Владимир Яворский
Владимир Яворский

В 1990 году окончил ГИТИС, мастерская А. А. Гончарова.
В театре с 1991 года.

Также играет в спектакле «Особые люди», Творческое объединение мастерских Голомазова.

ФОТОГАЛЕРЕЯ

Работы в театре

«Неугомонный дух» (Доктор Брэдман)
«Король Лир» (Олбани)
«Пучина» (Альбер, Неизвестный),
«Мельник-колдун, обманщик и сват» (Филимон), реж. С. Женовач, 1993
«Каждый по-своему» (Франческо Савио), реж. О. Рыбкин, 1994
«Мое загляденье» (Вася Листиков), реж. А. Хряков, 1994
«С болваном» (Иван), реж. А. Хряков, 1996
«Дураки» (Леонид Толчинский), реж. А. Исаков, 1998
«Ночь перед Рождеством» (Вакула), реж. С. Женовач, 1998
«Пляска смерти» (Курт), реж. В. Гульченко, 1999
«Метеор» (Иохен), реж. А. Житинкин, 2001
«Нежданный гость» (Джулиан Фаррар), реж. Виктор Лакирев, 2002
«Веселая жизнь и грустная смерть французской артистки Адриенны Лекуврер» (Мишоне), реж. Р. Самгин, 2005
«Горячее сердце» (Аристарх), реж. Р. Самгин, 2007
«Хроники доктора Прентиса» (Доктор Ранс), реж. С. Голомазов, А. Фроленков, 2008
«Плутни Скапена» (Карл), реж. С. Голомазов, 2008
«Наш человек в Гаване» (Уормолд), реж. А. Фроленков, 2010
Работы в кино

Работы в кино и на ТВ:
— «Сто солдат и две девушки», 1989
— «Первый русский генералиссимус», 2003
— «Сибирочка» (сериал), 2003
— «Штрафбат» (сериал), 2004
— «Настоящий Дед Мороз», 2006
— «Под ливнем пуль» («Противостояние»), 2006
— «Аэропорт 2» (сериал), 2006
— «УГРО. Простые парни» (сериал), 2007
— «Дикое поле», 2008
— «Автобус» (сериал), 2008
— «Белка в колесе», 2008
— «Семья» («Песнь южных морей»), 2008
— «Московский дворик» (сериал), 2009
— «Черчилль», 2009
— «Тридцать седьмой роман», 2010
— «Медвежий угол» (сериал), 2010
— «Дело Крапивиных» (сериал), 2011
— «Раскол» (сериал), 2011
Участие в спектаклях


ОТЗЫВЫ

Наиль

31 мая 2017
Великолепный спектакль. Пронзительный, трогательный, необычный. Считаю, "Почтигород" удачей не только Малой Бронной, но одним из лучших спектаклей Москвы. Приятная в зале, так как публика на спектакле, на мой взгляд, пришла подготовленная. Спасибо! Отдельные слова бл... [ развернуть ]

Великолепный спектакль. Пронзительный, трогательный, необычный. Считаю, "Почтигород" удачей не только Малой Бронной, но одним из лучших спектаклей Москвы. Приятная в зале, так как публика на спектакле, на мой взгляд, пришла подготовленная.

Спасибо!

Отдельные слова благодарности Владимиру Яворскому. Спектакли с его участием - всегда знак качества!

Наиль

[ свернуть ]


Екатерина

25 мая 2017
Отличный спектакль! Легкий. Снежный. Веселый. Всем советую!

Отличный спектакль! Легкий. Снежный. Веселый. Всем советую!

Екатерина

[ свернуть ]


Гастрольный спектакль Московского Театра на Малой Бронной «Тартюф» стал настоящим праздником для рижских зрителей, пришедших в театр «Дайлес».

20 мая 2017
Бессмертная комедия Жан–Батиста Мольера, идущая на театральных подмостках уже 353 года, — вариант беспроигрышный. Но великую пьесу еще проще загубить, чем творение–однодневку. Если не работать в ней филигранно. И Театр на Малой Бронной явил нам это совершенство.Точно... [ развернуть ]

Бессмертная комедия Жан–Батиста Мольера, идущая на театральных подмостках уже 353 года, — вариант беспроигрышный. Но великую пьесу еще проще загубить, чем творение–однодневку. Если не работать в ней филигранно. И Театр на Малой Бронной явил нам это совершенство.

Точное попадание

Режиссерское чутье у Павла Сафонова очень точное и тонкое, поэтому роль Тартюфа он отдал народному артисту России Виктору Сухорукову, на роль отца семейства Оргона пригласил Александра Самойленко, а ключевую роль служанки Дорины отдал Агриппине Стекловой, актрисе Театра «Сатирикон».

Виктор Сухоруков делился с нами на тему того, как начиналась работа:

— Читаем пьесу — умеет же Павел Сафонов кастинг проводить! — и там про Тартюфа все говорят, даже спорят, уже ругаются, конфликтуют, разлад в семье — а я еще на сцену не вышел! И так проходит 45 минут. Открываю свою роль, начинаю читать и спрашиваю: «Разве это не современно? Я еще на сцену не вышел, а меня уже обложили всякими словами, дали клички и прозвища, облепили таким позором и грязью — и как жить после этого?!.»

И такие наши разговоры и помогли и режиссеру, и вместе с ним нам сочинить очень оригинальную историю. Потому что в тот момент, когда мы репетировали эту пьесу, по Москве шло уже пять «Тартюфов». И мы задали вопрос режиссеру: «Зачем наш–то «Тартюф» нужен?». «Не волнуйтесь», — ответил он. В итоге выжил именно наш спектакль.

Уважаемый шкаф

Этот «Тартюф» идет уже пять сезонов при постоянных аншлагах. Оформление спектакля очень лаконичное, но емкое и «говорящее». И потом — так великолепна игра актеров, что декораций не замечаешь.

И все же одним из «играющих» предметов становится старинный шкаф, из которого появляется Тартюф — сначала в образе то ли серой платяной моли, то ли юродивого «калики перехожего», обмотанного какими–то серыми тряпками, в лохмотьях и со странным «шлемом» голове.

А во втором действии, когда отец семейства Оргон отписал ему свой дом, наш герой уже выходит из шкафа почтенным господином, разодетым и лопающимся от своей важности.

Сухоруков признавался, что каждый миллиметр роли, каждое мгновение на сцене выверял тщательнейшим образом и без конца работал и работал… Ужимки и прыжки требуют недюжинных сил, точности, верной драматургии. Каждый жест, мельчайшее движение и выражение лица создают грандиозную картину чудовищного обмана, предчувствие грядущего злодейства.

А чего стоит сцена соблазнения Тартюфом жены хозяина Эльмиры! Актер появляется в чудовищном и очень смешном нижнем «корсете» с разноцветными ленточками, с непропорционально увеличенным гульфиком. И здесь Сухоруков не сваливается в пошлость, тонко балансируя на грани приличий и фола.

В конце Сухоруков «проплывает» где–то за облаками, над сценой в образе короля — фигура в несколько метров высотой в огромном золотисто–желтом платье вершит правосудие, помогая своим подданным. Величие создается актером забавное, как будто наигранное…

О «третьем сословии»

Тартюфу противостоит служанка Дорина — ловкая, тонкая и хитроумная, стоящая на страже спокойной жизни обитателей дома, всей душой болеющая за них. Именно благодаря ее усилиям откроются глаза у Оргона. Агриппина Стеклова везде оказывается вовремя, она создает образ очень сильной личности — Мольер и хотел вывести на арену и показать житейский ум и мудрость «третьего сословия» — в отличие от ее глуповатого хозяина.

— Мольером это противостояние заложено, — говорит Стеклова. — Все персонажи стараются, чтобы это было противостояние. Но с Тартюфом вступать в какой–то контакт опасно. Как нужно действовать, чтобы убедить ослепленного, очарованного, влюбленного в Тартюфа человека? Что надо делать, чтобы его переубедить? Об этом мы думали все вместе.

Свет и цвет

Оргон — тоже удача спектакля. Александр Самойленко ведет роль филигранно, на него досадуешь — ну какой же дурак, слепец! — потом ему сочувствуешь а заканчивает он свою роль не столько прозрением, сколько великим замешательством. И как? И что? И куда он теперь? Как он будет жить дальше? Это находка актера.

Весь актерский ансамбль играет самозабвенно — дети Оргона, Оскар и Марианна, ее жених Валер, хоть и проявляют несвойственную современного поколения покорность воле родителей, но и бунтуют тоже — в этом они очень современны.

Великолепны костюмы, которые создала художница Евгения Панфилова — они соответствуют эпохе, со всеми кринолинами и нижними корсетами, но они же у нее и играют. В начале костюмы черные и серые, но постепенно становятся светлее, и вот уже Марианна надевает ослепительное подвенечное платье с фатой.

Сценограф Николай Симонов играет со светом — в начале спектакля мы видим маленькие лампочки, а в конце над сценой опускается гигантская «лампочка Ильича» — как символ прозрения: пелена спала с глаз и картина мира предстала в истинном свете.

Когда горит канделябр…

Прочла в одном интервью Сухорукова о том, что он очень ценит коллективную энергию. И спросила у него сейчас — а как с этой постановкой?

— Есть огромное число выражений по поводу театра как организма — и террариум единомышленников, и скопище интриг, и много чего. Особено в гостеатрах, структурах казенных. Вы не поверите — к вам привезли уникальный случай содружества, соратничества, союзничества. Слово «команда» тут даже не отражает сути. Мы все существуем ансамблево. Взаимопонимание, взаимоуважение, симпатия друг к другу. Это же нужно терпеть друг друга — а мы все личности, сильные, темпераментные.

Саша Самойленко сейчас скромно молчит, но знаете, как он ругался с режиссером на репетициях! Но в результате вы увидели на сцене чудо. Мы поистине получили «государственную премию» за этот спектакль в одном слове: «Мы — ансамбль». У нас нет каких–то единственных и неповторимых, горит не одна свеча, а целый канделябр!

А на вопрос, как перекликается спектакль с современной действительностью, Сухоруков ответил:

— Убогость, притворство, лицемерие и жажда власти — это в мировой драматургии всегда присутствовало, и мы всегда будем это играть. Мы ведь спектакль ставим о человеческих заблуждениях. В финале вы видите великое заблуждение человечества — и это может быть не только в России, а где угодно.

Наталья ЛЕБЕДЕВА.

http://www.telegraf.lv/news/effekt-prozreniya

[ свернуть ]


Елена

12 мая 2017
Огромное спасибо за сегодняшний спектакль в Таллинне! Абсолютный восторг! Великолепная игра всех актёров! Давно не получали такого количества положительных эмоций за один вечер. СПАСИБО!!!

Огромное спасибо за сегодняшний спектакль в Таллинне! Абсолютный восторг! Великолепная игра всех актёров! Давно не получали такого количества положительных эмоций за один вечер. СПАСИБО!!!

Елена

[ свернуть ]


Нина Соколова

12 мая 2017
Прекрасный спектакль! Немного боялась разочарования, так как это одна из самых любимых моих пьес - читанная-перечитанная в разных переводах, выученная почти наизусть, да и спектаклей видела много. Всегда есть вероятность, что понимание образов режиссером и актерами н... [ развернуть ]

Прекрасный спектакль! Немного боялась разочарования, так как это одна из самых любимых моих пьес - читанная-перечитанная в разных переводах, выученная почти наизусть, да и спектаклей видела много. Всегда есть вероятность, что понимание образов режиссером и актерами не совпадут с твоим, что акценты будут расставлены не так, что действие не захватит, а будешь взирать на него отстраненно. Но нет! В этом спектакле все исключительно гармонично: игра актеров, декорации и костюмы, музыка - ничего лишнего, все в стиле, с необходимой долей юмора и иронии. Конечно, особенно хочется поблагодарить за отличную игру Григория Антипенко: уже через минуту после его выхода на сцену забываешь, что это он, хорошо знакомый тебе актер по фильмам и другим спектаклям. Ты видишь Сирано и только Сирано. И он именно такой, каким бы я хотела его видеть. Очень убедительно, очень живо и искренне сыграна эта роль.

Огромная благодарность и Ольге Ломоносовой, и абсолютно всем, кто принимал участие в спектакле - очень профессиональный и слаженный ансамбль актеров. В таких спектаклях, на мой взгляд, крайне важно хорошо слышать текст - здесь он звучал четко и громко. После спектакля осталось чувство щемящей радости и глубокой благодарности ко всем, кто участвовал в его создании.

Апрель 2017 г.

Нина Соколова

[ свернуть ]


Ольга Счастливая

17 апреля 2017
Спасибо за незабываемый вечер. Мы остались в восторге от актрисы второго плана Агриппины Стекловой, она затмила даже главных героев в первом акте. Во втором акте блистал Сухоруков. Александр Самойленко тоже очень гармонично смотрелся в своей роли. Мы получили настоящ... [ развернуть ]

Спасибо за незабываемый вечер. Мы остались в восторге от актрисы второго плана Агриппины Стекловой, она затмила даже главных героев в первом акте. Во втором акте блистал Сухоруков. Александр Самойленко тоже очень гармонично смотрелся в своей роли. Мы получили настоящее наслаждение, следя за игрой, смеясь от души и переживая за героев.

Ольга Счастливая

[ свернуть ]


Воронежцам показали на сцене реальные истории из жизни людей с диагнозом "аутизм"

5 апреля 2017
http://tv-gubernia.ru/culture/voronezhcam_pokazali...2 апреля сотни зданий по всему миру подсвечивают синим. Делается это в поддержу людей с аутизмом. Воронеж в этой акции участвует уже несколько лет. Но в этом году синим зажглись не только здания, но и сцена в ТЮЗе.... [ развернуть ]

http://tv-gubernia.ru/culture/voronezhcam_pokazali...

2 апреля сотни зданий по всему миру подсвечивают синим. Делается это в поддержу людей с аутизмом. Воронеж в этой акции участвует уже несколько лет. Но в этом году синим зажглись не только здания, но и сцена в ТЮЗе. Артисты театра на Малой Бронной привезли в столицу Черноземья уникальный спектакль "Особые люди".

Аутизм - это не болезнь, это способ существования. Так говорят со сцены артисты и сами верят. Потому что знают и людей с расстройством аутистического спектра, и их родителей. Спектакль соткан из реальных историй.

- Нам повезло. Мы познакомились с Центром лечебной педагогики. Поехали в инклюзивный лагерь на Валдае. Провели там две недели с педагогами, родителями, детьми, волонтёрами. И после того, как мы пообщались, мы, конечно, в них во всех влюбились. Мы очень много читали статей, книг. И мы решили как-то высказаться художественно на эту тему. Потому что хотелось бы, чтоб об этом больше знало людей, - говорит актриса театра на Малой Бронной Мария Дубакина.

На сцене без прикрас показывают, что чувствуют родители, когда узнают диагноз, когда встают перед выбором. В пьесе, говорят артисты, нет ни одного выдуманного слова.

Спектакль рассказывает и том, что чувствуют сами аутисты. Их мозг, как компьютер, который работает с космической скоростью. Всё записывает на свою крошечную подкорку.

И, конечно, в спектакле говорят о проблемах. Воронежу повезло - в нашем городе занимаются детьми с диагнозом "аутизм". Но в России немного таких мест. Чтобы помочь детям, родители проходят все круги ада - обивают пороги в госучреждениях, продают квартиры, берут кредиты и переезжают в другие города - туда, где есть реабилитационные центры. Но и это ещё не всё. Каждый день родители думают, что же делать, когда ребёнок вырастет. Ведь в России не существует диагноза "аутизм" для взрослых.

- Я думаю, что это должно стать государственной проблемой. Потому что, если мы говорим о том, что сейчас на семьдесят семей рождается один ребёнок-аутист - это мировая статистика, - говорит актриса театра на Малой Бронной Вера Бабичева.

Театр на малой Бронной показал свой спектакль в Воронеже именно 2 апреля не случайно - ведь это Всемирный день распространения информации об аутизме. Организовал гастроли фонд "Выход", который помогает людям с расстройством аутистического спектра.

- Мне кажется, что очень важно, говорить об этом громко, публично. Чтобы как можно больше людей знали, что есть люди с аутизмом, что у них есть семьи. И что они живут рядом с нами. Мы должны знать, что им нужна поддержка, - рассказала директор по связям с общественностью фонда "Выход" Александра Ливергант.

После аплодисментов артисты не ушли со сцены, а остались на задушевный разговор со зрителями, среди которых было немало родителей особенных детей. Для мам и пап такой спектакль - это большая эмоциональная встряска. Ведь об их проблемах редко говорят так открыто и прямо.

С этим спектаклем театр на Малой Бронной ездит не только по России, артистов уже не раз приглашали в Европу. И на разных площадках, людям из разных городов и стран они говорят, что отклонения в развитии не делают из человека не человека, что люди с аутизмом рождаются с мудростью сердца и учат нас, обычных, просто любить.

[ свернуть ]


СВЯТОЕ ОДИНОЧЕСТВО: "ОСОБЫЕ ЛЮДИ" В ОСОБЫЙ ДЕНЬ

5 апреля 2017
http://lgz.ru/blog/Voronej/svyatoe-odinochestvo-os...2 апреля при поддержке фонда "Выход" в Воронеже был показан спектакль "Особые люди", совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной, созданный в партнёрстве с Центром лече... [ развернуть ]

http://lgz.ru/blog/Voronej/svyatoe-odinochestvo-os...

2 апреля при поддержке фонда "Выход" в Воронеже был показан спектакль "Особые люди", совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной, созданный в партнёрстве с Центром лечебной педагогики.

2 апреля - Всемирный день распространения информации о проблеме аутизма, день, известный многим россиянам благодаря благородной синей подсветке в знак солидарности включаемой на главных зданиях и сооружениях городов на весь день.

На миллионный Воронеж официально зарегистрировано 803 ребёнка с аутизмом, а ещё столица Черноземья создала невероятный по своей силе и значимости прецедент для всего российского права и медицины - именно здесь несколько месяцев назад ребёнок-аутист, переступив восемнадцатилетний рубеж, не получил вопреки сложившейся практике диагноз "шизофрения".

По этим и многим другим причинам знаменитый на всю Москву и театральное сообщество спектакль "Особые люди" было решено показать именно в Воронеже, городе, где, в отличие от той же самой Ульяновской области, есть фонды и организации, стремящиеся помочь особенным детям и их родителям.

Сделать возможным столь затратную идею реальностью получилось благодаря фонду поддержки содействия решению проблем аутизма в России "Выход", тесно сотрудничающему с региональными целевыми организациями и органами власти.

Автором идеи необычного спектакля стала актриса театра на Малой Бронной Екатерина Дубакина, собиравшая и переводившая собственноручно на русский язык истории со всего мира о детях-аутистах и их родителях.

Искавший давно возможности выйти за рамки театра коллектив, стремившийся к чему-то более человеческому, познакомился с Центром лечебной педагогики, позволившим поближе познакомиться с феноменом аутизма, после чего тут же родилась давно искомая идея: рассказать об этом большому количеству людей.

Сложить собранный материал в единое целое смог Александр Игнашов, а сценическую версию написал Артемий Николаев, а поставить особую историю решился художественный руководитель театра на Малой Бронной Сергей Голомазов.

Казалось бы, обычный сюжет, сосредоточивший в стенах стандартного российского фонда три семьи особенных детей и его сотрудников, каждый из которых по-своему переживает свалившиеся на его плечи испытания и старается найти в сложившейся, казалось бы, безвыходной ситуации, даже самое хрупкое, но такое важное счастье.

На сцене - пять больших синих кубов и с два десятка маленьких, выложенных в слово "особые", белый шар и синий свет - даже самые мельчайшие детали в оттенках синевы, символа аутизма. Три ребёнка-аутиста, в которых зритель позже признает своих, таких же, особенных, деток. Три семьи, по-своему переживающих горе - и ведь опять, как всё точно: горькая статистика разводов в таких семьях зашкаливает, а что чувствует каждый из супругов? Боль, утрату, потерю поддержки, вечное безденежье и искреннюю веру в чудо - иначе никак.

В спектакле помимо молодёжи, учеников Голомазова, заняты и мэтры Бронной: Вера Бабичева и Владимир Яворский, воплотившие на сцене реалистичног о и рассудительного директора фонда, отправляющего особенных детей в Европу, и безутешного отца, до последнего пытавшегося смириться с мыслью о своём необычном ребёнке и старавшегося найти помощь и поддержку.

Именно сюжетная линия разговора спесистого и самоуверенного чиновника и желающего увидеть сына счастливым отца стала первой из тех, что заставили зрителя не просто сочувствовать переживающему отцу - настолько, казалось бы, гипертрофированная история на самом деле является отражением реалий, с которыми каждый день сталкивается хотя бы один родитель особого ребёнка. Конечно, куда как важнее фасады и дороги города и будущий электорат, нежели улыбка маленького мальчика, безнадёжно верящего вместе со своими родителями в счастье и светлое будущее.

Первый и единственный спектакль, посвящённый родителям детей с особенностями развития, "Особые люди" - лауреат "Звезды Театрала"в номинации "Лучший социальный проект - 2016". За непродолжительность своего существования, он уже побывал в Латвии, Германии, Екатеринбурге, Челябинске, Снежинске и теперь Воронеже. Это непростая история, рассказанная простым языком, доводящем до мурашек, слёз и серьёзного размышления - а что, если мы станем одними из них?

Сергей Голомазов справедливо замечает, что пьеса, в первую очередь, не про детей-аутистов и не про родителей этих детей - пьеса про страну - аутистов, про каждого живущего в ней человека - аутиста. Он представляет пьесу социальным протестом против глухоты и равнодушия окружающих людей и государства, и как бы было хорошо, если бы региональная власть увидела этот самый протест на сцене, среди деревянных кубиков и синего света, среди говорящих персонажей и истории каждого непридуманного человека.

[ свернуть ]


Климова Н. Е.

2 апреля 2017
2 апреля. Воронеж. Спектакль "Особые люди". Мысли путаются,так много эмоций... Спектакль, который заставляет душу работать, а сердце плакать. Спектакль, который напоминает о том, что мы-- люди. Спектакль, который никого не оставит равнодушным. Спасибо!!!

2 апреля. Воронеж. Спектакль "Особые люди". Мысли путаются,так много эмоций... Спектакль, который заставляет душу работать, а сердце плакать. Спектакль, который напоминает о том, что мы-- люди. Спектакль, который никого не оставит равнодушным. Спасибо!!!

Климова Н. Е.

[ свернуть ]


В Воронеже покажут знаменитый спектакль Театра на Малой Бронной

28 марта 2017
http://www.voronezh-media.ru/news_out.php?id=51801Спектакль «Особые люди», посвящённый родителям детей с особенностями развития будет показан в Воронежском театре юного зрителя 2 апреля (18:00).«Особые люди» - совместный проект Творческого объединения мастерских Голо... [ развернуть ]

http://www.voronezh-media.ru/news_out.php?id=51801

Спектакль «Особые люди», посвящённый родителям детей с особенностями развития будет показан в Воронежском театре юного зрителя 2 апреля (18:00).

«Особые люди» - совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной, созданный в партнёрстве с Центром лечебной педагогики. Это первый и на данный момент единственный спектакль в своём роде, посвящённый родителям детей с особенностями развития. Авторы идеи – актёры Театра на Малой Бронной Екатерина Дубакина и Артемий Николаев, режиссёр спектакля – художественный руководитель Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов.

Показ спектакля в Воронеже во Всемирный день информирования об аутизме (2 апреля) стал возможен благодаря фонду содействия решению проблем аутизма в России «Выход».

Как стало известно ИА «Воронеж-Медиа», в основе сюжета одноимённая пьеса Александра Игнашова. Пьеса основана на историях семей, в которых растут «особые» дети, и текстах, написанных самими родителями. Спектакль рассказывает о тех, кто столкнулся с большим испытанием, но вопреки этому продолжает жить и мечтать без страха. Этот проект – ещё одна попытка призвать общество понять особых людей и отнестись к ним с уважением.

В постановке Сергея Голомазова поднимаются вопросы, с которыми сталкиваются родители «особых» детей: что они чувствуют, как справляются с собственными переживаниями и трудностями, на что готовы пойти, чтобы их ребёнок был счастлив и не был отстранён от общества. В спектакле показываются разные герои и их истории, у каждого из них своя судьба и выбор, который они должны принять сами.

