подмосковья, кто-то из дальних периферийных городов, но все здесь от того, что в родных краях работы нет. Непрерывно продолжается и урок сценической речи. Теперь охранники уже хором читают отрывки из летописи, а в перерывах рассказывают друг другу байки на современном русском. Подлинность историй не вызывает сомнений. И здесь опять узнаешь многое о том, как в целом живет народ в нашей бескрайней необъятной стране.

Действие заметно оживляется с появлением в проходной героини актрисы Лины Веселкиной. С ярким макияжем и длинными голыми ногами, в кожаных, ну очень коротких шортиках, бутсах и черных носках. Девушка забыла пропуск, но ей позарез нужно пройти через турникет. Ведет она себя вначале очень даже адекватно: вежливо просит, потом строит глазки, а далее использует целый арсенал средств женского обаяния. Однако на охрану это не действует. Но, девушке очень надо, и в ход идут другие способы. Перед нами уже женщина-вамп, привыкшая повелевать мужчинами, у неё командный тон, не терпящий возражений: «А ну встал, а ну пошел, а ну открыл!». Безрезультатно. Последняя попытка – взять на испуг: «У меня друзья чеченцы, приедут – всех порежут». Охрана дрожит, забивается в угол, но результата нет – инструкция важнее. Совсем отчаявшись, девица опускается на четвереньки, в таком положении делает обманный ход вдоль зрительских кресел, не спеша разворачивается (вид сзади) и, спокойно, невозмутимой походкой верблюдицы - в раскорячку, и еще умудряясь покачивать бедрами, проползает под турникетом. Все происходит настолько неожиданно, что публика не успевает грохнуть смехом. Не успевает среагировать и охрана. Зато включаются сирена и красный свет тревоги. Потом все гаснет - короткое замыкание. Резко из темноты свет выхватывает фигуру средневекового всадника (артист Егор Барановский). Он в полный рост и в профиль к зрителям. Латы воина и бутафорской лошади блестят и переливаются в лунном свете. Князь Игорь неподвижен, как памятник. Его вид серьезен, взгляд устремлен вперед и будто в вечность. Зрители прыскают смехом, в большей степени от неожиданности образа. В свое следующее появление князь Игорь на лошади уже будет поменьше ростом, публика поймет, что это он слез со спортивного коня, и теперь стоит на полу. Все сложнее и длиннее становятся фразы из летописи, охрана произносит их хором и по очереди, а зрители, постепенно погружаются в другое измерение. Слышен равномерный звон металла. При тусклом свете стоят вертикально копья, словно тростник, воткнутые острием в землю. Раскинулись в позах на диванах охранники, глаза их закрыты. И тут второе явление Лины Веселкиной, уже в образе Ярославны. В длинном, роскошном боярском платье приглушенных коричневых тонов, с кокошником на голове, на лице - приклеенные в виде зеленых ручейков слезы. В руках у неё сложенные в высокую стопку покрывала. С ними она плавно водружается на гимнастического коня, половина одеял рассыпается. Словно во сне, неторопливыми, красивыми движениями она собирает их, при этом каким-то образом не сходя с лошади, потом спускается и, скорбно идя вдоль диванов, набрасывает одеяла на спящих охранников.

Между тем, князь Игорь обретает дар речи, говорит наполовину на непонятном старославянском, но публика понимает. Охранники теперь уже ему поверяют сокровенные мысли, рассказывают в основном о тяготах профессии. Конь под князем от этого, то трусит иноходью (отличная пластическая работа актера), то вздымается на дыбы. В ответ князь рассказывает о своем, говорит вроде бы натурально, но только голос какой-то механический, слегка дребезжащий, похожий на звук из старинного телефонного аппарата. Речь заходит о грехах. Они-то у всех разные и у каждого свои, но, оказывается, мучаются люди от них одинаково. Пожилой охранник не может забыть, как в детстве обманул тяжело больную мать. Он постеснялся признаться ей, что его побили девочки, и свалил все на старшего товарища. А мать отправилась в длинный путь по морозу и сугробам, что бы разобраться с обидчиком сына, и умерла вскоре. После этих слов под князем Игорем мелкой дрожью трясется конь, а затем и вовсе падает на колени. И начинает князь Игорь историю о своём грехе, как отдал на разграбление и поругание целый город, хотя жители его вышли за ворота и умоляли о пощаде. В общем, и я признаюсь: пару дней после увиденного, меня не покидало чувство, будто я вернулась из какого-то путешествия, то ли по своей стране, то ли и вправду побывала в древней Руси. Собственно, за впечатлениями мы в театр и ходим, и я их получила. Поэтому с полным основанием могу сказать своё зрительское: «Браво!».

Елена Белякова, фото Варвара Ливанова

[ свернуть ]