Сергей Голомазов, режиссёр-постановщик спектакля, заслуженный деятель искусств РФ, художественный руководитель Театра на Малой Бронной:

«Познакомившись с материалом, я понял, что это пьеса не про детей-аутистов и не про многострадальных героев-родителей этих детей. Это лишь поверхностная фабула. А пьеса про страну – аутистов, про нас – аутистов. Разговор о проблемах особых детей, особых людей и их родителей, на мой взгляд, лишь предлог для размышления вокруг куда более глубоких проблем. Это разговор о нравственном аутизме. Это пьеса-протекст, бунт, в чем-то почти социальный протест против нравственной глухоты и равнодушия социума, общества, государства и, в конечном счёте, это разговор о разрушающей природе нашего глубокого невежества и жестокости по отношению к особенности и необычности мышления человека, инакомыслию. Вот, что я услышал в этом материале».

Премьера спектакля вызвала большой резонанс в профессиональной среде, особенно со стороны организаций, оказывающих поддержку семьям, в которых растут дети с особенностями развития.

В декабре 2015 года спектакль награждён Специальным Дипломом Жюри XIII Московского Театрального Фестиваля «Золотой Витязь». «Особые люди» - лауреат премии «Звезда Театрала» в номинации «Лучший социальный проект – 2016». Спектакль был показан в Латвии, Германии, Екатеринбурге и Челябинске.

[ свернуть ]


В Воронеже покажут спектакль «Особые люди» Театра на Малой Бронной

28 марта 2017
http://www.chr.aif.ru/voronezh/events/v_voronezhe_...2 апреля в 18:00 в Воронежском театре юного зрителя покажут спектакль «Особые люди», посвящённый родителям детей с особенностями развития.«Особые люди» - совместный проект Творческого объединения мастерских Голомаз... [ развернуть ]

http://www.chr.aif.ru/voronezh/events/v_voronezhe_...

2 апреля в 18:00 в Воронежском театре юного зрителя покажут спектакль «Особые люди», посвящённый родителям детей с особенностями развития.

«Особые люди» - совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной, созданный в партнёрстве с Центром лечебной педагогики. Это первый и на данный момент единственный спектакль в своём роде, посвящённый родителям детей с особенностями развития.

В основе сюжета одноимённая пьеса Александра Игнашова. Пьеса основана на историях семей, в которых растут «особые» дети, и текстах, написанных самими родителями. Спектакль рассказывает о тех, кто столкнулся с большим испытанием, но вопреки этому продолжает жить и мечтать без страха. Этот проект – ещё одна попытка призвать общество понять особых людей и отнестись к ним с уважением.

В постановке Сергея Голомазова поднимаются вопросы, с которыми сталкиваются родители «особых» детей: что они чувствуют, как справляются с собственными переживаниями и трудностями, на что готовы пойти, чтобы их ребёнок был счастлив и не был отстранён от общества. В спектакле показываются разные герои и их истории, у каждого из них своя судьба и выбор, который они должны принять сами.

В декабре 2015 года спектакль награждён Специальным Дипломом Жюри XIII Московского Театрального Фестиваля «Золотой Витязь». «Особые люди» - лауреат премии «Звезда Театрала» в номинации «Лучший социальный проект – 2016». Спектакль был показан в Латвии, Германии, Екатеринбурге и Челябинске.

Показ спектакля в Воронеже во Всемирный день информирования об аутизме стал возможен благодаря фонду содействия решению проблем аутизма в России «Выход».

[ свернуть ]


Актеры Театра на Малой Бронной покажут в Воронеже бесплатный спектакль

28 марта 2017
https://riavrn.ru/news/aktery-teatra-na-maloy-bronnoy-pokazhut-v-voronezhe-besplatnyy-spektakl/Актеры московского Театра на Малой Бронной покажут в Воронеже спектакль «Особенные люди». Постановку, которую неоднократно признавали лучшей на театральных фестивалях, горо... [ развернуть ]

https://riavrn.ru/news/aktery-teatra-na-maloy-bronnoy-pokazhut-v-voronezhe-besplatnyy-spektakl/

Актеры московского Театра на Малой Бронной покажут в Воронеже спектакль «Особенные люди». Постановку, которую неоднократно признавали лучшей на театральных фестивалях, горожане увидят на сцене Воронежского ТЮЗа в 18:00 воскресенья, 2 апреля. Бесплатные билеты на спектакль получат семьи, в которых воспитываются дети с особенностями развития.

В основе сюжета – одноименная пьеса Александра Игнашова, основанная на историях семей, в которых растут «особые» дети, и текстах, написанных самими родителями.

Спектакль режиссера-постановщика, заслуженного деятеля искусств РФ Сергея Голомазова поднимает вопросы, с которыми сталкиваются родители с особенностями развития: что они чувствуют, как справляются с собственными переживаниями и трудностями, на что готовы пойти, чтобы их ребенок чувствовал себя счастливым и не был отстранен от общества. У каждого из героев – своя судьба и выбор, который они должны сделать сами.

По словам организатора гастролей театра в Воронеже Валерии Маламуры, премьера спектакля вызвала резонанс со стороны организаций, оказывающих поддержку семьям, в которых растут дети-аутисты.

– Символично, что в Воронеже спектакль состоится во Всемирный день информирования об аутизме. Приезд московской труппы будет осуществлен благодаря фонду содействия решению проблем аутизма в России «Выход», президентом которого является режиссер, сценарист Авдотья Смирнова, – сообщила РИА «Воронеж» Валерия Маламура.

[ свернуть ]


В Воронеже покажут знаменитый спектакль Театра на Малой Бронной, посвящённый родителям детей с особенностями развития

28 марта 2017
http://culturavrn.ru/waitingroom/207322 апреля в 18:00 в Воронежском Театре юного зрителя будет показан спектакль «Особые люди». Эта работа – совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной в партнёрстве с Центром лечебной пе... [ развернуть ]

http://culturavrn.ru/waitingroom/20732

2 апреля в 18:00 в Воронежском Театре юного зрителя будет показан спектакль «Особые люди». Эта работа – совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной в партнёрстве с Центром лечебной педагогики. Это первый и на данный момент единственный спектакль в своём роде, посвящённый родителям детей с особенностями развития.

Авторы идеи – актёры Театра на Малой Бронной Екатерина Дубакина и Артемий Николаев, режиссёр спектакля – художественный руководитель Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов.

Показ спектакля в Воронеже во Всемирный день информирования об аутизме (2 апреля) стал возможен благодаря фонду содействия решению проблем аутизма в России «Выход» (outfund.ru). Президент фонда – режиссер, сценарист Авдотья Смирнова. Миссия организации – создать предпосылки для появления инклюзивного общества в России, привести помощь в каждую семью, столкнувшуюся с диагнозом аутизм (или РАС - расстройства аутистического спектра), привлечь к работе государство, общество, профессиональное сообщество, людей с РАС и их семьи.

В основе сюжета лежит одноимённая пьеса Александра Игнашова. Пьеса основана на историях семей, в которых растут «особые» дети, и текстах, написанных самими родителями. Спектакль рассказывает о тех, кто столкнулся с большим испытанием, но вопреки этому продолжает жить и мечтать без страха. Этот проект – ещё одна попытка призвать общество понять особых людей и отнестись к ним с уважением.

В постановке Сергея Голомазова поднимаются вопросы, с которыми сталкиваются родители «особых» детей: что они чувствуют, как справляются с собственными переживаниями и трудностями, на что готовы пойти, чтобы их ребёнок был счастлив и не был отстранён от общества. В спектакле показываются разные герои и их истории, у каждого из них своя судьба и выбор, который они должны принять сами.

Сергей Голомазов, режиссёр-постановщик спектакля, заслуженный деятель искусств РФ, художественный руководитель Театра на Малой Бронной:

– Познакомившись с материалом, я понял, что это пьеса не про детей-аутистов и не про многострадальных героев-родителей этих детей. Это лишь поверхностная фабула. А пьеса про страну аутистов, про нас – аутистов. Разговор о проблемах особых детей, особых людей и их родителей, на мой взгляд, лишь предлог для размышления вокруг куда более глубоких проблем. Это разговор о нравственном аутизме. Это пьеса-протест, бунт, в чем-то почти социальный протест против нравственной глухоты и равнодушия социума, общества, государства и, в конечном счёте, это разговор о разрушающей природе нашего глубокого невежества и жестокости по отношению к особенности и необычности мышления человека, инакомыслию. Вот, что я услышал в этом материале.

Екатерина Дубакина, актриса:

— Мне кажется, эта тема выбрала нас сама. И это большая честь для нас и ответственность. Мы не артисты в этом спектакле, мы — люди, которые говорят о том, что в нас болит. Моя героиня прошла через сильнейшие испытания и теперь хочет помочь тем, кто пока не видит никакого света впереди. Я говорю о том, что только любовь, вера и принятие может спасти нас. «Человеку нужен человек» – в этой фразе для меня главный смысл нашей работы. Если есть рядом человек, который верит, прощает, принимает тебя таким, какой ты есть, более того — любит и хочет быть рядом даже когда все очень сложно – тогда для тебя нет ничего не возможного и любые чудеса реальны. Именно этому учат нас Особые дети и Особые родители, и именно об этом — наш Особый спектакль. Это большое счастье — делиться этими открытиями со зрителем.

Премьера спектакля вызвала большой резонанс в профессиональной среде, особенно со стороны организаций, оказывающих поддержку семьям, в которых растут дети с особенностями развития.

В декабре 2015 года спектакль награждён специальным дипломом жюри XIII Московского Театрального Фестиваля «Золотой Витязь». «Особые люди» – лауреат премии «Звезда Театрала» в номинации «Лучший социальный проект – 2016». Спектакль был показан в Латвии, Германии, Екатеринбурге и Челябинске.

[ свернуть ]


Пропажин Сергей Николаевич

21 марта 2017
Был на "Аркадии" 19.03.2017.Во-первых, такой Веры Бабичевой я еще не видел!Хочется выразить ей особую благодарность!За удивительные глаза! За взгляд! За искренность и честность с самой собой и со зрителем! Такая не простая роль и так легко ей удаётся преподнести е... [ развернуть ]

Был на "Аркадии" 19.03.2017.Во-первых, такой Веры Бабичевой я еще не видел!Хочется выразить ей особую благодарность!За удивительные глаза! За взгляд! За искренность и честность с самой собой и со зрителем! Такая не простая роль и так легко ей удаётся преподнести ее зрителю,раскрывая свое сердце и заставляя его не отрывать от неё взгляд,даже когда на сцене рядом с ней другие исполнители всех возрастов!Вера Ивановна невероятно манкая ! И обворожительная! А когда к финалу она вышла в красном платье...мы с женой в один голос ахнули: "Нет,это богиня!" Спасибо за прекрасное театральное впечатление! ! ! За чудо театра! Что касается самого спектакля..Я оказался не совсем готов к такой теме,поэтому не совсем всё понял..Ибо бывают спектакли не для всех..Спектакли умные!Я бы сказал "грамотные".На которые нужно приходить хотя бы немного в теме...А поскольку Байрон ,увы, пока почему-то проходил мимо меня,то и мои попытки уловить какие-то вещи в спектакле,не всегда удавались мне,что раздражало меня! А значит и тут победа!Уходя из зала,мне захотелось пойти в библиотеку и открыть Байрона и о Байроне!!!И перечитать, и прийти еще раз с другим глазом! Есть вещи,которые вдохновляют!Этот спектакль и ,конкретно,роль Бабичевой-из этой серии. Когда ты выходишь из зала с желанием любить,познавать,верить мечтам и жадно жить-значит спектакль прошел не зря! Вообщем,"секс и литература,литература и секс",цитируя героиню спектакля)))))Еще раз спасибо создателям спектакля!!!Такой театр нужен и необходим!Он заставляет нас тянуться вверх и становиться лучше!Желаю процветания театру и очередных побед и сюрпризов для зрителя!

Пропажин Сергей Николаевич

[ свернуть ]


Несколько слов о счастливых «особых людях».

11 марта 2017
Отправляясь на спектакль Театра на Малой Бронной «Особые люди», я знал, что речь пойдет о детях с особенностями развития и взаимоотношениях с ними взрослых людей. И особо готовился к нелегкому испытанию (надеюсь, вы понимаете, почему). Увидев в программке, что такие ... [ развернуть ]

Отправляясь на спектакль Театра на Малой Бронной «Особые люди», я знал, что речь пойдет о детях с особенностями развития и взаимоотношениях с ними взрослых людей. И особо готовился к нелегкому испытанию (надеюсь, вы понимаете, почему). Увидев в программке, что такие дети даже будут фигурировать на сцене, постарался заранее «зажать в кулак» свои эмоции. Забегая вперед, скажу, что в некоторых местах сдержаться не удалось. Но не это главное. Главное в том, что из зала я вышел просветленным. И вовсе не потому, что в моем сердце усилилось чувство сострадания к этим необычным маленьким существам. Благодаря автору, режиссеру и актерам я абсолютно уверовал в то, что они - такие же люди, как все остальные. Ведь мы же не льем слезы, не страдаем, глядя на заик, левшей или на тех детей, которые в пять лет начинают писать музыку или картины! А ведь аутисты, люди с синдромом Дауна и другие «особые» дети - из этой же когорты! У них просто свой взгляд на мир, свои взаимоотношения с Космосом, свои мысли и чувства, которые они не всегда хотят выражать вслух. Они, как написано в программке спектакля, «чище и лучше нас, здоровых». (Хотя, наверное, здесь есть неточность, ибо неизвестно, кто здоровый: они или мы?) Этим и объясняется свет в моей душе после спектакля: у меня как будто камень упал с сердца. Я вдруг понял, что рядом с нами живут не убогие, забытые Богом создания, а те прекраснодушные Люди, у которых, может быть, мы должны учиться видеть и чувствовать мир… Что, конечно, не исключает необходимости нашей заботы о них. И благотворительный спектакль «Особые люди» - тому подтверждение.

Между тем, в нем речь идет не только об особых детях. За час с небольшим перед тобой проходят жизни нескольких близких им людей, ты становишься свидетелем их непонимания, раздражения, отчаяния, краха их судеб. Или, наоборот, стойкости, желания противостоять свалившейся на них беде. При этом, контрапунктом проходит тема безвыходности нашего существования в рамках сложившегося социума. А обращенный к чиновнику монолог одного из героев, блистательно сыгранного Владимиром Яворским , я бы цитировал во всех СМИ, на всех заседаниях Госдумы и правительства и даже развешивал бы на растяжках на улицах…

Особая статья - команда, которая собралась в этом спектакле. Не хотелось употреблять такие, вроде бы, банальные эпитеты, как потрясающий, пронзительный, ошеломительный. Но синонимов для выражения чувств мало, поэтому придется. Это, действительно, изумительная даже не игра, а жизнь в спектакле. Я сидел в первом ряду Малого зала театра, глядел в упор в глаза артистам и был поражен пронзительной достоверности их существования! У человека со стороны, наверное, могло даже возникнуть впечатление, что все эти актеры играют о себе, что они прошли через такую же беду, как их герои! Но, при этом, они не рвали страсти в клочья, не рыдали в три ручья (даже наоборот - пытались подавить в себе искренние слезы), а твое сердце разрывалось на части. Не перечисляю всех любимых артистов, извините. Но особый поклон - необыкновенной Вере Бабичевой, в очередной раз изумившей и потрясшей…

А Сергею Голомазову - искренняя благодарность за изысканное в театральном смысле зрелище, в котором нет пресловутой «бытовухи» и надрывной психологичности. Напротив, зрелище при всей его пронзительности и достоверности очень условно и порой загадочно, что, наверное, и рождает мысль о космическом происхождении прекрасных «особых» детей. Отдельное спасибо режиссеру за то, как решены в спектакле образы трех молчаливых "особых" детей. Я не понимаю, как такое возможно и ЧТО надо было внушить актерам, чтобы они так сыграли! Но мудрые, все понимающие огромные детские глаза Полины Некрасовой не забуду, наверное, до конца жизни…

P.S. Не призываю вас, друзья, непременно посмотреть этот спектакль. Но уверен, что, не посмотрев его, вы будете … даже не обделены судьбой, а просто менее счастливы, чем могли бы быть.

 

 

[ свернуть ]


Особые люди

28 февраля 2017
Спектакль "Особые люди" в Театре на Малой Бронной. Пронзительная работа Сергея Голомазова, Веры Бабичевой и их талантливых коллег. Это надо видеть всем... Это надо показывать в Белом доме, в Госдуме, в Кремле... Сюда надо приводить для прививки моральных уродов, прог... [ развернуть ]

Спектакль "Особые люди" в Театре на Малой Бронной. Пронзительная работа Сергея Голомазова, Веры Бабичевой и их талантливых коллег. Это надо видеть всем... Это надо показывать в Белом доме, в Госдуме, в Кремле... Сюда надо приводить для прививки моральных уродов, проголосовавших за "Закон Димы Яковлева"...
Это разговор о душе, о нашей жизни, и о космической любви...


Валерий Яков

[ свернуть ]


Аркадия

28 февраля 2017
Когда давно я посмотрел этот спектакль и то ли по своей наивности, то ли по своей глупости,подумал, что она, героиня Вера Бабичева, и есть Аркадия и спектакль про нее!!! Прошло немало лет, я посмотрел сотни, если не тысячи спектаклей и теперь понимаю, это была не глу... [ развернуть ]

Когда давно я посмотрел этот спектакль и то ли по своей наивности, то ли по своей глупости,подумал, что она, героиня Вера Бабичева, и есть Аркадия и спектакль про нее!!! Прошло немало лет, я посмотрел сотни, если не тысячи спектаклей и теперь понимаю, это была не глупость и не наивность, а настоящая сила искусства, выраженная этой блистательной актрисой и запечатленная в образе Ханны Джарвис!!! Это спектакль я посмотрел уже не один раз и он остается моим самым любимым спектаклем!!! Ибо в нем содержится и каждый раз по-новому раскрывается вся сила театра, его магия и чарующая красота!!! 

 

Евгений Шиньев

[ свернуть ]


О спектакле "Особые люди"

28 февраля 2017
Сегодня ходили в театр на Малой Бронной, смотрели спектакль "Особые люди", рыдали с Машей вместе, игра актеров потрясла меня. Я счастлив, что у меня есть такой друг, как Вера Бабичева. Спасибо Вера Вам за спектакль, после спектакля мы с Машей ещё погуляли, и она мне ... [ развернуть ]

Сегодня ходили в театр на Малой Бронной, смотрели спектакль "Особые люди", рыдали с Машей вместе, игра актеров потрясла меня. Я счастлив, что у меня есть такой друг, как Вера Бабичева. Спасибо Вера Вам за спектакль, после спектакля мы с Машей ещё погуляли, и она мне сказала, что у неё до сих пор сердце ещё стучит. Сильный спектакль!

[ свернуть ]


Козырев Василий Глебович

27 февраля 2017
Смотрел 26 февраля 2017 года. Спектакль очень понравился. Оригинальное оформление сцены: декорации, свет, звук. Очень хорошо актёры сыграли свои роли (на высшем уровне). Советую посмотреть этот спектакль. Даю спектаклю 5 балов из 5. Больше таких превосходных и велико... [ развернуть ]

Смотрел 26 февраля 2017 года. Спектакль очень понравился. Оригинальное оформление сцены: декорации, свет, звук. Очень хорошо актёры сыграли свои роли (на высшем уровне). Советую посмотреть этот спектакль. Даю спектаклю 5 балов из 5. Больше таких превосходных и великолепных спектаклей.

[ свернуть ]


Ни одной разбитой жизни

31 января 2017
ПОСЛЕ ПРЕМЬЕРЫ Ни одной разбитой жизни by Светлана БЕРДИЧЕВСКАЯ • Янв 21, 2017 Поздняя осень. Сумрачно. Даже зябко как будто. Ворох листьев – свежая могила, возле нее люди. Рядом просторная терраса загородного дома: желтые кирпичные стены, синие потертые перил... [ развернуть ]

Ни одной разбитой жизни

Фото с сайта Театра на Малой БроннойПоздняя осень. Сумрачно. Даже зябко как будто. Ворох листьев – свежая могила, возле нее люди. Рядом просторная терраса загородного дома: желтые кирпичные стены, синие потертые перила и ставни, обе-денный стол, тусклые фонари. Таким в спектакле “Разговоры после прощания” предстает имение Луарэ – место действия в пьесе Ясмины Реза (в оригинале “Разговоры после погребения”). Режиссер Михаил Станкевич, ученик Сергея Женовача, известный своими постановками “Дьявол” и “Жена” в Театре под руководством Олега Табакова, поставил в Театре на Малой Бронной дебютную пьесу одного из ведущих драматургов сегодняшней Франции.

Ясмина Реза хорошо знакома московским театралам. В конце девяностых годов ее пьеса “Арт” (или “Искусство”), ставшая всемирным театральным бестселлером, шла на нескольких столичных сценических площадках. А в 2009 году театр “Современник” осуществил постановку пьесы “Бог резни” (режиссер Сергей Пускепалис) – одной из самых популярных за последние годы, поставленной в театрах Парижа и Лондона.

Ясмина Реза – отличный драматург, настоящий профессионал: ее истории всегда увлекательны, в них пульсирует современность, а диалоги виртуозны. Сама француженка утверждает, что ее пьесы всегда наделены сложной идеей, но при этом рассказаны просто: “Нет смысла писать для театра сложно, потому что никто ничего не поймет”. Таковы и “Разговоры после погребения”. Здесь абсолютно точно работает основной чеховский посыл: “Пусть на сцене все будет так же сложно и так же вместе с тем просто, как в жизни. Люди обедают, просто обедают, а в это время слагается их счастье и разбиваются их жизни”. И действительно, весь спектакль герои этой истории долго готовятся сесть за обеденный стол.

…В большой семье умирает отец. Два его сына, дочь, их дядя по матери и его новая жена собираются в родовом имении, где по последней воле главы семейства он должен быть похоронен. На погребение также приезжает Элиза – бывшая возлюбленная младшего брата Алекса. Они давно уже не пара, но Алекс все еще не может с этим смириться. Элиза же все эти годы тайно любит старшего брата Натана. Вокруг этого клубка отношений, который раскручивается в течение одного дня, и строится все действие. Похороны, разговоры, прощания, ссоры, примирения, поздний обед. И счастье слагается, и судьбы рушатся, и жаркое в духовке.

Кто-то из критиков однажды абсолютно точно заметил, что “половина успеха пьес Реза в том, что актеры хотят сыграть это”. И это стопроцентно работает в спектакле Михаила Станкевича. Каждый созданный характер безупречно ложится на индивидуальный актерский темперамент, на человеческую натуру: существование в роли свободно и органично – сиюминутно ощущаешь связь между образом и живой личностью. И это относится ко всем шести актерским работам: Владимира Яворского (Натан), Дмитрия Цурского (Алекс), Дарьи Грачевой (их сестра Эдит), Александра Макарова (дядя Пьер), Татьяны Кречетовой (Жюльена, его жена), Мариэтты Цигаль-Полищук (Элиза).

Спектакль идет на вновь открытой Малой сцене театра, на которой в конце 70-х годов прошлого столетия шло “Продолжение Дон Жуана” Эдварда Радзинского в постановке Анатолия Эфроса. Сегодня это камерный зал на сто мест. Декорация – терраса загородного дома реального размера – занимает все пространство сцены (художник Алексей Вотяков). Уютная, теплая, с горящими окнами, с гирляндой из осенних листьев и массивной люстрой – она дарит щемящее ощущение дома, семьи (конечно же, это чеховская терраса из “Дяди Вани” или “Лешего”). Хотя бы на один день близкие, но уже давно далекие друг другу родственники, пытаются почувствовать себя семьей: понять, услышать, исповедаться, обнять. И даже Элиза, не являющаяся членом этого семейства, словно настаивает на своем родстве с ними: ее изящную шею обвивает палантин тех же цветов, что и эта сине-желтая терраса.

Здесь у каждого своя боль. Это и откровенный монолог старой девы Эдит в виртуозном исполнении Дарьи Грачевой; ее своеобразный “выход из шкафа”, история о единственно пережитом в жизни сексуальном приключении. Она делится этим с Элизой: робко и мучительно. Но уже через несколько минут это же признание звучит от нее на французском языке. Эдит рассказывает об этом каждому в зале: страстно, с упоением, словно дав прорваться чему-то потаенному.

Это и яростный порыв Алекса немедленно застрелиться из-за измены Элизы. Дмитрий Цурский – актер с сильным мужским обаянием и воспламеняющимся темпераментом, благодаря чему его персонажи часто становятся центром любого спектакля. Его Алекс – это человек нервно-утонченного склада, не добившийся любви, не нашедший призвания и от этого отчаянно болезненно воспринимающий мир и людей.

Об этих порывах сама Реза писала: “Когда ты держишься из последних сил и больше уже не можешь, и инстинкты берут верх. Это чистая физиология”.

Мизансцены в спектакле выстроены таким образом, что каждое движение, каждый поворот головы или случайный взгляд, каждое слово, сказанное даже полушепотом, отличаются своеобразной нестройностью, иногда даже нарочитой смазанностью, но все вместе это создает поразительно живой рисунок драматического действия.

Алекс любит Элизу, уступить ее брату он не в силах. Элиза любит Натана, она целый день пытается решиться уехать, исчезнуть из жизни обоих братьев, но тоже не в силах. И кажется, что выхода уже не будет. “Странно, как быстро меняется здесь погода”, – говорит Жюльена. И как будто вместе с погодой за окном – так же стремительно меняется и погода в доме. Не успеваешь заметить, когда и как в этой семье вдруг возникло понимание. Все, неожиданно счастливые, наконец-то садятся за обеденный стол.

Один день после похорон, несколько часов разговоров, всего одно жаркое.

И как-то даже странно: ни одной разбитой жизни.

Светлана БЕРДИЧЕВСКАЯ

Фото с сайта Театра на Малой Бронной

«Экран и сцена»

№ 1 за 2017 год

http://screenstage.ru/?p=6014 

[ свернуть ]


Татьяна Алексеевна

19 января 2017
Была 18 января на этом замечательном спектакле. Отличный спектакль. Зал аплодировал практически весь спектакль, и было то редкое соединение: зритель-актер. Спасибо за хорошее настроение.

Была 18 января на этом замечательном спектакле. Отличный спектакль. Зал аплодировал практически весь спектакль, и было то редкое соединение: зритель-актер. Спасибо за хорошее настроение.

[ свернуть ]


Фесенко Татьяна Вадимовна

18 января 2017
Смотрела "Тартюф". Давно хотела попасть на этот спектакль.И вот в декабре купила билет на январь.Хотя я пенсионерка, билет я купила заранее в кассе.Неприветливая кассирша мне предложила место в последнем ряду бельэтажа, неудобное . Кроме того в зале нет вентиляции. О... [ развернуть ]

Смотрела "Тартюф". Давно хотела попасть на этот спектакль.И вот в декабре купила билет на январь.Хотя я пенсионерка, билет я купила заранее в кассе.Неприветливая кассирша мне предложила место в последнем ряду бельэтажа, неудобное . Кроме того в зале нет вентиляции. Очень душно.Весь спектакль я вертелась вытягивала шею, чтобы расслышать слова актеров (все-таки послушать было что - играли Мольера).Теперь о событии: игра актеров А. Стекловой, А.Самойленкл потрясла. А неподоажаемый Виктор Сухоруков в роли одноименного героя - просто запределен. Браво ему!!!

[ свернуть ]


Тарасова Ольга

16 января 2017
Спектакль потрясающий. Тонкий, изысканный, вкусово выдержанный. В лучших традициях европейского камерного театра, и русского психологического театра.Артисты работают просто ювелирно.Воздух спектакля настолько наполнен внутренним содержанием, что все нюансы у каждого ... [ развернуть ]

Спектакль потрясающий. Тонкий, изысканный, вкусово выдержанный. В лучших традициях европейского камерного театра, и русского психологического театра.Артисты работают просто ювелирно.Воздух спектакля настолько наполнен внутренним содержанием, что все нюансы у каждого исполнителя изумляет до дрожи и слез. Браво режиссёру и искренняя благодарность прекрасному ансамблю артистов разных поколений! Вы вместе в каждой секунде и это восхищает. Обязательно приведу ещё друзей и сама приду. С благодарностью О. Тарасова, актриса ЦАТРА.

[ свернуть ]


Держите меня за умного

9 января 2017
Держите меня за умного Текст: Андрей Максимов (писатель, телеведущий) Российская газета - Федеральный выпуск №7167 (1)     Так получилось, что несколько лет подряд я встречал Новый год за границами нашей Родины. Т... [ развернуть ]

Держите меня за умного

 
 
Так получилось, что несколько лет подряд я встречал Новый год за границами нашей Родины. То есть, с одной стороны, за границами праздника (поскольку в жарких странах праздник не ощущается). А с другой - за границами нашего телевидения.

В этом году в жизни моей праздник есть. Все вокруг горит, мелькает, переливается - красота! Но и телевидение есть тоже. Все горит, мелькает, переливается... Однако красота не ощущается.

Так. Спокойно. Если кто решил, что я сейчас буду ругать новогоднее телевидение: мол, скучно, мол, одно и то же, мол, одни и те же... Не буду. Я вообще не про телевидение - я про людей.

Я включал телевизор и ловил себя на том, что меня держат за идиота. А потом я пошел в театр

Почему-то считается, что в новогоднюю ночь, а потом и всю неделю мы должны радоваться жизни, пить и сходить с ума. Кто-то радуется. А кто-то нет. За свою уже довольно длинную жизнь я никогда не видел, чтобы Новый год праздновали так, как это показывает телевидение, то есть, чтобы все говорили какие-то бесконечные глупости, орали и пели песни.

 Я не хочу сказать, что так никто не празднует. Я про то, что празднуют и по-другому: без истерики. Например, многие мои друзья (как и я, впрочем) никогда не разговариваем столько, сколько в новогодние праздники. Некуда спешить. Можно и пообщаться.
 
Но праздничное телевидение люди почему-то не интересуют. Интересуют какие-то вечно улыбающиеся и поющие маски звезд. Я включал телевизор и (за исключением канала "Культура") все время ловил себя на том, что меня держат за идиота. И не то чтобы я такой умный-разумный, но все-таки, надеюсь, не такой идиот, как меня держат.

А потом я пошел в театр на Малой Бронной. Честно говоря, пошел по одной причине: когда не знаю, куда идти, всегда иду в театр. Спектакль называется "Канкун" испанского драматурга Жорди Гальсерана в постановке Сергея Голомазова.

И тут со мной заговорили по-человечески. Не занудливо, а серьезно. Что это было? Мелодрама? Да. Театр абсурда? Отчасти. Философская притча? Вполне. На сцене было то, чего мне так не хватало в новогоднем телевидении: люди и их живая жизнь.

Четыре замечательных актера - Татьяна Тимакова, Иван Шабалтас, Владимир Яворский, Надежда Беребеня - разыгрывают историю так, что оторваться невозможно. Неведомый мне Гальсеран придумал такой сюжет, который держит внимание от первой реплики до аплодисментов. А режиссер-философ Голомазов превратил все это в притчу, которая каждого зрителя заставляет задуматься о себе самом, о жизни своей, о смыслах ее. Почему-то считается, что в Новый год надо радоваться, веселиться, а об этом не думать. Отчего так? Когда же и думать-то о своей жизни, как не в Новый год?

На сцене царил нынче почти позабытый русский психологический театр: живые люди, живые, понятные характеры. С элементами абсурда? Не без этого. А покажите мне такого жителя нашей страны, в чьем существовании вообще не было бы абсурда.

Четыре актера - четыре судьбы? Как бы не так. Спектакль предлагает гораздо больше разных вариантов судеб. Здесь судьбы как бы в проекции 3D, стереосудьбы, я бы сказал. А ты, зритель, сиди и думай над вариантами жизни одного и того же человека.

Почему мы проживаем так, а не по-другому? Почему столь часто мы доверяем случаю формировать нашу жизнь: случайной встрече, случайному расставанию? Что такое судьба, и можем ли мы стать ее хозяевами или должны просто покориться?

Наступление Нового, 2017, года для меня оказалось временем, когда я сам бесконечно над этими вопросами задумывался. И тут - театр. Что называется, спектакль попал в меня. Но, судя по овации в финале, не в меня одного.

А еще я увидел на сцене выдающуюся - я настаиваю на этом определении - актерскую работу Татьяны Тимаковой. Увы, я не знаю такой актрисы. Зашел на сайт театра - сайт не помог: о Татьяне не написано ничего, кроме того, что она - ученица Голомазова. Респект педагогу.

Хороший актер должен играть непостижимо. Зритель не должен понимать, как он это делает. Тимакова играет именно так. Для меня субъективно лучшая рецензия на работу актера, когда ком подкатывает к горлу. Подкатывал, и не раз. Героиню Тимаковой жалко так, что я ловил себя на эмоциональном желании прекратить этот замечательный спектакль и просто ее успокоить.

За такие работы должны давать премии, звания, режиссеры должны выстраиваться в очередь, чтобы предложить ей роль в кино. Ничего этого у Тимаковой, как я понимаю, нет. Ее бы позвать на телевидение, чтобы миллионы людей узнали и про ее роль, и про нее саму. Но, увы, нет такой программы на ТВ.

 

 

Нелепость полная - сравнивать телевидение и театр. И задачи разные. И аудитории несопоставимы. А отношение к своему зрителю тоже должно быть разное? Или все-таки телевидение у театра чему-то могло бы научиться?

С новогодним телевидением, знаете, еще какая засада? Оно рассчитано только на тех, кому хорошо. Мои абсолютно не репрезентативные наблюдения за самим собой и за моими товарищами показали, что таких людей, действительно, много, однако, немало и тех, кого праздничное ТВ не имеет в виду вовсе.

Должно ли телевидение вообще иметь в виду тех, кого меньшинство? Для меня это - вопрос. Но вопрос, который, как мне кажется, требует размышлений.

К Тимаковой режиссеры должны выстраиваться в очередь. Но ее не знают вообще

Спектакль "Канкун" театра на Малой Бронной - мощное и очень свое, личностное высказывание. Новогоднее телевидение - повторение пройденного, показ известного. Может, так и надо в праздники? Не знаю...

Но талант - это всегда другое, непохожее. Или к ТВ это не относится?

[ свернуть ]


Елизавета

25 декабря 2016
Побывав на этом спектакле, спустя неделю я решила написать отзыв, так как до сих пор нахожусь под впечатлением. Хочу отметить прекрасную игру актеров, безумно интересный сюжет и атмосферу , созданную на сцене. Этот спектакль заинтересует любого, даже не очень подгото... [ развернуть ]

Побывав на этом спектакле, спустя неделю я решила написать отзыв, так как до сих пор нахожусь под впечатлением. Хочу отметить прекрасную игру актеров, безумно интересный сюжет и атмосферу , созданную на сцене. Этот спектакль заинтересует любого, даже не очень подготовленного, зрителя и подойдёт для семейного просмотра. К тому же он помогает расслабиться и снять стресс. Очень советую сходить и увидеть все своим глазами.

[ свернуть ]


Василий

24 декабря 2016
Прекрасный состав и игра!!! Очень доволен, рекомендую ! Спасибо театру и актёрам .

Прекрасный состав и игра!!! Очень доволен, рекомендую ! Спасибо театру и актёрам .

[ свернуть ]


Портал Евроновости о спектакле "Разговоры после прощания"

8 декабря 2016
https://www.youtube.com/watch?v=EKSkFiXSPiA&feature=youtu.be 

https://www.youtube.com/watch?v=EKSkFiXSPiA&feature=youtu.be 

[ свернуть ]


Подуфалова Татьяна Николаевна

12 ноября 2016
Были с подругой на спектакле 8-ого числа. Очень понравилось! Удивительно сидеть так близко к артистам и смотреть им в глаза!! Спектакль смотрится на одном дыхании. Волшебное ощущение!!! Очень давно у вас не были, и так здорово вновь вернуться в ваши стены. Особенно п... [ развернуть ]

Были с подругой на спектакле 8-ого числа. Очень понравилось! Удивительно сидеть так близко к артистам и смотреть им в глаза!! Спектакль смотрится на одном дыхании. Волшебное ощущение!!! Очень давно у вас не были, и так здорово вновь вернуться в ваши стены. Особенно приятно увидеть актеров, на которых росли. Отдельное спасибо Татьяне Кречетовой! Обожаем её всей семьей ❤️

[ свернуть ]


Светлана А

9 ноября 2016
Продолжительность спектакля была 2 часа без антракта, время пролетело незаметно. Ведь мы попадаем на мексиканский курорт! Берег моря, коктейли, галька. Отдых одним словом, шутки, песни и вдруг признание одной из героинь, что жизнь всех четверых могла сложиться совсем... [ развернуть ]

Продолжительность спектакля была 2 часа без антракта, время пролетело незаметно. Ведь мы попадаем на мексиканский курорт! Берег моря, коктейли, галька. Отдых одним словом, шутки, песни и вдруг признание одной из героинь, что жизнь всех четверых могла сложиться совсем по-другому… Отдельное спасибо актерам, которые вчетвером держат весь спектакль. Прекрасная, убедительная Реме (Татьяна Тимакова), трогательный, очаровательный Висенте ( Владимир Яворский ) покорил своей игрой. Чудесная Лаура (Надежда Беребеня) и равнодушный в начале Пабло ( Иван Шабалтас), который в конце спектакля оказывается любящим, нежным супругом на мой взгляд.

[ свернуть ]


Вера

6 ноября 2016
Примитивно. Актеры визжат, орут, кривляются. Отвратительно скучно. Ушла в антракте, смотреть было невозможно.

Примитивно. Актеры визжат, орут, кривляются. Отвратительно скучно. Ушла в антракте, смотреть было невозможно.

[ свернуть ]


Черенкова Татьяна

2 ноября 2016
Были на спектакле с сыном, ему 20. Нам очень понравилась игра актеров, интересные костюмы. Сын заодно освежил математику: 2 закон термодинамики, ряды фурье...

Были на спектакле с сыном, ему 20. Нам очень понравилась игра актеров, интересные костюмы. Сын заодно освежил математику: 2 закон термодинамики, ряды фурье...

[ свернуть ]


akostra

18 октября 2016
9 историй. Можно сказать, что не связанных между собой, хоть всё происходит в одном маленьком Почтигороде. И все знакомы друг с другом. Однако ж у каждой пары своя собственная историИ Только о них двоих. Прайвет. И лишь мы, зрители, становимся свидетелями.. И снег, з... [ развернуть ]

9 историй. Можно сказать, что не связанных между собой, хоть всё происходит в одном маленьком Почтигороде. И все знакомы друг с другом. Однако ж у каждой пары своя собственная историИ Только о них двоих. Прайвет. И лишь мы, зрители, становимся свидетелями.. И снег, зима, Рождество и Новый год где-то рядом. Как никогда хочется верить в сказку и поворот к новому в жизни. Безусловно, к лучшему! Таких историй творится тысячи по всему земному шару.. И кто-то может сказать, ну и чего в них особенного? Но каждая неизмеримо особенная для тех двоих. А у нас есть шанс увидеть себя в тех историях БЛИЗОСТЬ... Относительность расстояний.. Почему-то вспомнилась песенка из советской эстрады - "От тебя до меня - дальняя дорога, от меня - до тебя только только только позови"... Неутомимый целенаправленный путешественник Марк Вдовин и озорная, милая, знающая Ольга Николаева. 19 КУСОЧКОВ Наверное, эта история больше всех запомнилась. И очаровательно милый Юрий Тахалегов, и совершенно бесподобная Марина Орёл. И северное сияние! ТАТУ Олег Кузнецов, Ольга Вяземская, Светлана Первушина. И зачем ему она была нужна? Эта Сандрин? БОЛЬНО! А гладильную доску мне тоже надо бояться?.. Да, боль бывает разная. И ещё вопрос, какая силней.. Надежда Беребеня и Сергей Кизас. ОТДАЙ ОБРАТНО Потрясная Настастья Самбурская и слвершенно трогательный Владимир Яворский. Единственное, уже чисто сюжетно не понравилось "примирение" кольцом. По мне так чисто покупка. Но это же их личное дело, не так ли?... ПАДЕНИЕ Леонид Тележинский и Александр Голубков. И не понимаю, зачем я каждую пятницу хожу на эти свидания? Пара шикарна! ПРОПАЖА Дмитрий Цурский и Лариса Богословская. Каток. Уже далеко не первое свидание, а с детьми и рутиной. И нечистая сила, заставившая из задержаться тут на разговор по душам. Хотя часто машина превращала этот диалог в монолог. И желание.. на планету :-))) НАДЕЖДА Евгения Чиркова и Максим Шуткин. А сколько можно ждать свою любовь? И сколько нужно времени понять, где она - та самая твоя любовь? УВИДЕТЬ Дарья Грачёва и Дмитрий Гурьянов. И что это? Лежащий на дороге сбитый лось? И очаровательные поклоны - все в свадебных нарядах - элегантны и торжественны!

[ свернуть ]


"Разговоры после прощания" в театре на Малой Бронной. Камерный спектакль о семейных ценностях.

8 октября 2016
Михаил Станкевич поставил спектакль удивительно человеколюбивый. Он для человека, он про человека, он для людей. Потому, нет ничего удивительного, что на протяжении полутора часов зритель внимательным образом наблюдает за взаимоотношениями героев спектакля и пьесы фр... [ развернуть ]

Михаил Станкевич поставил спектакль удивительно человеколюбивый. Он для человека, он про человека, он для людей. Потому, нет ничего удивительного, что на протяжении полутора часов зритель внимательным образом наблюдает за взаимоотношениями героев спектакля и пьесы французского драматурга Ясмины Реза.   Сегодня многими принято в различных театральных премиях вручать награду за «лучший актерский ансамбль», так вот в этом спектакле все шесть артистов существуют в едином ансамбле, никто не выпадает из него и каждый является важнейшим элементом общего построения. Пьеса «Разговоры после погребения» (оригинальное название) не имеет деления на главных и второстепенных персонажей. Поэтому, здесь все персонажи главные.  Играют их прекрасные артисты театра на Малой Бронной, некоторые из них, к слову, не так часто выходят в крупных ролях на большую сцену. Оттого каждая роль, да ещё и с хорошей драматургией, воспринимается для них самих и для нас, зрителей, как подарок.  И, действительно, все шестеро актеров находясь в метре от публики (никакой так называемой четвертой стены нет), разыгрывают камерную семейную историю, где отношения после смерти одного из членов семьи у всех героев отнюдь не идеальные. Однако, смерть зачастую сближает, и так или иначе в этот вечер на веранде под шорох листьев героям предстоит на наших глазах сблизиться, простить друг другу прежние обиды и научиться воспринимать друг друга такими, какие они есть. Собственно, спектакль ещё и учит зрителя ценить своих родных и близких, бережно и внимательно к ним относится, и этим театр выполняет очень важную просветительскую миссию. К слову, открылась малая сцена театра на Малой Бронной после ремонта, как раз спектаклем «Особые люди», где зрителям подробно рассказывают о том, что все мы разные и необходимо принимать людей такими какими они являются. Пьеса «Разговоры после погребения» ставится в России впервые и совсем не случайно, именно на Малой Бронной. Художественный руководитель театра Сергей Голомазов давно присматривался к этой пьесе и в итоге предложил ее поставить Михаилу Станкевичу, который надо сказать мастерски работает именно с артистами, работает над психологическими, тонкими нюансами, умеет подобрать ключ к артисту, что для молодого режиссера крайне важно.

Обязательно посмотрите этот спектакль, который возможно поможет и Вам разобраться в  ваших отношениях с родными и не допускать впредь серьезных ошибок.

 

Текст Ильи Золкина, фото с официального сайта Театра на Малой Бронной.

Подробнее: http://russcult.ru/article.php?id=222

 

[ свернуть ]


Записки дилетанта. № 27.

4 сентября 2016
Записки дилетанта. № 27. Театр на Малой Бронной. Сирано де Бержерак (Эдмон Ростан). Реж. Павел Сафонов. Чудовище и красавица. «Сирано. … я бродил среди речных излучин И все не мог найти, где надлежащий путь. Я должен был избрать какой-нибудь. И что же? Опытом научен,... [ развернуть ]

Записки дилетанта. № 27. Театр на Малой Бронной. Сирано де Бержерак (Эдмон Ростан). Реж. Павел Сафонов. Чудовище и красавица. «Сирано. … я бродил среди речных излучин И все не мог найти, где надлежащий путь. Я должен был избрать какой-нибудь. И что же? Опытом научен, Я выбрал путь себе кратчайший и прямой. Ле Бре. Какой же?. Сирано. Быть самим собой». «Маргарита Поверьте мне, что он угоден богу: он в жизни избирал прямую лишь дорогу». Прототипом главного героя в комедии в стихах Эдмона Ростана стал французский драматург, философ, поэт и писатель Сирано де Бержерак. Некоторые события биографичны: «падение с луны» это реминисценция к самому знаменитому произведению реального Сирано о луне «Иной свет»; любовь к дуэлям и успешная битва с сотней противников тоже является частью мифологии связанной с ним же. Сирано, как персонаж, будучи предельно честным с самим собой и людьми, талантливым поэтом и вдобавок по происхождению гасконцем (что-то типа французского чеченца) имел непростые отношения с людьми и обществом. Намёк на серьёзный физический недостаток – большой нос тут же мог привести к очередной дуэли. В его присутствии слово «нос» было табуированным. Любопытно, что и для автора пьесы Эдмона Ростана и для исполнителя главной роли Григория Антипенко эта история во многом личная и даже автобиографичная: у первого был в наличии яркий талант, но весьма заурядная внешность, при красавице жене, второй от природы наделён крупным носом и испытывал в юности схожие со своим персонажем комплексы. Чтобы никто ничего не перепутал к лицу Григория Антипенко весь спектакль прикреплён большой бутафорский нос, а сам актёр выделяется белым гримом. Сирано многогранен. Один Сирано – это непримиримый правдоруб и вспыльчивый дуэлянт, пытающийся огласить правду и восстановить справедливость на расстоянии вытянутой шпаги от себя, а также надёжный друг, боевой товарищ, который выручит несмотря на любую опасность. Другой – это ранимый поэт, благородный человек готовый пожертвовать своим счастьем ради возлюбленной. Третий Сирано – мудрый аскет, искренне презирающий деньги и власть, отказывающийся от службы у богатого и влиятельного покровителя. Он не боится бедности, если речь идёт о собственной независимости: «Пусть лучше беден я, пускай я буду нищим, довольствуюсь своим убогим я жилищем, я в нем не уступлю, поверь, и королю, в нем я дышу, живу, пишу, творю, люблю!». Голод для него лишь повод к изучению неизведанного: «Ле Бре: Ты будешь голодать? Сирано: Что ж! Надо все изведать». К тому же всегда можно питаться пищей невещественной, духовной: «Не страдает тело лишь потому, что пищу я найду всегда в душе своей». Первое действие, происходящее в Бургундском отеле, где Сирано отчаянно и остроумно прогоняет бездарного актёра со сцены показано режиссёром пунктиром, а неуместность актёра, вызвавшего ярость поэта передана лишь нелепым костюмом, в который тот одет. Автор произведения уделил этому много больше внимания. Но история Сирано де Бержерака всё-таки история о трагической любви чудовища и красавицы. Большое количество событий, вошедших в пьесу передать за три с небольшим часа непросто, поэтому текст заметно сокращён режиссёром, особенно в части не касающейся любовных перипетий. И если у Эдмона Ростана пьеса называется героической комедией, то у Павла Сафонова происходящее зовётся романтической драмой. Храбрый гасконец раз и навсегда противопоставляет себя несовершенному человеческому миру, олицетворяя борьбу правды с ложью, добра со злом. Он бескомпромиссен: «А что же? Всех, как вы, друзьями называть. И, профанируя те чувства дорогие, считать десятками иль сотнями друзей? Нет! Эти нежности не по душе моей! Не выношу я лжи, и мне сказать приятно: «Сегодня я нашел себе еще врага»! И эта ненависть – одна мне дорога». Режиссёр экранизирует лишь самые ключевые сцены, «лучшие места» и достаточно подробно – непосредственно историю любви. Часть сцен показана уж слишком доходчиво для зрителя: сцена с «Докучным», или нытьё плаксивого подкаблучника Рагно от грубостей своей злюки-жены, или исповедь, когда Сирано рыдает, свернувшись калачиком. Всё это выглядит не слишком естественно. «Дефектом» для людей помимо большого носа оказываются и чужой талант, и смелость, и независимость. Неординарный человек остаётся в толпе неприкаянным одиночкой. Но выбора нет: «Забыть об истине, звучащей благородно, не смелым быть орлом, но низким червяком, и пробираться хитростью, ползком. Там, где хотел бы вверх лететь свободно? О нет!». Но герой не лишён и самоиронии, как противовеса к излишне серьёзному отношению к действительности – свой нос он, утирая нос очередному противнику, высмеивает так, как никто другой, сравнивая его с пиком, утёсом, полуостровом, вешалкой для шляп, трубой, фамильной башней, репой, дыней» - здесь автор упражняется в остроумии как только может. Сирано блестяще выходит победителем из многочисленных конфликтных ситуаций. Если надо, то без раздумий достаёт шпагу, которой мастерски владеет, одновременно «протыкая» оппонента и шпагой и оскорбительно-остроумными стихами. Парадокс заключается в том, что чем честнее человек, тем он беззащитнее перед окружающими, и защитить его честь может лишь оружие из металла да слов. Гордый гасконец признаёт над собой власть только одного человека: «Нет покровителя, его я не желаю. Но покровительница – есть»! В любви к женщине он раскрывается, уродливая оболочка оказывается содержит в себя драгоценное, ранимое и прекрасное содержание, источающее душевную красоту. Но Роксана признаётся, что любит другого, к тому же писаного красавца, полную противоположность Сирано. В этом треугольнике у одного оказывается форма, у другого – содержание: «О, если б все мои горячие мечты в такую форму мог облечь я». Сирано решает сделать «коктейль», предлагая сопернику сделку: «Ты дашь всю прелесть мне твоих наружных чар, я дам тебе иной, глубокий, высший дар», «я буду разум твой, ты – красота моя» или «душою буду я, а ты – ты будешь телом». В итоге: «и победим ее – вдвоем!». Ведь одной красоты или ума женщине недостаточно, нужен «набор»: «мне глупость не была по вкусу никогда, и красотой одной своею вы не могли б меня пленить, сознаюсь в том, как и без красоты – одним своим умом. Даете вы бурьян взамен душистой розы». Но красоту видимую проще заметить, поэтому Кристиан сперва получает преимущество перед обладающим внутренней красотой Сирано. Декорации спектакля условны и мрачны: абстрактные кубы, обитые железными листами, превращающиеся в шкафы, набитые рукописями. Простые грубые необрезные доски, поставленные вертикально и прислонённые к стенам превращают сцену в суровый военный лагерь. В углу возвышается гигантская античная ступня на которую лишь несколько раз за спектакль взбираются актёры. На сцене мрачно. Лучами света в этом тёмном царстве от художника-постановщика Мариуса Яцовскиса выступает лишь энергичная игра актёров произносящих яркий, искромётный текст. Костюмы, не принадлежащие к определённой эпохе вторят царящему аскетизму, оставаясь преимущественно в чёрно-белых тонах, небольшое исключение сделано лишь для Роксаны, да для ярко-красной шинели Де Гиша. Встречаются удачные визуальные находки, к примеру, падающие листы бумаги, подбрасываемые вверх, а также музыка от Фаустаса Латенаса, звучащая в унисон со стихами, подчёркивающая красоту и силу слова. Весь поэтический дар, чувства и страсть Сирано находят выход в письмах, которые он пишет Кристиану для Роксаны. Та постепенно пленяется любовной лирикой всё сильнее, влюбляясь в настоящего автора: «Да, прости меня, прости, но я привлечена их непонятной силой». «Ведь каждая из этих милых строк - твоей души – слетевший лепесток». В итоге Кристиан слышит от Роксаны: «Прости ж меня в великий этот час, что в легкомыслии своем я полюбила тебя за красоту твою сперва!.. теперь, о мой любимый, увлечена я красотой незримой! Тебя люблю я, страстью вся дыша, но мне мила одна твоя душа»! Это трагическое признание фактически убивает Кристиана. Роксана погружается в траур, проходит пятнадцать лет, но Сирано сохраняет их общую с погибшим другом тайну, продолжая навещать любимую в монастыре. Выглядит он неважно, но себе не изменяет: «В последний раз не ел он ничего два дня… он страшно беден»; «так жалок в стареньком кафтанчике своем… Де Гиш. Да! Неудачник он»! Но позже Де Гиш сознаётся: «Я позавидовать готов ему порою…». На неуступчивого Сирано совершается покушение, он еле держится на ногах, но остаётся критичен к себе: «О, как обманут я насмешницей судьбой!.. Я смерти не хотел такой! …всю жизнь терпел лишенья я. Мне все не удалось – и даже смерть моя»! «Всю жизнь судьбой гонимый злобной; любовник неудачный и бедняк — ну, словом, Сирано де Бержерак. Почтим его мы надписью надгробной: он интересен тем, что всем он был – и не был он ничем!…». Но, наконец, тайна настоящего автора любовных посланий вскрывается: «Зачем молчали вы пятнадцать долгих лет? Зачем скрывали вы так гордо ваш секрет?». Лишь перед самой смерть Сирано слышит заветные слова от Роксаны: «Клянусь тебе, – мой дорогой, поверь, — что я люблю тебя»! Герой умирает на глазах любимой женщины со шпагой в руке, продолжая сражаться до последнего вздоха с человеческими пороками: ложью, подлостью, клеветой, глупостью… Но сердце его спокойно и совесть чиста: «Сегодня вечером, да, да, в гостях у бога я у лазурного остановлюсь порога...». История о Сирано - одно из самых популярных произведений для сцены в мире и заслуженно пользуется большим успехом у публики. История, рассказанная Павлом Сафоновым – история в первую очередь любовная и получившаяся, судя по полному залу и продолжительным аплодисментам весьма неплохо.

Шуваев Николай

[ свернуть ]


Театральная премьера. "Разговоры после прощания" расскажут, как человечность побеждает обиды и недомолвки.

30 августа 2016
История оказывается не такой трагичной, как кажется в начале Театр на Малой Бронной представил премьеру – спектакль «Разговоры после прощания» известной французской актрисы и драматурга Ясмины Реза. История получилась душевной, домашней и вовсе не такой трагичной, к... [ развернуть ]

История оказывается не такой трагичной, как кажется в начале

Театр на Малой Бронной представил премьеру – спектакль «Разговоры после прощания» известной французской актрисы и драматурга Ясмины Реза. История получилась душевной, домашней и вовсе не такой трагичной, как кажется в начале.

О чём спектакль

Человечность побеждает
Это рассказ о том, как под одной крышей в день похорон отца семейства, выпавший на канун Дня всех святых, собирается его немногочисленная семья: два конфликтующих между собой брата, их сестра, которая давным давно забросила мечты о личной жизни, дядя со своей позитивной и вежливой женой, а также Элиза, девушка, из-за которой, собственно, братья и перестали понимать друг друга. Дело в том, что героиня сначала встречалась с одним из них, а потом полюбила, причём взаимной любовью, другого. Будет всё: и слёзы, и объяснения, и ссоры, и даже мысли об убийстве. Но в результате человечность окажется сильнее обид и недомолвок.
 
На кого смотреть

У каждого свои проблемы
Актёрский ансамбль небольшой – всего шесть человек, поэтому рассмотреть удаётся всех. Меня больше всего зацепила игра Дарьи Грачёвой (Эдит). Её страдающая от одиночества, но всё же сумевшая изменить собственную жизнь героиня получилась искренней, нервной и, главное, очень похожей на обычного человека. Таких вот дам, носящих прозвище Синий чулок, встречал каждый из нас. Не менее ярко смотрится роковая Элиза, героиня Мариэтты Цигаль-Полищук. Казалось бы, вокруг тебя крутятся мужчины – живи и радуйся. Но, оказывается, красавицам найти счастье ничуть не проще, чем обычным женщинам.

Фишка

Надо точно знать, где сидеть
Спектакль идёт на Малой сцене. Всё её пространство занимает терраса загородного дома, на которой и выясняют отношения герои. Действие разворачивается настолько близко к зрителю, что эффект присутствия гарантирован на все сто. Единственное, на что хочу обратить внимание: у столь небольшого помещения есть и минусы. В обычном зале, хоть и издалека, вам будет видно всё. Здесь же стоит сесть с краю – и другая часть сцены выпадает из зоны видимости. Так что берите билеты заранее и желательно по центру.

Зачем смотреть

Не нужно думать о плохом
Смотреть постановку Театра на Малой Бронной стоит за тем, чтобы получить свою дозу позитива хмурым московским днём. Спектакль не комедия и даже не лирическая мелодрама, он не заставит вас смеяться не переставая (нет, забавные моменты есть, но они не ставятся во главу угла). Возможно, вы даже не совсем поверите в то, что всё закончилось хорошо (ведь какое-то время от начала пьесы ты сидишь и ждёшь, что что-то вот-вот «бабахнет», сломается или даже выстрелит). Тем не менее он всё равно сможет убедить вас в том, что всё же можно найти общий язык с близкими, пережить горе, перебороть неприязнь. Было бы желание.

 16 августа,

автор - Светлана Перцова

Подробнее: http://www.metronews.ru/novosti/spektakl-razgovory-posle-proshhanija-rasskazhet-kak-chelovechnost-pobezhdaet-obidy-i-nedomolvki/Tpophp---YfNvFIqhxJkGM/

 

[ свернуть ]


Ольга

29 августа 2016
Спектакль потрясающий.Григорий (Сирано) -только слова восхищения.Браво всем актерам Музыка подобрана так,что пробивало в сочетании со словами и игрой главного героя до слез.А где уместно-смех.Режиссер-умничка!Огромное спасибо за такое чудо.

Спектакль потрясающий.Григорий (Сирано) -только слова восхищения.Браво всем актерам Музыка подобрана так,что пробивало в сочетании со словами и игрой главного героя до слез.А где уместно-смех.Режиссер-умничка!Огромное спасибо за такое чудо.

[ свернуть ]


Кузьмина Светлана

28 августа 2016
Потрясающий спектакль! С огромной отдачей играют все артисты, но Антипенко!... Он поражает. После его ролей в сериалах героев - любовников с трудом верится, что это одно и то же лицо. Полное преображение. Жесты, взгляды уверяют нас, что это и есть тот самый забияка с... [ развернуть ]

Потрясающий спектакль! С огромной отдачей играют все артисты, но Антипенко!... Он поражает. После его ролей в сериалах героев - любовников с трудом верится, что это одно и то же лицо. Полное преображение. Жесты, взгляды уверяют нас, что это и есть тот самый забияка с большим носом. Зритель не может не поверить актёру. Все 3 часа от артиста невозможно оторвать взгляд. И овации... Зал был восхищён и поражён. И конечно же нужно отметить отличную режиссёрскую работу.

[ свернуть ]


ирина молот

27 августа 2016
Игра Антипенко - это боль любви, боль преодоления. боль самопожертвования во имя любви , миг отчаяния , вызвавший слёзы жалости и понимания, и эта нежность. нежность. нежность... Браво! Актёры все восхитительны! Энергетика необыкновенная! Жаль, что сверкающие телефон... [ развернуть ]

Игра Антипенко - это боль любви, боль преодоления. боль самопожертвования во имя любви , миг отчаяния , вызвавший слёзы жалости и понимания, и эта нежность. нежность. нежность... Браво! Актёры все восхитительны! Энергетика необыкновенная! Жаль, что сверкающие телефоны зрителей говорили о неуважении к театру

[ свернуть ]


РАЗГОВОРЫ ПОСЛЕ ПРОЩАНИЯ ПОД ОВОЩНОЕ РАГУ И ЛЮБОВНЫЕ СТРАСТИ

16 августа 2016
11 августа одним из первых открыл свой новый сезон Театр на Малой Бронной. Показал премьеру — поставленный по пьесе известного французского драматурга Ясмины Реза спектакль «Разговоры после прощания». Параллели тут напрашиваются сами собой, и в первую очередь с... [ развернуть ]
11 августа одним из первых открыл свой новый сезон Театр на Малой Бронной.

Показал премьеру — поставленный по пьесе известного французского драматурга Ясмины Реза спектакль «Разговоры после прощания».

Параллели тут напрашиваются сами собой, и в первую очередь с одним из самых известных и «жизненных» в своей философии фильмов Ингмара Бергмана — «Осенней сонатой». Да, действие в спектакле режиссера Михаила Станкевича тоже разворачивается глубокой осенью, но дело тут совсем не в желтых кленовых листьях на ярко-синей веранде старого загородного дома (художник-постановщик «Разговоров после прощания» — Алексей Вотяков). И не в вечернем холоде, от которого время от времени ежатся герои постановки. Дело в смыслах и настроениях.

Вот старый дом. Вот осколки некогда большой семьи, собравшейся в нем сегодня, чтобы еще раз вспомнить недавно умершего отца. Вот его брат — франт (Александр Макаров) со своей женой (Татьяна Кречетова). Вот трое детей: два брата (Владимир Яворский и Дмитрий Цурский) да сестра (Дарья Грачева). И еще — она: бывшая любовница одного из братьев, любящая брата другого (Мариэтта Цигаль-Полищук). А вот их разговоры, споры и признания, угрозы, поцелуи и истерики.

Не важно в данном случае, что Бергман говорил о другом: о властности, подавлении и преклонении, о матери-идоле и комплексах, отравляющих жизнь. Важно вот это: как и знаменитый швед, француженка Реза, поместив своих персонажей в пространство затерянного среди северных пейзажей дома, препарирует природу слабости и страсти.

Да еще и приправляет действо классикой в виде сочинений Шуберта (в «Осенней сонате», к слову, той же цели служила музыка Генделя, Баха и Шумана) — тихих и беспросветных.

Проблема одна: спектаклю Михаила Станкевича не хватает этакой бергмановской пастельности — его герои резки и излишне театральны (счастливым исключением здесь являются разве что персонажи Владимира Яворского и Мариэтты Цигаль-Полищук), что при их высокой концентрации на маленькой сцене создает ощущение избыточности. Возможно, впрочем, что все это пока от несыгранности актеров и после нескольких прогонов спектакля пройдет...

История, развивающаяся на сцене, кажется безнадежной: ну да, не питать же иллюзии, что люди, постоянно готовые сорваться друг на друга, и срывающиеся, дерущиеся, вдруг протянут друг другу руки. Но вот же — протягивают. Сидят в финале за большим общим столом, едят рагу, пьют вино и веселятся, превращая драму в комедию.

И вот уже хочется приглушить краски, уменьшить громкость и убавить драматизм. Все же разговоры близких людей, особенно происходящие после прощания, — штука чрезвычайно интимная...


11 августа,

Вечерняя Москва 

автор - Борис Войцеховский

Подробнее:http://vm.ru/news/2016/08/11/razgovori-posle-proshchaniya-pod-ovoshchnoe-ragu-i-lyubovnie-strasti-329629.html

[ свернуть ]


Театр на Малой Бронной открывает новый сезон премьерой по пьесе Ясмины Реза

10 августа 2016
Новый - 71-й - сезон в Театре на Малой Бронной открывается премьерой. Пьесу «Разговоры после погребения» известного французского драматурга Ясмины Реза поставил режиссёр Михаил Станкевич. Свою постановку он называет «историей о том, как сложно найти простой выход из ... [ развернуть ]

Новый - 71-й - сезон в Театре на Малой Бронной открывается премьерой. Пьесу «Разговоры после погребения» известного французского драматурга Ясмины Реза поставил режиссёр Михаил Станкевич. Свою постановку он называет «историей о том, как сложно найти простой выход из непростых обстоятельств» и приглашает на неё тех, кто «умеет наблюдать за жизнью людей». Чтобы сократить дистанцию между актёрами и публикой, постановку осуществили на малой сцене театра, а чтобы добавить смысловой глубины, немного изменили оригинальное название пьесы.

Михаил Станкевич – ученик Сергея Женовача, известен четырьмя постановками в Театре под руководством Олега Табакова: «Дьявол», «Тупейный художник», «Жена», «Двенадцатая ночь». И вот – первый опыт на новой площадке. К тому же первопроходец вновь открывшейся  малой сцены театра с залом всего почти на сто мест.
 
«Об этой пьесе я думал давно. Лет пять, наверное, - признается режиссер Михаил Станкевич. - И все боялся, что кто-то ее поставит первее меня в России. Но, видимо, все так совпало, что получилось поставить первому. И это почетно, ответственно, и я очень этому рад. Пьеса непростая: в ней много происходит между слов, между пауз даже.

Одной из главных задач было добиться, чтобы разговоры, заявленные в названии, не превратили спектакль в скучную череду диалогов со смыслами.

«Это достаточно сложная пьеса. И когда я первый раз прочитал, подумал: "Боже мой, там одна говорильня, там же нет действия. Что же бедным артистам делать?! Но благодаря режиссеру, благодаря тому, что мы вместе с ним делали, как видите, получилось, что она насыщена действием, страстями, что это не просто разговоры, что там кипит жизнь, поступки у артистов – персонажей», - говорит актер Владимир Яворский.

В результате получилась страстная, полная действия, насколько это позволяет совсем небольшое пространство сцены и сама пьеса, история семьи. Бушуют страсти, рушатся и рождаются отношения, бурлит жизнь – внешняя и внутренняя. После смерти главы семейства в доме собирается все домашние. Центром притяжения и яблоком раздора становится Элиза – подружка брата Алекса, которая, приехав в дом, крутит роман с братом Натаном. Сыграла ее Мариэтта Цигаль-Полищук.
 
«Мы очень долго и мучительно придумывали способы, чтобы ее инакость была вам тоже заметна. А это надо чтобы одновременно, что ты скрываешь, что ты - другой. И что ты чувствуешь, что ты другой. И что ты здесь лишний и мешаешь. Но при этом еще чтобы все это прочитали. Мы искали, искали, искали. Если вы это увидели, значит, нам удалось», - отмечает актриса Мариэтта Цигаль-Полищук.

Смену названия – с «Разговоров после погребения» на «Разговоры после прощания» – Станкевич объясняет более объемным, по его мнению, значением слова «прощание» и его созвучностью слову «прощение». Как раз в прощении он видит ключ к разрешению семейных конфликтов. Брат нашел силы простить брата ради счастья его и бывшей возлюбленной. Жизнь пошла дальше. И вот уже вся семья за общим столом утопает в разговорах и смехе. Камерность зала создает иллюзию, что зрители и сами участвуют в застолье. Каждый, конечно, вспомнит свою семью и ее проблемы. Но вывод, к которому подводит зрителя режиссер, кажется, универсальным: все герои обрели радость, покой и гармонию только вернувшись в семью.

 

10 августа,

Новости Культуры

Подробнее: http://tvkultura.ru/article/show/article_id/155185/


 

[ свернуть ]


Наталия

7 августа 2016
Пишу, чтобы сказать большое спасибо за этот спектакль. Плакала, когда смотрела. Давно это было, когда я плакала в театре. Не потому, что тема мне лично близка. Но я живу среди людей и втречаю этих особых детей. Они есть и они настоящие. Спекталь, который хочется смот... [ развернуть ]

Пишу, чтобы сказать большое спасибо за этот спектакль. Плакала, когда смотрела. Давно это было, когда я плакала в театре. Не потому, что тема мне лично близка. Но я живу среди людей и втречаю этих особых детей. Они есть и они настоящие. Спекталь, который хочется смотреть, спектакль, после которого хочется думать, спектакль после которого хочется стать добрее. СПАСИБО.

[ свернуть ]


саша

6 августа 2016
Это то что пробирает до клеточек мозгов спектакль входит в тебя и держит до конца спасибо всем актерам особенная благодарность Екатерине за такую безумную тему

Это то что пробирает до клеточек мозгов спектакль входит в тебя и держит до конца спасибо всем актерам особенная благодарность Екатерине за такую безумную тему

[ свернуть ]


Надежда

25 июня 2016
Огромное спасибо за гастроли в Нижнем Новгороде !!!!! Спасибо артистам, режиссеру и всем кто работал над спектаклем "Тартюф"!!! Игра актеров завораживает, мы смеялись и переживали вместе с героями. И это здорово! Агриппина Стеклова, вы замечательная Дорина, просто не... [ развернуть ]

Огромное спасибо за гастроли в Нижнем Новгороде !!!!! Спасибо артистам, режиссеру и всем кто работал над спектаклем "Тартюф"!!! Игра актеров завораживает, мы смеялись и переживали вместе с героями. И это здорово! Агриппина Стеклова, вы замечательная Дорина, просто нет слов!... Браво!!!!!!

[ свернуть ]


Спектакль "Особые люди"

17 июня 2016
Прошло достаточно времени, я могу говорить. 15 июня я видела "Особые люди". смотрела. проживала...с возрастом или со временем...может, с диагнозом пришла способность "узнавать" людей. В первом взгляде или тональности голоса "узнавать" своего человека. позже с группой... [ развернуть ]

Прошло достаточно времени, я могу говорить. 15 июня я видела "Особые люди". смотрела. проживала...
с возрастом или со временем...может, с диагнозом пришла способность "узнавать" людей. В первом взгляде или тональности голоса "узнавать" своего человека. позже с группой "МойМио" появилось ощущение МЫ ВМЕСТЕ. 
это "узнавание" и ощущение с такой силой накрывали меня в темном зале на Малой Бронной. глаза и голос Веры Бабичевой так глубоко проникают в тебя. монологи окатывают ледяной..."КТО Я? КТО я? КТО Я?" бешенно разгоняют пульс. 
Спасибо Ирине Ясиной за приглашение
Спасибо Творческое объединение мастерских Голомазова - ТОМ Голомазова за обращение к теме.
Спасибо актерам "Особые люди" - благотворительный спектакль ТОМа Голомазова за напоминание о "неразбавленной жизни"!
хочу, 
чтобы этот спектакль смотрели все наши МИО
чтобы эти 70 минут изменили людей в кабинетах
чтобы дети старших классов и учителя начальных увидели это

ушла думать...

и, да, бумажные платки на входе просто необходимы.

Elena Shepherd

[ свернуть ]


«Странно, как быстро меняется погода»: Ясмина Реза в театре на Малой Бронной

10 июня 2016
В конце мая в театре на Малой Бронной прошли первые зрительские показы спектакля «Разговоры после прощания» по пьесе французской актрисы, драматурга и прозаика Ясмины Реза «Разговоры после погребения» (1987). Премьера на Малой сцене театра запланирована на август. ТБ... [ развернуть ]

В конце мая в театре на Малой Бронной прошли первые зрительские показы спектакля «Разговоры после прощания» по пьесе французской актрисы, драматурга и прозаика Ясмины Реза «Разговоры после погребения» (1987). Премьера на Малой сцене театра запланирована на август. ТБ удалось побывать на самом первом показе 20 мая, и мы рассказываем о том, что ждет зрителей.

 

Во-первых, нужно отметить новизну материала на столичной сцене. Ясмина Реза – не самый популярный в наших театрах автор, но и не безызвестный.  В 1997 году французский режиссер Патрис Кербрат сделал русскую версию комедии «Арт», где сыграли Игорь Костолевский, Михаил Янушкевич и Михаил Филиппов. С тех пор «Арт» ставили в разных театрах страны. В 2009 году Сергей Пускепалис поставил в «Современнике» «Бога резни» – пьесу, написанную Реза в 2006 году. Сегодня ученик Сергея Женовача Михаил Станкевич обратился к ее дебютному тексту, написанному практически 30 лет назад. «Разговоры после погребения» в тот же год были отмечены премией Мольера. Метафизические метания героев пьесы перекликаются с диалогами чеховского театра. В простых, порой даже слишком бытовых и насущных «Разговорах» Реза соединила нотки экзистенциализма, абсурда и трагикомедии. Работа Станкевича выполнена в спокойной, сценически выдержанной стилистике спектаклей Женовача (художник Алексей Вотяков). Станкевич продолжает традицию учителя и во многом повторяет его театральный почерк.

«Как ни крути – сюжеты все те же»

Во-вторых, специфична смысловая и эмоциональная нагрузка этой драматурги: в статике сценического пространства Реза ничего особенного не происходит, потому что ее герои мертвы уже при жизни. Однако здесь невозможно обойтись без надрыва. Герои Реза – оголенный нерв, каждый из ее персонажей готов разорвать на части ближнего своего. Но никто не сделает этого. Актеры в спектакле Станкевича играют людей на грани жизни и смерти, одной ногой они уже стоят по ту сторону. Иногда в них пробивается крик души, потому что как ни крути, но сюжеты те же, и все люди – в первую очередь люди, которые хотят жить и быть счастливыми. В 2013 году, в интервью французской газете «Экспресс», по случаю выхода романа «Счастливы счастливые», Ясмина Реза призналась, что смерть – единственный помощник в творчестве: «Смерть всегда была близко, она всегда рядом. Нужно похоронить то, что вы видели собственными глазами... Единственное, что со временем изменилось в моих произведениях, это то, что раньше я не осмеливалась убивать своих персонажей. В «Comment vous racontez la partie» я ввела фигуру писателя, который убил одного из своих персонажей, в «Счастливы счастливые» я сама это сделала». 

«Каждый сдерживается, и никаких трагедий. Каждый страдает по-своему»

«Разговоры» пропитаны смертью. Это не триллер, не трагедия: в рамках сценического действия пьесы никто не умирает, и никто никого не убивает. Уникальность спектаклю Станкевича добавляет легкий и ненавязчивый французский шарм. Актриса Дарья Грачева по-французски повторяет монолог Эдит о ее несчастной любви. Референсом из французского кинематографа здесь могут служить философские сказки Эрика Ромера, и пьеса становится драматической комедией – с эдакой ноткой послеполуденного романтизма. Неспешно, вяло и скучно где-то в предместье Орлеана протекает и близится к закату обычная жизнь обычных людей. Время и место не имеют значения – в ремарках Реза говорит об отсутствии реализма и об уникальности пространства. В ее пьесе – сплошная статика. Единственное действие за всю сюжетную линию – это близость Элизы и Натана, которая дает толчок второй половине пьесы, развивает и завершает ее. Шесть персонажей: два брата, Алекс (Дмитрий Цурский) и Натан (Владимир Яворский), их сестра Эдит (Дарья Грачева), их дядя Пьер (Александр Макаров) с женой Жюльеной (Татьяна Кречетова) и Элиза (Мариэтта Цигаль-Полищук), бывшая любовница Алекса. Их возраст колеблется от 35 до 65 лет. Но этим людям – всем, за исключением Элизы, – уже все все равно.

 

«Старое высохшее яблоко»

Они собираются вместе на похоронах отца. Атмосферой смерти проникнут каждый из них. Пьеса развивается вокруг Алекса – младшего брата Эдит и Натана. Алекс – несостоявшийся писатель, ставший литературным критиком. Элиза уходит от него, и он, озлобившись на весь свет, не может принять ее отношения с его братом Натаном. Но связь Элизы с Натаном не будет длиться долго, потому что всем этим людям уже никто не нужен. Так это было и с их сестрой Эдит, называющей себя «старым высохшим яблоком» после смерти отца и «одной ночи любви и разлуки с мужчиной, который был таким, как она хотела».

 

«Странно, как быстро меняется погода»

Несмотря на ремарки Реза об отсутствии реализма, в спектакле Станкевича пространство вполне реалистично: загородный дом в предместье Орлеана, но география здесь действительно не имеет значения. Сценография и световое решение окутывают пространство уютом, и несмотря на глубинную семейную разобщенность, героям удается существовать вместе и нащупать хрупкий временный баланс со-бытия. Одна из таких сцен – совместное приготовление ужина, где они режут овощи для жаркого, которое в финале они вместе разделят за большим обеденным столом. Вопреки некоторой сюжетной обреченности и безысходности ситуации, в которой оказываются персонажи, именно заключительная сцена резко меняет общий тон спектакля, создает открытый финал и дарит надежду на то, что их жизнь еще может стать другой.

 

«Странно, как быстро меняется здесь погода», – говорит Жюльена. Так же внезапно меняется и характер спектакля, после которого, вероятно, многим очень захочется жить. И именно это острое желание жизни, не заложенное в тексте пьесы (каждый прочтет заключительные строки по-своему), отличает спектакль Станкевича, финал которого призывает противостоять обреченности существования героев в пьесе.

 

Текст: Софья Ефимова

Фото Владимира Кудрявцева

[ свернуть ]


Булатова Ирина Юрьевна

30 мая 2016
Спектакль потрясающий! Браво! Браво! 29.05.16 г.

Спектакль потрясающий! Браво! Браво! 29.05.16 г.

[ свернуть ]


Мария

3 мая 2016
Потрясающе! Феерично! Блестяще! Незабываемо! СПАСИБО!

Потрясающе! Феерично! Блестяще! Незабываемо! СПАСИБО!

[ свернуть ]


Представители Уполномоченного посетили благотворительный спектакль «Особые люди»

14 апреля 2016
2016-04-03 2 апреля Россия отметила Всемирный День распространения информации об аутизме. Тематические акции и мероприятия прошли во многих регионах – люди выходили на улицы и запускали в небо воздушные шары, для «особых» детей организовали мастер-классы, здания в бо... [ развернуть ]
2016-04-03 

2 апреля Россия отметила Всемирный День распространения информации об аутизме. Тематические акции и мероприятия прошли во многих регионах – люди выходили на улицы и запускали в небо воздушные шары, для «особых» детей организовали мастер-классы, здания в больших городах «зажигали» синим цветом - символом этого дня. Представители Уполномоченного посетили благотворительный спектакль «Особые люди»


В Москве тоже в этот вечер на некоторых улицах здания «горели» синим, но помимо этого, в старейшем столичном Театре на Малой Бронной прошел уникальный спектакль «Особые люди», который посетили представители Уполномоченного при Президенте РФ по правам ребенка.

Театральная постановка режиссера Сергея Голомазова совсем не была похожа на традиционные классические спектакли. На сцене совсем молодые актеры театра на протяжении часа показывали и рассказывали, как тяжело приходится родителям «особенных» детей, как они сталкиваются с предательством близких, непониманием чиновников и учителей. Но надо сказать, что главным героем спектакля были даже не эти артисты, играющие родителей, а безмолвный белый шар – символ ребенка, страдающего аутизмом. «Ребенок должен быть парусом, он рождается с мудростью сердца и учит нас любить», - эти простые, но глубокие слова заставили плакать всех зрителей. Две актрисы - Вера Бабичева и Екатерина Дубакина - столкнулись на сцене как два полярных мира, два разных поколения: одна – олицетворение жестокости врачей и чиновников, предлагающих родителям отказаться от больного ребенка, другая – совсем юная учительница, мать ребенка с ДЦП, которая работает с «особыми» детьми и пытается объяснить всем, что им можно помочь. А вокруг них – растерянные родители, не знающие кого слушать, кому из них верить. «Ведь эти дети живут под сломанным крылом матери», - произносит одна из героинь.

Основной цветовой гаммой спектакля стал, конечно, небесно-синий цвет: он был и в одежде артистов, во всей атрибутике. Самое уникальное, что спектакль не закончился выходом актеров на поклон. После этого состоялся их разговор со зрителями, среди которых были и люди с особенностями развития, и мамы больных детей, и педагоги социальных детских учреждений. А особенно гостей впечатлила история актера театра, который рассказал, как много лет назад ему в Ленинграде поставили диагноз ДЦП, и его мать была в шаге от того, чтобы подписать отказ, но вовремя одумалась. А Сергей вырос полноценным человеком, выучился и стал работать в театре и кино.

Спектакль «Особые люди» - это бунт, бунт против равнодушия, невежества и лицемерия и одновременно это ода тем, кто не сдался. Ведь «работать с такими детьми – это как выпить чашу неразбавленной жизни».

Пресс-служба Уполномоченного при Президенте Российской Федерации по правам ребенка

[ свернуть ]


Бунтовать вместе

14 апреля 2016
4 марта премьерой спектакля Сергея Голомазова “Особые люди” открылась Малая сцена Театра на Малой Бронной. Жанр “Особых людей” определен как “необычный спектакль”. Это попытка разговора молодых артистов со зрителями о том, о чем большинство из нас старается не думать... [ развернуть ]

4 марта премьерой спектакля Сергея Голомазова “Особые люди” открылась Малая сцена Театра на Малой Бронной. Жанр “Особых людей” определен как “необычный спектакль”. Это попытка разговора молодых артистов со зрителями о том, о чем большинство из нас старается не думать, если только не приходится столкнуться лично – о людях, живущих рядом, но совершенно на нас не похожих. Спектакль – совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной. Большую часть ролей исполняют молодые артисты: они играют ярко, энергично и эмоционально, иногда даже слишком, но видно, что это от неравнодушия, тема их цепляет, им очень хочется показать, донести, помочь, стать полезными.

Среднее поколение в спектакле представляет актриса Театра на Малой Бронной Вера Бабичева. Ей отдана самая непростая роль – представительницы фонда. На протяжении спектакля она убеждает молодых родителей отказаться от своих особых детей ради их же блага. В теории все выглядит логично и довольно красиво – детей могут отправить за границу, туда, где о них позаботятся лучше, чем уставшие, потерянные родители, не получающие никакой помощи от государства. Но все оказывается не столь однозначно, когда особый человек появляется не только в работе, но и в жизни женщины из фонда.

Это спектакль, конечно, не об особых людях и уж тем более не для них. Он о нас и для нас. Не как урок или руководство, а как напоминание о том, что самое страшное, что может случиться со всеми нами, – это не болезнь и не инаковость, а банальное бытовое равнодушие.

На вопросы “Экрана и сцены” ответили создатели спектакля “Особые люди” – режиссер Сергей Голомазов, актрисы Вера Бабичева и Екатерина Дубакина.

 

  1. Как возникла идея спектакля “Особые люди”?
  2. Сложно ли было работать с такой темой?
  3. Как вы считаете, подобный спектакль может изменить что-то в сознании и поведении зрителей?
  4. Кому бы вы посоветовали обязательно посмотреть эту постановку?

Сергей Голомазов

  1. Эта идея пришла в голову не мне, она возникла у моих учеников. Откуда она взялась, я не знаю. Наверное, это как-то связано с их пониманием того, чем сейчас надо заниматься, на какие темы разговаривать. Актеры Екатерина Дубакина и Артемий Николаев поехали в инклюзивный лагерь, где общались с детьми, записывали, наблюдали. Потом предложили этот материал драматургу Александру Игнашову. Постепенно к процессу подключился и я, став добровольным заложником их намерений. Не уверен, что обратился бы к такой теме сам, но в процессе работы она меня очень увлекла.
  2. Сложно, потому что материал таил в себе много опасностей. Нельзя было впадать в мелодраматизм, использовать жалобные интонации, следовало придумать совершенно иной способ существования. У нас родился спектакль-протест против невозможности быть услышанным. Аутистов ведь не слышат и не понимают. Чем больше я погружался в природу аутизма, тем больше осознавал, что пьеса не про аутистов. Особые люди и их семьи – это лишь фабула, поверхностный слой. Пьеса про нас. И в действительности аутистами являемся мы, а не те дети, о которых идет речь. Так постепенно рождался спектакль, посвященный не медицинской и не социальной, а нравственной проблеме, спектакль об обществе, где отказываются слышать тех, кто мыс-лит, говорит и выглядит иначе. Это не дань трендовым призывам к благотворительности, необходимости помогать, а попытка размышления о глухоте и слепоте нашего общества.
  3. Театр, строго говоря, ничего не может изменить, он способен только поставить проблему. И имеется маленький шанс, что придет на спектакль какой-нибудь чиновник, человек, от которого что-то зависит, и предпримет некое усилие. Наверное, театр играет свою просветительскую, воспитательную роль, но у нас малый зал, вмещающий всего 80 человек… К сожалению, мир меняет не театр, его меняют политики и телевидение.
  4. “Особые люди” – очень демократичный спектакль, не предназначенный для какой-то особой целевой аудитории. Если те, от кого что-то в этом вопросе зависит, посмотрят его, будет прекрасно. Да и просто родителям будет полезно, и тем, у кого нет детей, учителям, любителям театра.

В Екатеринбурге мы показывали эту работу специально для семей, где есть дети с особенностями развития. После спектакля состоялось обсуждение. Никто не говорил: зачем вы бередите наши раны? Наоборот, звучало: как хорошо, что мы подняли эту тему и при этом их не жалеем, а бунтуем вместе с ними.

Вера Бабичева

  1. Когда возник ТОМ (Творческое Объединение Мастерских) Голомазова, меня попросили взять на себя функции его руководителя, человека, который ведет переговоры со сценами, фестивалями и всеми, кому мы интересны. Главной нашей целью было сохранять уже существующие студенческие спектакли, но постепенно стало понятно, что надо начинать что-то новое. Кроме того, мы давно говорили друг о том, что хочется приносить пользу, а не просто выходить на сцену и играть. И тогда произошло наше судьбоносное знакомство с Центром лечебной педагогики. Наши артисты поехали в лагерь на Валдае, где летом живут и учатся особые дети с родителями. Там они много разговаривали, советовались, просили поделиться дневниками, читали интервью, собирали материал. Я наблюдала за этим со стороны, не скрою, ужасно завидуя. Так появился первый вариант спектакля “Особые люди”. Сергей Анатольевич и я как бывшие педагоги пришли на прогон. И я увидела то, что важно лично для меня и по-настоящему трагично. Еще мы осознали, что ребята, молодые, очень эмоциональные и честные, до конца не понимают, какой это ужас – то, с чем приходится сталкиваться родителям. Сергей Анатольевич, и я с ним была полностью согласна, сказал, что есть темы, которые нельзя решать иллюстративно и предложил говорить со зрителями абсолютно честно. И буквально за десять дней родился новый спектакль, в котором я тоже приняла участие – ребята меня в него впустили с радостью. Спектакль “Особые люди” стал для меня счастьем, потому что в жизни невозможно поделиться ни своим опытом, ни своей болью, а на спектакле я могу это сделать. Я вижу, как в этой работе растут наши ребята, наблюдаю, как и я, благодаря их молодости, оптимизму, вере в меня, примиряюсь со своими проблемами. Я занята в разных спектаклях, играю много красивых костюмных ролей, но такой жесткой и такой любимой роли, как в “Особых людях”, у меня больше нет.
  2. Я скажу ужасную вещь, но нет, сложно не было. Наверное, странно и нехорошо говорить, что я получаю удовольствие, играя в этом спектакле, потому что тема очень сложная и болезненная, но я его получаю.
  3. Зачем заниматься нашей профессией, если не можешь хоть как-то изменить этот мир? В противном случае остаются только амбиции.
  4. Советую посмотреть “Особых людей” в первую очередь тем, от кого зависит решение проблем, – чиновникам, руководителям фондов. Вытащить их на спектакль – все равно, что сдвинуть с места паровоз. Но иногда это удается. Например, в Екатеринбурге нас нашел фонд, случайно оказавшийся нашим тезкой, – “Особые люди”. Они делают очень многое для особых людей в своем городе. То, что сейчас на наш спектакль проданы все билеты, – это ведь тоже о чем-то говорит? Притом что рекламы почти нет. Значит, люди идут за каким-то переживанием, за попыткой кому-то помочь – себе ли, близкому ли… Правда, есть и те, кто боится: “Я не хочу идти, я буду плакать!”. Поверьте, это не страшно, лучше плакать, чем быть равнодушными.

 

Екатерина Дубакина

  1. Все началось с Центра лечебной педагогики. Мы туда поехали, познакомились с родителями, волонтерами, педагогами, детьми и поняли, что хотим со своей, художественной, точки зрения как-то поддержать этих людей. Я думаю, нам всем знакома эта проблема: когда мы видим что-то иное, не похожее на нас, мы часто не готовы это принять. Потом мы отправились в инклюзивный лагерь и уже там поняли, что нас особенно волнует тема родителей и их истории. Постепенно собралось много документального материала, его мы передали Александру Игнашову, он в свою очередь создал пьесу, а Артемий Николаев, мой сокурсник, переработал ее для театра.
  2. Самым главным препятствием было то, что общество особых людей чрезвычайно закрытое, и, конечно, родители очень боятся спекуляций на их историях. Но постепенно люди открывались нам совершенно удивительным образом. Справедливо будет сказать, что не мы выбрали тему, а она сама нас выбрала.
  3. Я думаю, что именно в этом и заключается цель театра. Конечно, мы не хотим читать мораль, указывать, как надо поступать, учить, что правильно, а что нет. Прежде всего, это честный разговор о проблемах, которые ты просто так, в своей бытовой жизни вряд ли станешь обсуждать. Для нас очень важно, что на спектакле побывали и родители особых детей, и сами дети, и педагоги. И они были искренне благодарны: то, что они годами носят в себе, они услышали со сцены. А людям, не связанным с этой темой, стоит узнать, что такие проблемы есть. “Особые люди” – спектакль, от которого мы получаем самый сильный отклик. И дело не только в том, что он играется на Малой сцене. Просто возникает какая-то особая связь со зрителями, спонтанные обсуждения после показов.
  4. Рекомендую приходить всем. Многие говорят, что “Особых людей” очень важно посмотреть подросткам, ведь это сложный период, когда ты чувствуешь себя одиноким, непохожим на других и вынужден сам себя защищать. Да и вообще, мне кажется, нет такого зрителя, который сказал бы: мне это не близко. Если человек готов разговаривать о наболевшем, это для него идеальный спектакль.
Материал подготовила Маша ТРЕТЬЯКОВА
«Экран и сцена»
№ 7 за 2016 год.

[ свернуть ]


Сюжет Первого канала о спектакле "Особые люди"

14 апреля 2016
http://www.1tv.ru/shows/dobroe-utro/pro-kulturu/osobye-lyudi-na-maloy-bronnoy-dobroe-utro-fragment-vypuska-ot-04032016   4 марта на Малой сцене театра на Малой Бронной премьера спектакля «Особые люди». Все средства от продажи билетов пойдут в Фонд Центра Лечебной п... [ развернуть ]

http://www.1tv.ru/shows/dobroe-utro/pro-kulturu/osobye-lyudi-na-maloy-bronnoy-dobroe-utro-fragment-vypuska-ot-04032016

 

4 марта на Малой сцене театра на Малой Бронной премьера спектакля «Особые люди». Все средства от продажи билетов пойдут в Фонд Центра Лечебной педагогики. В одной стране жила была девочка. Глаза у нее были голубые, щеки розовые, а волосы русые как у ее мамы. И все было бы как в сказке. Только девочка – инвалид. Про таких детей и их родителей в театре на Малой Бронной играют спектакль «Особые люди» по мотивам пьесы Александра Игнашова.

Вместо декораций на сцене — маленькие синие кубики, вместо костюмов и грима — обычная повседневная одежда. А сам спектакль – сцены из жизни родителей, которые по‑разному принимают новость о том, что их ребенок – особенный. Аутизм. ДЦП. Синдром Дауна. Они живут с этим каждый день. Выдерживают не все. Но в финале каждый родитель сделает свой выбор. Создавая спектакль, актеры провели не один день в Центре лечебной педагогики рядом с особыми детьми и их родителями.

Из маленьких историй и сложился спектакль, точнее складывается до сих пор. Каждый выход актеров на сцену — повод задуматься о том, почему мы так боимся тех, кто не похож на нас.

Сергей Голомазов, режиссёр, художественный руководитель Театра на Малой Бронной: Я подумал, что я тоже аутист, что вы аутисты, что нас иногда не слышат… Получился спектакль о нравственном аутизме, об аутизме людей, которые должны воспитывать в себе потребность слышать инакомыслящих и инакодумающих. 

[ свернуть ]


"Афиша": Спектакль "Особые люди" и подледная рыбалка, Телеканал "Москва 24", эфир от 01.03.2016

13 апреля 2016
http://tv.m24.ru/videos/95587

http://tv.m24.ru/videos/95587

[ свернуть ]


Театр на Малой Бронной откроет малую сцену спектаклем "Особые люди"

13 апреля 2016
Московский драматический театр на Малой Бронной открывает вторую, Малую сцену благотворительным спектаклем "Особые люди", посвященным родителям детей с особенностями развития, сообщает РИА Новости. Открытие Малой сцены совпадает с 70-летием театра на Малой Бронной, ... [ развернуть ]

Московский драматический театр на Малой Бронной открывает вторую, Малую сцену благотворительным спектаклем "Особые люди", посвященным родителям детей с особенностями развития, сообщает РИА Новости.

Открытие Малой сцены совпадает с 70-летием театра на Малой Бронной, первый спектакль которого (тогда еще Московского драматического театра на Спартаковской) был показан 9 марта 1946 года.

"У Москвы и у Театра на Малой Бронной появляется новая театральная площадка – наша Малая сцена, – сказал художественный руководитель театра Сергей Голомазов. – Давным-давно существовала Малая сцена в театре, где даже шел знаменитый "Дон-Жуан" в постановке Анатолия Эфроса, но потом сцена была закрыта, заброшена. И вот теперь мы рады, что новое, как с иголочки, театральное камерное пространство с залом на 100 мест, оборудованное по последнему слову сценической техники вновь открывается для театра и для зрителя".

Первый спектакль, который увидит свет рампы на Малой сцене – "Особые люди". Это совместный проект Творческого объединения мастерских Голомазова и Театра на Малой Бронной. Премьера состоялась в 2014 году. Это первый и единственный в своем роде спектакль, рассказывающий о родителях детей с особенностями развития. Авторы идеи – актеры театра Екатерина Дубакина и Артемий Николаев, режиссер – Сергей Голомазов.

"Этот спектакль, задуманный группой энтузиастов, рассказывает о судьбах нескольких семей с детьми-аутистами, – рассказал режиссер. – Они ездили в летние лагеря, где отдыхают такие семьи, разговаривали с ними, собирали материал о таких людях. Наш спектакль – разговор не о медицинских проблемах, а о том, что люди должны научиться слушать и понимать тех, кто смотрит на мир несколько иначе, кто в чем-то не похож на нас. Мы надеемся, что этот разговор о человеческом неравнодушии и чуткости найдет отклик у зрителей".

17.02.2016

[ свернуть ]


Ирина Владимировна Никитина

8 апреля 2016
Замечательный спектакль! Великолепная игра ВСЕХ актеров! За те три часа, которые идет спектакль, я успела и посмеяться и прослезиться. Огромное спасибо и режиссеру и актерам за спектакль!

Замечательный спектакль! Великолепная игра ВСЕХ актеров! За те три часа, которые идет спектакль, я успела и посмеяться и прослезиться. Огромное спасибо и режиссеру и актерам за спектакль!

[ свернуть ]


Жанна

21 марта 2016
Были на спектакле 08.03.16г Хороший,добрый,смешной спектакль. В духе фильма Э.Кустурицы "Черная кошка-белый кот". Неплохая постановка,юмор,игра актеров-все очень достойно.Вышли с хорошим настроением.Спасибо актерам и режиссеру. Рекомендую.

Были на спектакле 08.03.16г Хороший,добрый,смешной спектакль. В духе фильма Э.Кустурицы "Черная кошка-белый кот". Неплохая постановка,юмор,игра актеров-все очень достойно.Вышли с хорошим настроением.Спасибо актерам и режиссеру. Рекомендую.

[ свернуть ]


Бондарик Анна Александровна

7 марта 2016
Мне не хватает слов, чтобы выразить всю степень благодарности режиссеру этого спектакля Павлу Сафонову, и, в частности, актерам Григорию Антипенко и Ольге Ломоносовой. Спасибо вам за прекрасную, профессиональную и вдохновенную игру! Вы чувствовали своих героев, а пот... [ развернуть ]

Мне не хватает слов, чтобы выразить всю степень благодарности режиссеру этого спектакля Павлу Сафонову, и, в частности, актерам Григорию Антипенко и Ольге Ломоносовой. Спасибо вам за прекрасную, профессиональную и вдохновенную игру! Вы чувствовали своих героев, а потому их чувствовали и мы, зрители. Я не могу передать словами тот спектр эмоций, который я испытала, просмотрев этот спектакль. Это не просто постановка. Это произведение искусства. А Павел Сафонов - талантливейший режиссер современности! Он видит характеры и судьбы героев через совершенно иную призму. Его Роксана какая-то космическая, нереальная. Читая пьесу Ростана ловишь себя на мысли, что его героиня раздражает своей слепой влюбленностью и ты предчувствуешь трагический финал. Но в постановке Сафонова я почему-то до конца надеялась, что может быть он найдет для героев возможность быть счастливыми, быть вместе. Но тогда это была бы другая история. Я смотрела, затаив дыхание. А из зала я вышла, глотая слезы. Меня до глубины души восхитила, ошеломила игра Григория Антипенко. Вместе с его героем я переживала его глубокую драму. Монолог "про нос" меня вообще потряс. Сколько эксперссии, трагизма и в какой-то степени обреченности! Этого актера я для себя открыла с новой стороны. И еще раз хочу поблагодарить режиссера и всю его команду. Превосходное решение декораций! Блистательно подобранная музыка! Я с удовольствием еще раз посетила бы этот спектакль. Но, к сожалению, живу в другой стране. Спектакль посетила случайно, когда он гастролировал. Просьба для художественного руководителя театра: если было бы возможным, после того, как тот или иной спектакль выйдет из репертуара театра, выложить видео-версию полюбившихся зрителями постановок, мы, зрители, были бы вам очень благодарны!

[ свернуть ]


Ирина Шевцова

14 февраля 2016
Замечательный спектакль .Прекрасная игра актеров , особенно нам с мужем понравилась Агрипина Стеклова .Замечательный спектакль .
Замечательный спектакль .Прекрасная игра актеров , особенно нам с мужем понравилась Агрипина Стеклова .Замечательный спектакль .

[ свернуть ]


Елена Дюкарева

14 февраля 2016
Замечательный музыкальный спектакль, очень понравился. Юмор, костюмы и вообще все что происходило на сцене, было очень интересно и оставило только положительные эмоции после просмотра, данной постановки.
Замечательный музыкальный спектакль, очень понравился. Юмор, костюмы и вообще все что происходило на сцене, было очень интересно и оставило только положительные эмоции после просмотра, данной постановки.

[ свернуть ]


Мария Семина

14 февраля 2016
Очень хороший спектакль , спасибо.

Очень хороший спектакль , спасибо.

[ свернуть ]


Снег кружится лишь над влюбленными В преддверии праздников Театр на Малой Бронной сделал своим зрителям новогодний подарок — снежный и вьюжный спектакль о любви.

6 февраля 2016
«Вечерняя Москва» Пьеса американского драматурга Джона Кариани «Почтигород» написана по излюбленному принципу рождественских кинокартин: девять новелл — девять отдельных историй об обретенной или утраченной любви, объединенных сквозной темой. Этот лейтмотив задается... [ развернуть ]

«Вечерняя Москва»

Пьеса американского драматурга Джона Кариани «Почтигород» написана по излюбленному принципу рождественских кинокартин: девять новелл — девять отдельных историй об обретенной или утраченной любви, объединенных сквозной темой. Этот лейтмотив задается прологом спектакля, где юная Джинетт вынуждена отправиться, подобно Герде, пешком в длительное кругосветное путешествие, чтобы приблизится к любимому. Он сидит здесь же - на лавочке, — но с глубокомысленным видом молодого идиота не готов быть счастливым здесь и сейчас. «Чем дальше ты от меня — тем ближе ко мне», — философски изрекает он. и остается в одиночестве, потому что Джинетт этому верит и уходит далеко-далеко.

Так у драматурга. Так и в спектакле Сергея Голомазова. Но если пьеса вспомнит об этой истории из пролога лишь дважды — перед антрактом и в самом финале, когда Джинетт, обойдя земной шар, вернется к своему питу; то спектакль этот мотив не отпустит. Снова и снова между последующими сюжетами «Почтигорода» будет возникать пит, отрешенно семенящий туда, где исчезла его Джинетт. Сама же Джинетт вновь и вновь будет вся усыпанная снежинками появляться на экране в глубине сцены.

Свяжет действие и еще одна придумка режиссера. Все происходит в снежном-снежном американском регионе, где, кажется, сугробы не тают, а пурга не затихает. (Эту белоснежную идиллию, похрустывающую под ногами актеров, создал художник Николай Симонов). Так вот, снег здесь явление не редкое, но над сценической площадкой он появляется лишь тогда, когда любящие обретают друг друга. Лишь над влюбленными падает снег, а то и целые снежные лавины. И вот этого-то пит и лишился. Снег, который в самом начале укутывал их с Джинетт, больше ему не доступен. И тщетно пытается он дотянутся хоть до одной снежинки от счастья других — они тают стоит лишь Питу приблизиться. Отсвет чужой любви не может заменить отсутствие собственной…

«Почтигород» — так в русском переводе звучит название английской пьесы. В оригинале — “Almost, main”, чье звучание многозначно. Безусловно, «почти город», но еще и иное — «почти человек», «почти люди». И спектакль, действительно, рассказывает о тех, кто люди еще только «почти». О тех, кого в настоящих людей превращает лишь любовь.

«Почтилюдей», большинству из которых в пьесе под сорок, играют недавние выпускники театральных вузов — совсем молодые актеры. Играют «Почти». Даже с некоторым перебором, когда нестрашно «пережать», создать гротескную карикатуру. Получаются «Почтилюди», обладающие сверх-эмоциями. Вот например женщина, что чье сердце разбилось на 19 осколков, которые отныне она носит с собой в дамской сумочке. Или мужчина, что список опасностей вносит поцелуи и совсем не чувствует боли. или другая женщина, что спустя 11 лет совместной жизни решила вернуть своему мужчине всю любовь, которую он ей отдал, и обнаружила, что та заняла всю машину, включая багажник. Или…

Рассказывать можно долго, но не хочется раскрывать все сюрпризы и неожиданности, что заготовил драматург и последовательно и тщательно воплотил Театр на Малой Бронной. На этот спектакль, что появился в канун рождественских праздников, вполне можно пригласить любимого человека, а потом выйти под падающий снег и обнаружить, что совсем не обязательно убегать на край земли, чтобы почувствовать тепло и счастье от близости любимого.

Ася Иванова, 16.12.2012

[ свернуть ]


«Почтигород»: новогоднее чудо в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
www.artrepriza.ru Популярную в Америке пьесу Джона Кариани “Almost, main” впервые поставили в России. На это решился коллектив Театра на Малой Бронной во главе с Сергеем Голомазовым.  Как признался на пресс-конференции сам режиссер, пьесу он практически не менял, т... [ развернуть ]

www.artrepriza.ru

Популярную в Америке пьесу Джона Кариани “Almost, main” впервые поставили в России. На это решился коллектив Театра на Малой Бронной во главе с Сергеем Голомазовым. 

Как признался на пресс-конференции сам режиссер, пьесу он практически не менял, только заменил некоторые американские реалии, не понятные российскому зрителю. Отечественная постановка Кариани получила название «Почтигород».

«Почтигород» — это девять историй, которые происходят в один и тот же день, в одно и то же время (пятница, зимний вечер, 9 часов) в абстрактном пространстве на краю света.
Спектакль получился новогодний. И не только потому, что герои катаются на коньках и проваливаются в сугробах, а на сцену время от времени сыпется снег. Почти в каждой истории происходит небольшое новогоднее чудо — рождается любовь. И хотя в двух новеллах финал не такой уж и радостный, остается надежда, что чудо с героями все-таки случится за пределами сцены. 

В этих девяти историях есть все составляющие жизни: грусть и недопонимание, радость и приятные открытия и, конечно, юмор. Самая необычная, на мой взгляд, новелла называется «Падение». Конечно же, она о любви. только влюбляются друг в друга не юноша и девушка, а два брутальных парня. Скандал? Извращение? Нет, все это не было интересно Сергею Голомазову. Режиссеру поставил себе задачу разобраться в причинах, которые ведут к созданию однополых пар. И это ему удалось на все сто процентов. Без пошлости и шуток ниже пояса.

«Почтигород» — очень жизненный спектакль. Многие зрители, делясь друг с другом впечатлениями, восклицали: «Это, прям, про меня!», «Герои первой новеллы — это мы с мужем!». 

Сергей Голомазов признался, что хотел этим спектаклем дать молодому поколению ответы на те вопросы, которые оставили без внимания родители, телевидение, государство. Однако это совсем не значит, что спектакль не будет интересен старшему поколению. «Почтигород» ценен тем, что после поклона актеров он не заканчивается, а продолжает жить в сознании зрителя, заставляет его думать, анализировать…

Огромное спасибо театру за возможность обсудить спектакль с режиссером и актерами после показа.

Мария Ипполитова, 16.12.2012

[ свернуть ]


Почтигород — полное счастье

6 февраля 2016
Благонравно планировала — дотерплю до завтра, пусть уляжется впечатление от спектакля, превратится в стройный текст, чувства отстоятся, улягутся, дадут место размышлению, взвешенной оценке.  Нет, не утерпела — завтра будет завтра и взвешенную оценку со стройной конце... [ развернуть ]

Благонравно планировала — дотерплю до завтра, пусть уляжется впечатление от спектакля, превратится в стройный текст, чувства отстоятся, улягутся, дадут место размышлению, взвешенной оценке. 
Нет, не утерпела — завтра будет завтра и взвешенную оценку со стройной концепцией до кучи я смогу написать когда угодно, а торопливое и захлебывающееся счастье есть только сейчас и бог весть, повторится ли когда-нибудь.

Театр на Малой Бронной — на него я махнула рукой еще семь лет назад — его великое прошлое, его былая слава не помогли мне высидеть тогда какую-то тягучую премьеру, на которой зевалось так, что челюсть норовила вывихнуться и слезы наворачивались на глаза. Досидев в мучительном полусне-полубреду до финала, тогда (о, то были счастливые времена работы в театральном журнале!) я впервые в жизни категорически отказалась писать о спектакле. Что ж, возможно, этот театр — то место, где со мной происходит что-то непредставимое, плохое и хорошее, под этой рубрикой — впервые в жизни. Сейчас я думаю, если бы тогда, в декабре 2005 года мне сказали, что ровно через семь лет в том же самом зале я буду впервые в жизни плакать от счастья на премьере спектакля — я бы ни при каком усилии не смогла поверить в такое обещание. 

Когда подруга позвала меня на предпремьерный показ «Почтигород» в постановке Сергея Голомазова, я шла без особых ожиданий. Да, да - мой вечный снобизм — много чего посмотрено в этой жизни, много очарований и разочарований, чего может ждать от театра искушенный зритель, да еще не раз и не два оскоромившийся профессиональными отношениями с театром и влетавший без страховки в административные распри и закулисные интриги? 

Итак, женщина сильно в бальзаковской поре, в отсутствие любви и смерти, с багажом разочарований, рассеянно твердившая с утра цитату из Бабеля про очки на носу и осень на душе, потолкавшись в метро в час пик, промерзнув до стеклянного состояния на въедливом московском ветру, убедившаяся к 19.00, что предпремьерная публика по-прежнему суетлива, бестолкова и в сущности невыносима, что кресла в театре не стали удобнее, уселась в 11-м ряду на третье кресло с краю, обнаружила прямо перед собой рослого широкоплечего мужчину, чей дивный силуэт перекрывал сцену ровно на 99 процентов и приготовилась терпеть и смиряться, смиряться и терпеть следующие два часа двадцать минут (с антрактом). В тоске зачекинилась на фейсбуке и в этот момент зазвучала музыка, погас свет (или в обратном порядке — погас свет и зазвучала музыка?) и случилось чудо. 

Со сцены зазвучал диалог, словно украденный из моих любовных писем. Та же самая — такая сладкая и такая горестная идея о близости и отдаленности друг от друга. Другими словами, другими голосами — но с теми же растерянными полудетскими интонациями — а впрочем, с какими еще интонациями об этом можно говорить, писать и думать? Да-да картинка из моих писем о любви — именно тогда, когда мы так близко, под одним одеялом — между нами весь мир со всеми его материками и океанами. Но диалог на сцене развивается, и вот уже девушка Джиннет делает шаг прочь от своего возлюбленного пита и тот радостно говорит: «Ты ближе!» а я думаю о том, что сейчас та же самая беда у нас с любимым человеком — как только расстояние между нами сокращается — мы с трудом выносим эту близость, но стоит ему улететь на другой материк, как слова любви и нежности беспрепятственно заполняют это пространство и так лкгко говорить и договариваться о чем угодно. Может быть, мне нужно, как той Джиннет обойти земной шар, весело и непринужденно — дыша на стекла, балуясь с елочными лампочками, улыбаясь снегу — чтобы в финале прийти наконец к любимому и больше уже ничего не искать и никуда не бежать? Но это совпадение редкое, точечное, уникальное — я готова была аплодировать после первой же новеллы, однако зал разогрелся лишь к третьей.

Потом сюжеты перекликались с моей жизнью не больше и не меньше, чем у остальных зрителей — на уровне архетипа все на все похоже, и не в этом чудо спектакля «Почтигород». Увы, увы, я так и не поняла как это сделано. В какой момент и из чего вдруг возникает ощущение совершенного, абсолютного счастья? Да-да, того самого, которое на 3/4 — физиология и гормоны и только на 1/4 — деятельность высшей нервной системы. Счастье, к которому мы порой так безуспешно стремимся, которое так бездарно упускаем, отвлекаясь на чепуховые неудовольствия и обиды. 

Понимаете ли какое дело, человека проще всего загрузить трагедией и этого добра на театре — хоть отбавляй; человека довольно просто напугать, но это прерогатива телевидения и кино; человека можно вполне технологично смешить и тут выбор велик и разнообразен — от щекотки, до комедии и Петросяна — на все вкусы, на любой карман, на всякий уровень развития. Но сложнее всего человека сделать счастливым, вернее даже — создать такое произведение искусства, чтобы контактируя с ним человек испытывал чувство счастья. До сегодняшнего дня я была убеждена, что если музыкальные жанры при редчайшем стечении обстоятельств могут производить такой эффект, то драматический театр просто «не заточен» под такую задачу.

Если продолжать писать о спектакле, то ключевым словом будет — безупречный. Безупречная сценография, достойная отдельного поста с картинками. Безупречные образы всех героев. безупречное использование реквизита. Безупречное музыкальное сопровождение. Безупречная речь актеров — это редкость нынче! 

А еще — это уникальный рождественский спектакль. За все годы я впервые готова поклясться правой — пишущей — рукой: этот спектакль надо смотреть 31 декабря, чтобы войти в новый год с огромным багажом — с опытом счастья в любви — с осознанием незаслуженности и благодати любви, с верой в то, что в любой момент колесо мироздания может совершить ничтожно малый поворот, но его будет довольно, чтобы на месте одиночества и отчаянья появилась радость и начался совершенно новый жизненный сюжет.

Мне хочется сейчас хватать за рукав каждого своего друга, приятеля, шапошного знакомца и уговаривать: идите на «Почтигород» прямо сейчас, в декабре, и в январе и в феврале! Дарите этот праздник женам, невестам, былым возлюбленным и просто подружкам и друзьям на 14 февраля, на годовщину свадьбы, в честь великой даты — месяц-как-мы-встретились-в-пабе-и-поняли-что-это-судьба, просто так, от полноты сердца в любой день. 

А самое прекрасное, что этот спектакль из тех редких и редчайших, которые можно прописывать неискушенному взрослому или юному зрителю, которого тянут в театр по разным причинам, а он никак не может полюбить его и покорно отбывает срок заточения среди бархатных кресел во имя любви и семейного мира. 

Нас обещают сделать счастливее каждый день по тысяче раз — с помощью зубной пасты и нового автомобиля, духов, крема от морщин, таблеток для похудения, белья, ботинок и памперсов для взрослых. И все обманывают, и мы привыкли быть обманутыми и мы практически перестаем понимать, что есть счастье и каково оно на вкус и цвет. Сергей голомазов и его актеры ничего такого не обещают. Они выходят на сцену и творят волшебство, которое позволяет зрителю испытать то самое чувство счастья, и унести его с собой, как в детстве уносил подарок после елки с Дедом Морозом и Снегурочкой.

Мы такие взрослые и разумные, не верим в Деда Мороза, да и Снегурочку видали во всяких видах, мы научились не ждать милостей от природы и выгрызать свое благополучие у жизни в поте чела, мы не верим в бесплатный сыр и точно знаем сколько стоит подарок судьбы, и только под новый год порой тоскуем в неясном ожидании, томимся, беспокойно перебираем в голове все запланированное на праздничные дни и тщетно силимся вспомнить что-то важное. Это и есть тоска по детской радости, ожидание счастья, необъяснимая и неистребимая вера в чудо. 

Нам всем ужасно повезло — у нас теперь есть ёлка для взрослых — Почтигород на Малой Бронной. В трех шагах от метро.

Жанна Карлова, 14.12.2012

[ свернуть ]


Настоящая любовь в «Почтигороде»

6 февраля 2016
www.artrepriza.ru В Театре на Малой Бронной состоялась премьера спектакля «Почтигород» по пьесе американского драматурга Джона Кариани. Он состоит из девяти историй, персонажи которых существуют в едином пространстве и времени. Преодолевая собственные страхи, боль и... [ развернуть ]

www.artrepriza.ru

В Театре на Малой Бронной состоялась премьера спектакля «Почтигород» по пьесе американского драматурга Джона Кариани. Он состоит из девяти историй, персонажи которых существуют в едином пространстве и времени. Преодолевая собственные страхи, боль и одиночество, они стремятся найти свою любовь.

Почтигород невозможно найти на карте. Драматургом создан собирательный образ жителей, и свершившиеся с ними истории могли бы произойти в любом месте любой страны. Чувство радости и грусти в одинаковой степени овладевает зрителем, тем не менее, назвать этот спектакль комедией невозможно. Все как в жизни: от разных ударов и подарков судьбы человек охвачен противоречивым набором чувств.

Девять новелл сплетаются в единую историю, но каждая из них имеет свой конец, часто не совсем определенный. Герои остаются с разбитым сердцем или всецело отдаются приобретенной любви, но возникает так много вопросов: что ждет их за пределами нашего взора, не потеряют ли они то, к чему так долго шли, удастся ли персонажам, чье счастье еще не сложилось, пережить одиночество и найти в себе силы продолжать поиски? В спектакле нет акцента на отношениях мужчины и женщины, любовь может быть такой разной, овладеть человеком внезапно и выражаться в разных формах. Так, героями одной из новелл явились двое мужчин, старых друзей, один из которых открыл в себе любовь по отношению к другу. Однако рассматривать эту сцену как поддержку автором нетрадиционных отношений было бы мелко. Создателей спектакля волнует не дальнейший исход признания в чувствах друзей, а сама причина того, как они к этому пришли, почему у них не складываются отношения с женщинами. Человеку необходимо кого-то любить и он все время находится в поисках того, кому он может пригодиться. 

«Смешно говорить о любви в нашу эпоху, поэтому задача творческого, театрального человека заключается в том, чтобы что-то противопоставить времени. Есть любовь к человеку, это то, ради чего стоить жить, стремиться чего-то достичь, строить карьеру. Считайте, что мы заставили кого-то задуматься о смысле жизни» — говорит о спектакле художественный руководитель театра Сергей Голомазов.

Тем для размышлений зрителям было представлено действительно много. Маленькие истории, выхваченные из жизни героев, заставляют задуматься о собственном прошлом и будущем, подталкивают к необходимости обернуться назад и переоценить какие-то поступки по отношению к родителям, близким людям. Создатели спектакля поставили перед собой задачу угадать проблемы молодого поколения, научиться говорить с молодыми людьми и дать им ответы на вопросы, которые они не могут задать родным, на которые не ответит телевидение. Очень показательна в этом отношении новела «увидеть», героиня которой обладала «колючим» характером из страха полюбить и оказаться близкой к мужчине, потому что этого никогда не было в ее жизни.

Особое впечатление на автора данной статьи произвела новелла «Отдай обратно», женскую роль в которой исполнила Настасья Самбурская. Ее героиня Гейл приезжает к мужу, и требует его «отдать всю любовь, которую она ему дала», забрасывая его при этом огромными красными пакетами, в которых, в свою очередь, привезла все, что он отдал ее за 11 лет отношений. Взамен Лендал помещает ей на ладонь единственную маленькую красную коробку. Девушка с недоумением смотрит на нее, настаивая на просьбе вернуть все, что принадлежит ее сердцу. Ответом на слезы любимой стал недолгий, но очень глубокий монолог о том, что ее тепла и любви было так много, что не стало никакой возможности их хранить, и единственным способом сберечь любовь стало вложить ее в обручальное кольцо. История этих героев закончилась счастливо. Идея измеримости любви лишь единственной меркой — соединением своих жизней в одну, пожалуй, самый трогательный момент спектакля.

Помимо своего содержания спектакль удивляет зрителя и оформлением. Декораций на сцене не так много, и они мало изменяются на протяжении всего представления, внимание полностью сосредотачивается на игре актеров. Свидетелем всех событий становится огромная луна. Цвет ее меняется в соответствии с настроением и ощущениями героев пьесы. Исходящий от нее свет падает на снег, правдоподобно и необычно созданный декораторами спектакля. Снег в данном спектакле имеет особое значение. в новеллах он по-своему заменят слова. Его кружением автор подсказывает зрителю, что герои обрели любовь, в противном случае, если в их отношении что-то не сложилось, белые хлопья падают в отдалении от героев, как бы показывая, что любовь прошла где-то рядом, но все же стороной.

Спектакль можно назвать по-настоящему новогодним. Он совсем не похож на сказку, но способен окутать теплом и волшебством, а главное — подарить надежду. Прежде пьеса «Почтигород» ставилась на сценах многих стран, теперь любовь пришла и к российским зрителям.

Дарья Казарихина, 15.12.2012

[ свернуть ]


Григорий Антипенко: «Мне мало одной жизни»

6 февраля 2016
«Театральная афиша» Актер театра и кино Григорий Антипенко меньше всего похож на комический образ самоуверенного бизнесмена Андрея Жданова, которого он сыграл в 2005 году в сериале «Не родись красивой». Пройдя нелегкий путь от студента биофака, монтировщика сцены в ... [ развернуть ]

«Театральная афиша»

Актер театра и кино Григорий Антипенко меньше всего похож на комический образ самоуверенного бизнесмена Андрея Жданова, которого он сыграл в 2005 году в сериале «Не родись красивой». Пройдя нелегкий путь от студента биофака, монтировщика сцены в «Сатириконе» к актеру, играющему мировой театральный репертуар, Антипенко не перестает ставить перед собой сложнейшие задачи, покоряя все новые и новые вершины. Не стань Антипенко актером, наверняка он бы выбрал судьбу путешественника, повторил бы путь Федора Конюхова, постоянно и в одиночку бороздящего моря и путешествующего по всему свету.

Альпинист с 17-летним стажем, Антипенко придерживается мнения, что в творчестве, как при восхождении, нельзя халтурить и хитрить. Сорваться вниз гораздо проще, чем удержаться на головокружительной высоте, но надо идти вперед и вверх. Завоеванные им пики способны вызвать зависть коллег: Орфей, Язон, Отелло, Беня Крик. Новой вершиной, которую в честь своего 40-летнего юбилея взялся покорить актер, стала заглавная роль в спектакле «Сирано де Бержерак» в постановке Павла Сафонова в Театре на Малой Бронной.

– Что послужило причиной того, что свободный художник Григорий Антипенко вдруг бросил якорь в Театре им. Евг. Вахтангова?
– Римас Владимирович позвал меня в труппу театра, когда выпускался спектакль «Отелло». Безусловно, я не мог отказаться от такого лестного предложения, тем более что меня пригласили уже как взрослого актера, со своим уже сложившимся представлением о принципах и творческой свободе.

– О каких принципах идет речь?
– Я категорически против насилия. Меня нельзя заставить делать что бы то ни было хотя бы потому, что я и слово «заставить» – понятия несовместимые. Меня можно только заинтересовать, в крайнем случае со мной можно вежливо договориться. В кино и театре всегда видно, когда актер делает то, что ему не нравится. Поэтому это один из основополагающих принципов, которому я следую и в жизни, и в творчестве.

– Первой вашей работой в Театре им. Вахтангова в качестве приглашенного артиста стал Язон?
– Благодаря Юлии Рутберг. С тех пор как Юлия сыграла мою маму в спектакле «Пигмалион» режиссера Павла Сафонова, она продолжает по-матерински заботиться обо мне и в Вахтанговском театре. Поэтому я очень благодарен ей и за это приглашение в частности. Вся сцена Язона – это фактически 25-минутный монолог, который я учил на берегах Адриатики, сравнительно недалеко от того места, где происходит действие пьесы. Поэтому вся эта история пропитана для меня вполне реальным воздухом средиземного моря, что, надеюсь, передается и зрителю.

– Чем вам был интересен Язон, ведь все-таки «Медея» – это спектакль про Медею.
– Нет, «Медея» – это спектакль про взаимоотношения этих двух эпических личностей. И поверьте, 25 минут монолога – достаточно для того, чтобы во всех нюансах рассказать о своем герое и об этой сложнейшей трагической коллизии между мужчиной и женщиной, где Язон не оправдывается, а пытается объяснить. В этой истории нет правых и виноватых.

– Во время репетиций роли «Палестинца» в спектакле «Улыбнись нам, Господи» вы быстро нашли общий язык с Римасом Туминасом?
– Было бы самонадеянным считать, что я нашел с ним общий язык. В совместной работе над ролью я только имел возможность познакомиться с его методом работы. Театр Туминаса – это театр одного режиссера. Предложения актеров, как правило, им не принимаются, потому что он заранее знает, каким должен быть спектакль. Может быть, где-то в случайной пробе он скажет «вот-вот, так хорошо», но он не будет просить вас об импровизации – напротив, покажет все сам, вплоть до интонаций. У него есть абсолютно четкая картина в голове, как должен выглядеть спектакль. Находясь внутри репетиционного процесса, я наблюдал за тем, как шьется полотно этого великого спектакля. А я убежден, что это великий спектакль, как все его работы.

– О дальнейших совместных планах вы говорили?
– Римас Владимирович – загадочная личность. О его планах не знает никто. Иногда создается впечатление, что и он сам не знает. Но интрига будущей совместной работы висит в воздухе. Надеюсь…

– Вы пришли в профессию довольно поздно. Это был осмысленный шаг человека, долго искавшего себя?
– Зная меня прошлого, никто бы никогда не сказал, что я вообще смогу выйти на сцену в качестве артиста. Я прошел долгий путь от бесформенного полена к актеру, которого приглашают играть главные роли. Это требовало постоянной работы над собой, но неизменно приносило удовольствие. Бывает, что заходишь в тупик, кажется беспросветный, но вечером выходишь на сцену и понимаешь, что другой профессии для себя не представляешь.

– Если говорить о сложных физических затратах, сразу вспоминается пластический спектакль «Отелло», в котором вы играете заглавную роль. Долго размышляли, прежде чем дать Анжелике Холиной согласие?
– От таких ролей не отказываются. Проблема была в том, что я никогда не танцевал в своей жизни, если не считать весьма посредственных проб в Щукинском училище. Для меня это было равносильно поступлению в хореографическую школу без необходимых данных. Поэтому вся заслуга того, что этот спектакль случился с моим участием, принадлежит Анжелике Холиной, которая умудрилась весь процесс обучения и убеждения меня в том, что это будет хорошо, вложить в один месяц.

– То, что вам досталась партнерша с балетной подготовкой, помогало или мешало?
– Сейчас, безусловно, помогает. И я очень благодарен ей за поддержку. Но было время, когда я страшно комплексовал, что подведу своих значительно более талантливых в этой области партнеров. Если бы не Оля Лерман, Витя Добронравов, Паша Тэхэда Кардэнас и другие участники спектакля, этого события вообще не произошло бы. Анжелике удалось так искусно сбалансировать возможности актеров в этой постановке, что у зрителей не возникает сомнений в профессионализме исполнителей. Она прекрасно понимала, что у меня нет техники и из воздуха ее не возьмешь, и терпеливо ждала, когда я буду готов, и верила. Для меня было очень лестно, когда после премьеры ко мне подошел художественный руководитель моего курса Родион Юрьевич Овчинников и похвалил за то, что я не боюсь экспериментировать и заходить в зоны заведомого дискомфорта.

– Выходит, что вы намеренно стремитесь к дискомфорту?
– Я не выношу тишины. Мне необходимо, чтобы вокруг кипела жизнь. Недаром в детстве я увлекался пиротехникой. В то время в магазинах можно было купить только бенгальские огни и пистоны для игрушечных пистолетов, поэтому все приходилось делать собственноручно. Не буду рассказывать о технологии, чтобы это не служило примером подрастающему поколению, но в комфортные 1980-е не было другого способа расшевелить пространство вокруг себя.

– именно этот пункт вашей биографии в интернете называется «испытывал любовь к естественным наукам»?
– нет, речь идет о биологии. я с детства мечтал поступить на биофак, что и привело меня в свою очередь в фармацевтическое училище, дабы немного подтянуть химию. но по иронии судьбы именно в этом училище, сидя за столом в белом халате и развешивая порошки, я окончательно убедился, что аналитическая работа не для меня. я бы, наверное, мог стать журналистом-естествоиспытателем и вести какую-нибудь программу о животных, но канала discovery в нашей стране тогда еще не было.

– И это увлечение биологией вылилось в любовь к альпинизму?
– Скорее любовь к природе в целом подтолкнула меня однажды пойти в первый мой туристический поход по горам Крыма. Можно сказать, что с этого полуострова все и началось.

– Сколько лет вы занимаетесь альпинизмом?
– С 1997 года. Хотя были остановки, перерывы, иногда даже по году. Но это не проходящая потребность. Даже когда происходили чрезвычайные ситуации, срывы, холодные ночевки и прочие экстремальные радости, все равно спустя год возникало неизменное желание обновить снаряжение, придумать себе новую вершину и – «Вперед и вверх, а там…». Это не адреналин и не экстрим, как думают многие. Альпинизм – это философия. каждая экспедиция в горы – это красивый рассказ, полноценная история, а иногда даже роман. Там за две недели удается испытать столько эмоций, сколько, может быть, один человек проживает за всю свою жизнь. Каждый день, каждая минута – это новые события и мысли, новое ощущение мира.
Помню, на прослушивании в институте Павел Любимцев спросил меня: «Зачем вы идете в профессию?» На что я, несмотря на стресс и юный возраст, неожиданно дал очень точный ответ: «Мне мало одной жизни». Горы и театр дают мне возможность прожить столько жизней, сколько захочется.

– Спектакль «Сирано де Бержерак» в Театре на Малой Бронной в постановке Павла Сафонова стал подарком, который вы преподнесли себе к 40-летию?
– В итоге получилось, что сделал себе подарок, хотя я понятия не имею, какая судьба ожидает этот спектакль. Мне даже не важно, как он будет воспринят. Главное, что я по-честному пытаюсь сыграть эту роль и использую все свои внутренние ресурсы. Чем хороша актерская профессия – совершенствоваться можно бесконечно. Нет предела. Это космос, где можно достичь такого уровня мастерства, когда можно нести информацию одним лишь появлением на сцене, обходясь без слов. Правда, это та вершина, которой могут достигнуть только единицы.

– Получается, если занимаешься актерской профессией, то предполагаешь, что тебе дано развить свой потенциал и дойти до самого высокого уровня?
– Конечно, иначе нельзя. Я перфекционист, постоянно собой недоволен и постоянно стремлюсь к совершенству. Периодически я себя останавливаю в своей самокритике, чтобы совсем не загнаться. Напоминаю себе, что есть и успехи, иначе мне бы не предлагали роли, не делали на меня ставку. Во всем должна быть мера, и в самокритике тоже.

– Вам не кажется, что пьеса Ростана сильно устарела?
– Классика не стареет.

– О чем «Сирано»?
– О любви. Согласитесь, разве эта тема может устареть?

– Вы определились для себя, кто ваш герой – поэт или борец?
– Он больше, чем поэт. Не зря и у меня, и у Паши Сафонова возникали во время репетиций ассоциации с Высоцким. Сирано – это человек с жесткой нравственной позицией по отношению и к себе, и к обществу, и к любви. Он не идет на компромиссы и сжигает себя именно по этой причине.

– Разве эта пьеса не про комплексы?
– Безусловно, и про них тоже. Но именно благодаря комплексам тема становится такой острой. Если бы у Сирано не было изъянов, то и не было бы такой глубокой души. Преодолевая комплексы, человек стремится к совершенству.

– У вас будет нос?
– Будет огромный гипертрофированный нос. Не приклеенный, имитирующий настоящий, а инородное тело на лице, подчеркивающее асоциальность моего героя, ведь наш спектакль о неудобном человеке, не вписывающемся в систему, выбивающемся из общей картины своей искренностью и ранимостью. На его фоне остальные превращаются в успешных снобов с фальшивыми улыбками, деланной уверенностью в себе и убежденностью, что в этой жизни можно купить абсолютно все. Это противопоставление – еще одно доказательство вечной актуальности пьесы Ростана.

– Получается, Сирано готов уступить любимую женщину из-за своего благородства, желая ей счастья?
– Да, именно так. Мы упростили бы смысл пьесы, если бы представляли его игроком, талантливым шахматистом, играющим человеческими судьбами. Нет, он безрассудный, гениальный художник, которому дано все, кроме внешней красоты. Речь идет о его эстетическом восприятии мира. Он сознательно отказывается от Роксаны, не считая, что его союз с ней может быть гармоничным.

– Вам как актеру маска дает преимущество? За нее можно спрятаться или, наоборот, она диктует некие рамки?
– Маска дает простор для фантазии, потому что в ней можно почудачить. Но подлинные чувства и эмоции за ней не спрячешь: без них не может быть спектакля.

– Вы привыкали к носу, он вам мешал?
– Как ни странно, нет. У меня у самого большой нос. Плюс три сантиметра не имеют принципиального значения. 

– Вы впервые сталкиваетесь с поэтическим театром?
– Да, это мой первый опыт. Это непросто, но безумно интересно. Я сам в душе нереализованный поэт. В поэтическом тексте заложена громадная энергия. Безусловно, стоит колоссального труда овладеть мастерством владения словом. Но вы не представляете, какое удовольствие произносить эти строчки со сцены, в этом есть какая-то необъяснимая магия. 

– Споры с режиссером возникали?
– Конечно. Поначалу у нас были абсолютно разные представления о том, как это может быть, каким должен быть Сирано. Мы с Пашей сложно репетировали и постоянно спорили. В какой-то момент я поймал себя на мысли, что ситуация с «Отелло» повторяется. Чего было больше – неуверенности в себе или в режиссере, сейчас трудно сказать. Но все закончилось тем, что мы несколько часов очень громко обсуждали и пытались доказать друг другу преимущества двух переводов – Соловьева и Щепкиной-Куперник. Это было сродни разговору двух сумасшедших. И в один момент у меня случилось прозрение: я почувствовал, что где-то наверху этот спектакль уже нарисован, его состав, режиссер и мое исполнение уже существуют и глупо тратить время на попытки отказаться от уже свершившегося. После этого я стал идеальным, послушным актером и уже не мешал паше воплощать все им задуманное.

– У вас есть свои ритуалы подготовки к роли?
– Они несильно отличаются от привычных ежедневных действий обычного человека: просыпаюсь, делаю физзарядку и чищу зубы. Но самое интересное в том, что в день спектакля я очень часто ловлю себя на мысли, может ли мой герой, которого мне предстоит сыграть сегодня, вести себя так, как веду себя я в этот день своей жизни. И, как ни странно, от чего-то приходится отказываться.

– Вы поступили на высшие режиссерские курсы, но не стали получать диплом. почему?
– Я недоучился – ушел в академический отпуск с сознанием того, что могу снимать кино и без диплома. В моем представлении режиссер – это прежде всего характер и необузданное желание снимать, до шизофрении. Как художник, который постоянно рисует, делает наброски в записную книжку, режиссер должен постоянно снимать на все подручные средства. Это его способ самовыражения. Если нет такой одержимости, не нужно идти в эту профессию или пока еще рано. Первичным должно быть воплощение замысла, а не стремление к деньгам и славе.

– Разве вы пришли в актерскую профессию не за славой?
– Нет, я пришел, потому что понял, что никакая другая профессия мне не подходит. 

Алла Шевелева, 12.2014

[ свернуть ]


Григорий Антипенко: «Постоянно избавляюсь от комплексов»

6 февраля 2016
  vashdosug.ru Герой сериала «Не родись красивой» Григорий Антипенко сегодня заметный драматический артист. Он работает в театре им. Вахтангова и на Малой Бронной. «ВД» встретился с ним в преддверии премьеры спектакля Павла Сафонова «Сирано де Бержерак».  — В пред... [ развернуть ]

 

vashdosug.ru

Герой сериала «Не родись красивой» Григорий Антипенко сегодня заметный драматический артист. Он работает в театре им. Вахтангова и на Малой Бронной. «ВД» встретился с ним в преддверии премьеры спектакля Павла Сафонова «Сирано де Бержерак».

 — В предстоящей премьере Театра на Малой Бронной вам досталась главная роль.
 — Да, я играю Сирано де Бержерака. Немыслимый подарок судьбы с высоты мировой драматургии. Роль, в которой можно совершенствоваться до пенсии. Правда, на нее решился не сразу, это за мной водится, все-таки весы по знаку зодиака. Слишком много сомнений в себе, в людях, в переводах и трактовках. Был момент, когда казалось, что этому вообще не суждено случиться. Но как-то после очередной задушевной беседы с режиссером Павлом Сафоновым понял, что эта роль — вызов пространства, и отказаться от нее равносильно малодушию. Вот — согласился.

 —Когда пишут о премьере, часто упоминают, что вы меняете амплуа. Сирано — образ, в котором вас с вашей геройской внешностью труднее всего представить. Что вы сами об этом думаете?
 — Честно говоря, нет сил задумываться. Эта роль — серьезное испытание, и моральное, и физическое. До премьеры каждый репетиционный день как рубеж. Вечером думаешь, что уже не встанешь, а с утра вроде ничего — снова вприпрыжку на репетицию. 

 — Чем вам лично интересен герой? Как вам кажется, у него есть что-то общее с вами?
 — У меня тоже большой нос. И я тоже в юности комплексовал по этому поводу. Я же не сразу стал героем-любовником, это потом мне внушили, что нос — это хорошо и даже красиво. Но я-то к себе отношусь намного скромнее. Впрочем, этот путь — от тотальных комплексов до примирения с самим собой, со своими особенностями и внешностью, он до конца не пройден. И до каких-то вещей я еще только-только дохожу. Поэтому вся эта история с Сирано очень личная.

 — Как состоялось ваше знакомство с Римасом Туминасом, худруком Вахтанговского театра?
 — С Римасом Владимировичем знакомство как таковое у нас произошло только на спектакле «Улыбнись нам, Господи». Я согласился на роль палестинца ровно поэтому — увидел возможность поработать с мастером. Роль ведь, мягко говоря, небольшая. Туминас — великий режиссер. На моем пути таких не встречалось. такого уровня, такой глубины и такого масштаба. А я работал с разными режиссерами. Римас Владимирович невероятной наполненности и содержания человек, просто наблюдать за ним уже интересно. Не обязательно даже на сцену выходить. Главное — сам факт пребывания рядом с ним, созерцания процесса репетиций. Как он это делает, откуда черпает… не знаю. Но это удивительно.

 — Григорий, вы довольно поздно пришли в профессию, и учится стали, когда были уже взрослым человеком, за плечами у которого несколько профессий (Григорий Антипенко работал в аптеке, в рекламном агентстве, социальным работником, менеджером, изготовителем факсимильных копий (копий музейных экспонатов) на «Мосфильме», монтировщиком сцены в театре «Сатирикон» и так далее. — прим. ред.) и тем не менее вы стали заметным артистом. Вы мечтали об этом, или так сложились звезды?
 — Все в моей жизни — сплошные звезды. Абсолютно все — случайности на грани фола. Я знаю, что меня ведут, и я очень благодарен создателю за это. Если я теряю интерес к чему-то, значит, с этого дерева уже все сорвано, пора переходить к следующему. Это, в конечном счете, мой опыт, мой творческий чемодан человеческих судеб и наблюдений. В один прекрасный момент пришло время поделиться всем этим багажом, и произошел очередной звездный поворот — подготовительные курсы в Школе-Студии МХАТ, Альма-Матер — Щука, кино. Сериалы — как бы их ни ругали, они дали мне возможность выбирать. Сегодня я выбираю режиссеров, роли, партнеров. Говорят, профессия актера зависимая. Не знаю, я абсолютно независим. Легко могу отказаться от любой системы, если пойму, что эта система меня сдерживает. Мне не нужны звания. Конечно, дико приятно, что сейчас я работаю в таком театре, как вахтанговский. Но это не самоцель.

 — Судя по всему, сегодня театр для вас гораздо более важен, чем кино.
 — В кино меня последние года полтора не пускают. Даже если я и хочу — не складывается. Либо не срастаемся по графикам, либо по взаимоотношениям. А чаще всего, к сожалению, такую чушь предлагают играть, что одного названия хватает, чтобы отказаться. Когда тебе дали прикоснуться к драматургии уровня Шекспира и Ростана, ты уже не можешь сделать шаг назад.

 — Григорий, какие ваши последние яркие впечатления в кино и театре?
 — В театр я хожу, увы, крайне редко. Не потому, что я брюзга, просто банально не хватает времени. Самые сильные впечатления за последний год — Холинские спектакли: «Каренина», «Кармен». А кино я смотрю постоянно, практически каждый вечер. В основном пересматриваю классику. В прошлом году, например, итальянцев, Бергмана… Недавно вот Коэнов пересматривал. Очень люблю Вуди Аллена. Он для меня спаситель настроения. Я верю, что за таким кино будущее. Человеческие взаимоотношения — самая интересная вещь на свете, без всяких спецэффектов.

 — Как вы отдыхаете?
 — В этом году я предчувствовал, что предстоит трудное время, и два месяца бездельничал. В горы, как водится, ходил. В этот раз они были великодушны — дали немножко отдохнуть перед премьерой.

Наталья Витвицкая, 10.10.2014

[ свернуть ]


Сон от первого брака «Канкун» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
«Коммерсантъ» Лучшие пьесы Барселонца Жорди Гальсерана (его «Метод Гренхольма» уже по достоинству оценен нашими театрами, теперь вот очередь дошла и до «Канкуна») можно считать подарком для опытных режиссеров, которые, с одной стороны, не чураются запросов демократи... [ развернуть ]

«Коммерсантъ»

Лучшие пьесы Барселонца Жорди Гальсерана (его «Метод Гренхольма» уже по достоинству оценен нашими театрами, теперь вот очередь дошла и до «Канкуна») можно считать подарком для опытных режиссеров, которые, с одной стороны, не чураются запросов демократической публики, а с другой — не желают опускаться до «слишком женатых таксистов» и «приехал муж из командировки». Аккуратно выводящий Малую Бронную из тупика Сергей Голомазов принадлежит к числу именно таких режиссеров. Он не забывает о том, что руководство не самым счастливым репертуарным театром — это искусство возможного. 

В своей умной комедии Гальсеран использует вроде бы весьма банальную на первый взгляд комедийную расстановку персонажей: супружеские пары на отдыхе выясняют отношения. Но предлагает весьма небанальное развитие ситуации и интересные выводы. По 20 лет уже прожили вместе Рене с Винсентом и Лаура с Пабло. Одна пара побогаче, другая победнее, у одной двое детей, вторая бездетна, но дружат они все эти годы верно и соблюдают традицию отдыхать вместе. И вот посреди отдыха на прекрасных пляжах мексиканского Канкуна Рене, находясь в изрядном подпитии, вызванном, видимо, семейным кризисом, вдруг признается, что 20 лет назад, когда двое молодых людей и две девушки еще просто дружили, она, спрятав ключи от машины, оставила рядом с собой того, кто больше нравился, а не того, кто должен был остаться по логике вечера. В эту-то ночь обе семьи, как мы понимаем, фактически и сложились. То есть открывается, что в фундамент счастья обеих пар была положена ложь, вернее, удавшаяся попытка манипуляции. Реакция на сообщение у всех оказывается разной, но важной будет одна: недалекий Пабло вдруг предлагает в оставшиеся дни отдыха смоделировать упущенное давным-давно, то есть попросту поменяться мужьями-женами и посмотреть, как бы все могло быть, если развивалось бы по правде. 

В сущности Жорди Гальсеран в своей пьесе объясняет, что по правде у людей получается так же скверно, как по лжи, а то и хуже. Не хочется писать спойлеры по отношению к спектаклю, которому, будем надеяться, еще жить и жить. Но одно сказать все-таки надо: когда, выспавшись на пляжном лежаке, Рене просыпается, все случается так, как предложил накануне вечером Пабло. Вот только для всех, кроме Рене, статус-кво оказывается вполне естественным, а она все-таки живет реальностью, кончившейся накануне вечером. Впрочем, Гальсеран потом еще дает возможность усомниться, что было реальностью, вчерашнее или сегодняшнее, а что следует считать сном. Не нужно объяснять, что парадоксальная коллизия — жена гонит своего мужа как чужого, а мужа подруги считает собственным супругом — открывает простор для всевозможных комических ситуаций. Гальсеран использует их сполна. 

Актеры не отстают от драматурга. Очевидно, что это происходит с разрешения режиссера. Конечно, комедию и нужно так играть — не упуская возможностей взять огонь на себя. Татьяна Тимакова, Надежда Беребеня, Владимир Яворский и Иван Шабалтас делают все, чтобы публика запомнила их героев, и, возможно, именно для этого иногда превращаются из испанских туристов в отдыхающих россиян. У мужчин, кстати, роли выигрышнее: меняясь женами, их герои словно меняются и психофизическими свойствами. Но самая сложная роль все-таки досталась Татьяне Тимаковой: у Рене не предусмотрено явных превращений, но противоречивых состояний много, и есть все основания считать, что актриса с ними скоро справится. 

Временами, кстати, подкрадывается волнение, а не пренебрегают ли актеры какими-то тонкостями, которые можно было бы найти в «Канкуне» (кстати, отдельных похвал заслуживает переводчик Владимир Подгусков). Но тут нужно сказать о той «рамке», в которую они помещены. Художник Михаил Краменко поселил их между двумя прозрачными витринами, словно между пляжем и небесами. А вместо горизонта — видеоэкран. На нем несколько раз мелькают вроде бы бессвязные обрывки изображений, точно обломки цивилизации. А температуры воздуха и воды в Канкуне, которую сообщает экран, кажутся объективными данными про приговоренную к смерти жертву — потому что, точно планета меланхолия из фильма Ларса фон Триера, к земле в спектакле «Канкун» так же медленно, но неотвратимо приближаются небесные тела — солнце в дневных сценах и луна в вечерних. Поначалу ассоциация предстает слишком уж произвольной — где фон триер, а где Гальсеран. Но постепенно режиссерским решением проникаешься: в конце концов каждый из героев, понимает он это или нет, уже наскочил на свою меланхолию, и жизнь каждого разбита. Тем более что и Гальсеран предупреждает: ведь нам это только кажется, что можно изменить траекторию и избежать столкновения. 

Роман Должанский, 14.01.2014

[ свернуть ]


«Сирано де Бержерак» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
ъ-weekend Великая пьеса Ростана не значится в актуальном московском репертуаре (правда, на youtube можно полностью посмотреть недавнюю, 2012 года постановку Малого Театра). Павел Сафонов, выпускник вахтанговской школы, на Малой Бронной, кажется, назначен ответственн... [ развернуть ]

ъ-weekend

Великая пьеса Ростана не значится в актуальном московском репертуаре (правда, на youtube можно полностью посмотреть недавнюю, 2012 года постановку Малого Театра). Павел Сафонов, выпускник вахтанговской школы, на Малой Бронной, кажется, назначен ответственным за французскую классику — за три года до «Сирано» он поставил вполне успешно живущего в афише «Тартюфа» с Виктором Сухоруковым в заглавной роли, показав театральной публике любимого народом киноартиста в каком-то совсем непривычном амплуа. Тот же опыт Сафонов повторяет теперь на «Сирано» — роль великого носатого поэта отдана Григорию Антипенко, актеру с шлейфом телевизионно-сериальной сверхпопулярности и вполне премьерской внешностью — в обычном случае ему скорее достался бы друг-соперник Кристиан де Невилет. Это, само по себе достаточно парадоксальное, назначение остается самым решительным режиссерским ходом, потому что в других ролях ничего особенно парадоксального нет (среди них нельзя не отметить Ивана Шабалтаса в роли главного злодея, графа де Гиша: текст Ростана в классическом переводе Щепкиной-Куперник именно в его исполнении звучит и пафосно, и точно, и поэтично, и жестоко). Григорий Антипенко занимает центр спектакля с премьерской уверенностью: это, собственно, и не противоречит одинокому героизму персонажа — но выглядит все скорее так, будто поэт-мечтатель Сирано вообразил себе и любовь, и войну, и врагов, и друзей,— да и нос, если честно, какой-то ненастоящий, выдуманный. Вот только смерть за поэтом приходит невыдуманная и, как всегда, без шуток.

Ольга Федянина, 31.10.2014

[ свернуть ]


Григорий Антипенко меняет амплуа Новый спектакль про сумасшедшего храбреца готовят в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
teatrall.ru В прошедшем сезоне наш портал делал обзор по «носатым» спектаклям. Буквально через месяц список столичных Сирано пополнится еще одной постановкой – Театр на Малой Бронной активно репетирует спектакль с Григорием Антипенко. За результат отвечает режиссер ... [ развернуть ]

teatrall.ru

В прошедшем сезоне наш портал делал обзор по «носатым» спектаклям. Буквально через месяц список столичных Сирано пополнится еще одной постановкой – Театр на Малой Бронной активно репетирует спектакль с Григорием Антипенко. За результат отвечает режиссер Павел Сафонов.

Основная интрига в том, что Антипенко – актер с безусловной героической внешностью (в прошлом году он сыграл «Отелло» в пластическом спектакле Анжелики Холиной и выглядел весьма впечатляюще), поэтому в театре считают попытку такого перевоплощения настоящим вызовом.

Сценография спектакля, выполненная художником Мариусом Яцовскисом, будет предельно аскетичной, причем место действия будет создаваться на глазах публики – здесь и сейчас: пространство будет преображаться с помощью актеров, предметы будут менять свое назначение. Костюмы Евгении Панфиловой подчеркнут гротеск прошлого и тенденции современной моды, а музыка Фаустаса Латенаса станет отстраненным свидетелем происходящих событий, отзывающимся на реплики героев то иронично, то пронзительно.

, 23.09.2014

[ свернуть ]


Почти мы в «Почтигороде»

6 февраля 2016
Вечером.ру Что особенного может происходить в один зимний пятничный вечер в одном заснеженном городе? Да все, что угодно, скажете вы! Однако, зрителям Театра на Малой Бронной в пятницу, 14 декабря, повезло больше всех. Им удалось увидеть премьерный спектакль «Почтиг... [ развернуть ]

Вечером.ру

Что особенного может происходить в один зимний пятничный вечер в одном заснеженном городе? Да все, что угодно, скажете вы! Однако, зрителям Театра на Малой Бронной в пятницу, 14 декабря, повезло больше всех. Им удалось увидеть премьерный спектакль «Почтигород», который показал девять трогательных историй любви в одном небольшом городке.

Истории эти самые разные. Смешные и грустные, трогательные и забавные, пронзительные и веселые — все они так не похожи, но в каждой из них речь идет о любви. Сначала герои кажутся нам гротескными и немного сумасшедшими. Пит из «близости» выглядит откровенным чудаком, Гейл из «отдай обратно» — дурочкой (правда не лишенной оригинальности), Чед из «больно» — безумцем, чьи рассуждения невозможно понять.

Однако, чем больше мы смотрим на этих персонажей, тем более мы понимаем, что они — это мы. Истории, которые на первый взгляд абстрактны и фантастичны, на самом деле вполне реалистичны. Да, персонажи всех девяти историй — странные и чудаковатые люди, но те переживания, которые они испытывают — во много близки всем нам. Все из нас хоть раз могут вспомнить нечто сходное с зарисовкой «Надежда», понять, как чувствовал себя герой из «Тату», ощутить, в чем истинная суть конфликта в «Пропаже».

Интересно то, что пьеса «Почтигород» ставится в России впервые. Автор пьесы — Джон Кариани, американский драматург, и бродвейская премьера «Почтигорода» произвела дикий восторг. У нас же она была «обработана» переводчиком Валерией Гуменюк, режиссером-постановщиком Сергеем Голомазовым и режиссером Алексеем Фроленковым, и после длительной работы спектакль был показан в Театре на Малой Бронной.

То, что пьеса имеет Бродвейские корни, очень чувствуется. И это деление на девять глав, и характерные яркие персонажи, и необычные декорации (за это отдельное спасибо Николаю Симонову), и живые диалоги — все это воспринимается удивительно легко, и зритель быстро оказывается вовлечен в водоворот театральных страстей. Однако, одними «веселостями» действие не ограничивается. Пьеса, которая подана так легко и непринужденно, на самом деле имеет философский подтекст, и каждую историю хочется смотреть снова и снова, чтобы вглядываться, вслушиваться, всматриваться.

Актеров на сцене — девятнадцать человек. При этом ощущения излишества во время спектакля нет никакого: в каждой сцене участвует не более трех человек. Режиссер так грамотно разводит всех актеров, что никакой «толкотни» не создается.

«Почтигород» — спектакль о каждом из нас. И глядя на происходящее на сцене, снова хочется верить в любовь и надеяться на лучшее этой холодной зимой.

Алина Артес, 15.12.2012

[ свернуть ]


«Сирано де Бержерак» Театра на Малой Бронной продолжает трогать сердца Режиссеру Павлу Сафонову удалось порадовать поклонников традиционного театра

6 февраля 2016
www.teatrall.ru Свою историю о Сирано поставил в Театре на Малой Бронной режиссер Павел Сафонов. Поставил иронично, современно, искренне, без всякого пафоса, при этом возвышенный слог давно ушедшей эпохи звучит на сцене Малой Бронной все в том же классическом перево... [ развернуть ]

www.teatrall.ru

Свою историю о Сирано поставил в Театре на Малой Бронной режиссер Павел Сафонов. Поставил иронично, современно, искренне, без всякого пафоса, при этом возвышенный слог давно ушедшей эпохи звучит на сцене Малой Бронной все в том же классическом переводе Татьяны Щепкиной-Куперник без «хирургических» и прочих вмешательств, за что отдельное спасибо постановщику.

На «Сирано де Бержерака» смело можно вести даже младших школьников, правда, начитанных и терпеливых, ибо спектакль идет долго. Поклонники традиционного театра будут довольны: новомодные сюрпризы их не ждут, разве что некоторые костюмы от художницы Евгении Панфиловой вызывают удивление и заставляют задуматься, что само по себе неплохо. Некоторые из них словно сшиты для шутовского карнавала, но это как раз вполне логично, ведь на карнавале царит главный шут — Сирано.

Павлу Сафонову удалось открыть новую грань таланта исполнителя главной роли Григория Антипенко. Этот драматический актер с героической внешностью и мужской харизмой уже не раз удивлял своих друзей и поклонников. Не так давно он взял новую для себя высоту, сыграв в хореографическом спектакле «Отелло» театра Вахтангова (после этой роли актера пригласили в прославленную труппу вахтанговцев), и вот теперь другая высота — заглавная роль с неожиданно комедийным рисунком — Сирано де Бержерак. У Григория Антипенко, оказывается, есть комическое начало, и, самое замечательное, он не боится быть смешным. Тем, кому посчастливилось в свое время видеть вахтанговскую ироническую сказку «Принцесса Турандот», никогда не забыть невероятно уморительных Михаила Ульянова, Николая Гриценко и Юрия Яковлева — великих трагических актеров, с явным удовольствием играющих в комедии дель арте. В спектакле Павла Сафонова комедию «ломает» великий безумец, сходящий с ума от несоответствия своей грубой внешности и тонкой ранимой души.

Трагедия Сирано — в огромном уродливом носе, но именно это уродство, сопровождающееся, как водится, комплексом неполноценности, сделало из одиночки Сирано прославленного храбреца и гениального поэта. Актеру Григорию Антипенко гипертрофированный нос, возможно, мешает видеть и говорить, зато помогает лучше чувствовать своего героя.

Мудрой Роксане (Ольга Ломоносова) недостаточно любоваться внешностью красавчика Кристиана (Дмитрий Варшавский): она, как настоящая женщина, любит ушами и хочет все время наслаждаться остроумными горячими речами Сирано. Лишь шаг отделяет Роксану и Сирано от счастья. Шаг, но законы жанра соблюдены, низкая комедия восходит к трагедии, герой гибнет, великая безнадежная любовь достается вечности.

Художник Мариус Яцовскис не стал нагружать сцену тяжелыми декорациями. Она оживает лишь с появлением персонажей. Какая-нибудь мелкая деталь преображает часть сцены в военный лагерь, а другая – в кондитерскую. И сразу веришь, что перед тобой – не актеры, то и дело снующие туда-сюда по сцене, а бравые гвардейцы короля, вечно ищущие приключений на свою голову, или веселый кондитер, или богатый и уверенный в своей неотразимости граф де Гиш (в замечательном исполнении Ивана Шабалтаса).

Еще одним героем этого блестящего ансамбля становится музыка, без которой зритель не получил бы полный комплект впечатлений, ювелирно собранный режиссером. Музыка Фаустаса Латенаса выразительно отобразила всю эту несправедливую жизнь с драками, войнами, обманом — жизнь, с которой примиряет лишь яркий свет большой любви.

Лариса Каневская, 13.03.2015

[ свернуть ]


Он быть хотел самим собой

6 февраля 2016
«Театральная афиша» В сезон расцвета «актуального» театра этот спектакль режиссера Павла Сафонова поражает своей театральной вневременностью и одновременно вечно современной темой о «странностях любви». Знаменитая романтическая драма Эдмона Ростана здесь звучит свеж... [ развернуть ]

«Театральная афиша»

В сезон расцвета «актуального» театра этот спектакль режиссера Павла Сафонова поражает своей театральной вневременностью и одновременно вечно современной темой о «странностях любви». Знаменитая романтическая драма Эдмона Ростана здесь звучит свежо, темпераментно, ярко. А ее новая мелодия, подсказанная композитором Фаустасом Латенасом, сложна, переменчива и наполнена страстью.

Новый бесчувственный век словно бы наступил на сцену громадной каменной ступней, помещенной сюда художником Мариусом Яцовскисом. Все же остальные места действия складываются на наших глазах из театральных кофров, способных обернуться шкафами, балконами и оборонительными сооружениями.

Не отрекаясь от романтизма, режиссер избавляет его от пыльного пафоса, привнося в спектакль и юмор, и смешные пантомимические эпизоды, и гротесковые моменты. Как забавно Сирано (Григорий Антипенко) диктует почти на языке глухонемых любовные фразы красавцу Кристиану (Дмитрий Варшавский), как виртуозен их «перевод», пока бедняга Кристиан буквально не валится с ног от непривычных умственных усилий. Но тут, согласно сюжету, упасть можно прямо в объятия дерзкой и своенравной Роксаны (Ольга Ломоносова).

И все же Сирано в исполнении Григория Антипенко здесь явный бенефициант, хотя артист ни в коей мере не разрушает уверенно складывающегося актерского ансамбля. За ним следишь, не отводя глаз, даже если он молчит, а где­-то рядом происходит темпераментное действие. С бледным лицом и огромным накладным носом он здесь изначально так душевно красив и убедителен, что обидно становится за так поздно прозревшую Роксану. Антипенко блистательно играет не только боль от безответной любви, но и самую высокую трагедию от страстного желания и невозможности «быть самим собой». Нос словно становится символом этой невозможности. И только перед смертью в финале он отбросит его как ненужную деталь и не умрет, кажется, но перейдет в вечность, которая поможет осуществить это заветное желание. Антипенко ведет свою роль тонко и страстно, принимая участь «вечно второго» и бунтуя против этой несправедливости. В нем нет ничего подчеркнуто героического, он может быть смешным и нелепым, но этот Сирано становится в спектакле Сафонова камертоном чувства самой высшей пробы, справедливости и Надежды, призрачной и вечной театральной надежды на то, что любовь победит все предрассудки.

Ирина Алпатова, 01.2015

[ свернуть ]


Девять маленьких чудес «Почтигород» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
http://www.teatral-online.ru Худрук Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов сделал новогодний подарок зрителям: спектакль «Почтигород» по пьесе Джона Кариани — почти сказка, почти сон. Эта пьеса, которая в России еще не ставилась, складывается из девяти историй. Ка... [ развернуть ]

http://www.teatral-online.ru

Худрук Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов сделал новогодний подарок зрителям: спектакль «Почтигород» по пьесе Джона Кариани — почти сказка, почти сон. Эта пьеса, которая в России еще не ставилась, складывается из девяти историй. Как матрешки, они открываются одна за другой.

Сказка это или сон, но душа завзятого театрала, которого заботливые родители с малых лет водили на спектакли, непременно отзовется на множество сказочных ассоциаций. Об этом спектакле хочется рассказывать. В его кружевной ткани, как на морозном стекле, каждый сможет разглядеть свое. Кто-то — прозрачный силуэт «Маленького принца», а кто-то — замерзшее сердце кая. Многое можно увидеть в девяти историях, которые разворачиваются на фоне волшебных декораций Николая Симонова.

Начинается сказка с задумчивого Пита (Дмитрий Сердюк): он сидит на скамейке, равнодушно созерцая пустоту и не замечая улыбки Джинетт (Ольга Николаева). Потеряв любимую, пит отправляется на поиски, и с каждым шагом ему мерещится, что они становятся ближе друг другу. он бродит по «Почтипланете», пытаясь сквозь падающий снег разглядеть дорогое лицо. Со снежком, сжатым в руках, он похож на замерзшего кая, и немного на «Маленького принца», спешащего вернуться к своей любимой розе. пит семенит, как кукла (или маленький клоун), коротенькими быстрыми шажками. И никто в «Почтигороде» не замечает, как его тоненькая фигурка проходит мимо их историй. 

В спектакле, как в жизни, комедия и драма перемешаны. У смеющихся зрителей начинают блестеть глаза, а слезы тут же стираются улыбками. Сюжеты легко перетекают один в другой: у кого-то любовь теряется, у кого-то тут же находится. «Ист» — простодушный юноша (Егор сачков) распахивает свои объятия первой встречной, появившейся в его дворе. А она — смешная Глория (Татьяна Тимакова) — театрально курит длинную сигарету, выпуская тончайшие струйки дыма, картинно заламывает руки, прижимая к себе тяжелую сумочку, где хранится ее сердце, разбитое на девятнадцать кусочков. Ист уверен, что сможет склеить это сердце.

В истории «Отдай обратно» Гейл (Настасья Самбурская) возвращает любовь Лендала (Владимир Яворский) самому Лендалу. Эту любовь художник постановщик Николай Симонов остроумно поместил в подарочные пакеты красного цвета. И капризная Гейл, надув губки, сваливает эти пакеты в кучу к ногам любимого. Она охапками таскает их из автомобиля, не забывая нажать при этом на сигнализацию, а Лендал искренне удивляется: как много было этих подарков. Гейл всерьез требует вернуть ее любовь, и зрители понимающе хохочут, когда Лендал, смущаясь, протягивает возмущенной любимой красный крошечный пакетик («И это — все?!», — топает ножкой Гейл). Комический сюжет вдруг оказывается лирическим. 

В спектакле «Почтигород» на каждом шагу зрителя ждет удивление, и в большинстве случаев радостное. В истории «Больно!» Марвелин (Надежда Беребеня) помогает Стиву (Леонид Тележинский) понять и почувствовать чужую боль. Этот странный парень (почти что «Человек дождя», а может, «Форест Гамп»), живущий по указке брата, на глазах становится нормальным парнем, способным любить и даже объяснять другому, что такое любовь. В истории «Тату» Сандрин (Екатерина Дубакина) случайно встречается со своим бывшим парнем на собственном девичнике и не решается присесть рядом с оторопевшим Джимми (Александр Бобров). Она пытается натянуть коротенькое платьице, смешно пряча то руки, то ноги, но он не замечает неловкости. Он просто любит ее по-прежнему.

История с «падением» очень деликатно рассказывает о «мужской» любви. У Рэнди и Чеда (Петр Баранчеев и Александр Голубков) в буквальном смысле подкашиваются ноги, когда они понимают, что их тянет друг к другу. История трагикомическая и суперсовременная, хотя этот диалог мог состояться и тысячу лет назад. В истории «увидеть» Дэйв (Дмитрий Гурьянов) преподносит суровой Ронде (Дарья Грачева) собственноручно написанную картину. Грубоватая байкерша, неуклюже пытаясь разобраться в подарке, силой искусства превращается в прекрасную хрупкую девушку. Сказочному преображению способствуют и костюмы Евгении Панфиловой: огромные надутые куклы, внутри которых бьются горячие сердца маленьких людей. В финале все герои находят друг друга и в свадебных нарядах радостно валятся на снег, игриво притаптывая его мягкими валенками.

Молодые актеры, почти все — ученики Сергея Голомазова, так увлеченно проживает на сцене каждую историю, а их ровесники в зале с такой готовностью откликаются на них. Каждый вечер на спектакле происходит маленькое чудо: несуществующий город к финалу становится старым знакомым, а его странные обитатели — почти родными. К чуду привыкнуть невозможно, но главное — его не пропустить.

Лариса Каневская, 21.12.2012

[ свернуть ]


Остаться с носом?

6 февраля 2016
teatr-live.ru Пьеса Ростана «Сирано де Бержерак» любима в театре. И как справедливо писал Максим Горький: « …В ней фабула – не главное, главное в ней – ее герой, сумасброд-гасконец». Роль Сирано – безусловный подарок для любого актера: в этом образе заложена «игрова... [ развернуть ]

teatr-live.ru

Пьеса Ростана «Сирано де Бержерак» любима в театре. И как справедливо писал Максим Горький: « …В ней фабула – не главное, главное в ней – ее герой, сумасброд-гасконец». Роль Сирано – безусловный подарок для любого актера: в этом образе заложена «игровая» притягательность, пафос, который дает уникальную возможность почувствовать скрытый потенциал, сделать вызов. Так было с Александром Домогаровым, который смог превзойти сложившийся стереотип о своей внешности в роли носатого насмешника. Так случилось с Максимом Сухановым, чья мужская харизма никак не укладывалась в привычное представление о романтическом герое. Так вышло и с Григорием Антипенко, в котором режиссер Павел Сафонов увидел своего Сирано. И для режиссера, возможно, не так важен сюжет, сколько, безусловно, главный герой и тот мир, который его окружает.


На сцене несколько ржавых конструкций: громадные ящики, некоторые из которых позднее трансформируются в стеллажи для несчетных поэтических рукописей, и гигантская скульптура человеческой ступни. Первая сцена – сбор публики на театральное представление: в главной роли «пустейший из шутов» — актёр Монфлери (Андрей Терехов), которому поэт Сирано де Бержерак запретил появляться в храме Мельпомены. И едва герои спектакля начинают появляться на сцене и существовать в ее пространстве, в них интуитивно узнаешь персонажей знаменитого сказочника-абсурдиста Льюиса Кэрролла. От их внешнего причудливого вида – высоких шляп, цилиндров, тростей, пышных клоунских Шароваров, подушек вместо головного убора, странной шапки с висящими ушами – веет абсурдом. И гигантская ступня вдруг предстает чем-то
вроде неудавшегося эксперимента по увеличению людей и предметов. Но если можно увеличить, то уменьшить тоже ведь возможно?! И от этого внешнего ощущения появляется внутреннее: интонационный рисунок большинства ролей, наполненный каким-то «нездоровым» темпераментом и постоянной возбужденностью, что усиливает впечатление. И по сути уже само существование независимого, талантливого Сирано, не желающего «забыть о гордости и об искусстве чистом» среди глупости, пошлости и внутреннего уродства этого мира, абсурдно. Григорий Антипенко проживает своего героя невероятно стремительно. Напряженный темпо-ритм, взятый актером с первых секунд своего появления на сцене, не спадает вплоть до трагической развязки.

Нос у Сирано огромен до безобразия. Он действительно становится ему неснимаемой маской, скрывающей большую часть лица. Он вечно взъерошен и носит черный костюм с нелепо укороченными брюками. И если у многих исполнителей этой роли появлялся-таки соблазн подчеркнуть в образе героическое начало (так было с Александром Домогаровым, Сергеем Безруковым), то Сирано-Антипенко начисто этого лишен. Глубокая, искренняя самоирония, присущая, как мне отчего-то кажется, и самому актеру, пронизывает насквозь и его персонажа. Конечно, герой Ростана невозможен без этого качества. Но в данном случае произошло какое-то исключительное совпадение человеческой сути, личной истории и персонажа. Этого почти невозможно описать, возможно только почувствовать, уловить. И Сирано затмевает в этой истории остальных. Он затмевает красоту «слепой» Роксаны (грациозная и в то же время какая-то невероятно воздушная Ольга Ломоносова); затмевает молодость влюбленного и отнюдь не глупого Кристиана (красавец «печального образа» Дмитрий Варшавский) и комичность графа де Гиша (обаятельный и несчастный злодей Иван Шабалтас). Он нерв и пульс этого спектакля. Он уверен в себе: в своих поступках, в своем таланте и в своей любви и силе. И только в сцене ночного свидания под балконом Роксаны, когда Сирано приходит на помощь Кристиану, остро чувствуешь, как тяжело ему вкладывать свое чувство, свою поэзию в уста другого. Тяжело физически. Практически до изнеможения. И если в пьесе у Ростана Сирано, спрятавшись среди листвы, шепчет упоительные слова любви, громко повторяемые Кристианом, то в спектакле режиссер заставляет де Бержерака при помощи жестов и мимики передавать смысл любовного объяснения. До изнеможения…

Но зато легко и даже весело дважды в день, рискуя жизнью, под пулями отправлять письма Роксане. Легко голодать и подбадривать других. Легко погибать. Легко освобождаться. Умирая у подножия все той же гигантской ступни, Сирано произнесёт свой знаменитый монолог про «рыцарский султан». И в разрез с собственными последними словами —«Берите всe! Всe! Всe! Но все-таки с собой, кой-что я уношу, как прежде, горделивым, и незапятнанным, и чистым, и красивым…» – он потянется к носу и, словно желая снять его, будет повторять один и тот же жест много раз: «Снять». Снять маску. А может быть… отдать?

Светлана Бердичевская, 12.12.2014

[ свернуть ]


Король-нос

6 февраля 2016
vashdosug.ru На Малой Бронной — премьера. Молодой режиссер Павел Сафонов поставил героическую комедию Эдмона Ростана о длинноносом поэте и его безнадежном чувстве к кузине. Поклонники романтического театра и лично актера Григория Антипенко, готовьтесь стоять в очере... [ развернуть ]

vashdosug.ru

На Малой Бронной — премьера. Молодой режиссер Павел Сафонов поставил героическую комедию Эдмона Ростана о длинноносом поэте и его безнадежном чувстве к кузине. Поклонники романтического театра и лично актера Григория Антипенко, готовьтесь стоять в очереди за билетом.

После того как режиссер Сафонов пришел в Театр на Малой Бронной, за ним закрепилась репутация «мастера кассы», — его «Тартюф» спустя три года после премьеры собирает аншлаги. «сирано» сработан по той же схеме — беспроигрышная классика без радикальных интерпретаций, стильные костюмы Евгении Панфиловой, космическая музыка Фаустаса Латенаса и звездные актеры в главных ролях. А еще в спектакле есть все, за что мы традиционно любим пьесу Ростана, — геройская Love story, мушкетерский антураж, несовременное торжество понятий о чести и долге.

Смотрится все стильно, ярко, почти что празднично. Ругать абсолютно не за что, спектакль — беспроигрышный вариант для похода в театр с родственниками. Дальше логично было бы написать, что, при всех плюсах, продвинутые театралы вряд ли найдут в нем что-то интересное. Но…

Пьеса Ростана — произведение бенефисное, не получится герой — не получится спектакль. Тем неожиданнее кажется выбор Сафонова, режиссер отдал роль некрасивого поэта Григорию Антипенко, которого зрители знают по работам в сериалах и кино. Артист с намертво приклеенным амплуа героя-любовника, как выяснилось, способен удивить даже больших скептиков. Антипенко убедителен в трагической роли.

Разумеется, его Сирано — и отважный дуэлянт, и непревзойденный остроумец, и преданный друг, но всего важнее в нем — большая любовь и фатальное одиночество. Он — странный, угрюмый человек «без кожи», сердце его разбивается каждую минуту. А нежность не находит выхода. Такой накал трагизма нечасто встречается на современной сцене, — без единой фальшивой ноты, «пережима», сентиментальности. В Сирано–Антипенко зал влюбляется сразу и навсегда. А критики? Для них это редкий случай, когда ожидания не оправдываются. Театры не из числа главных ньюсмейкеров могут иногда радовать, а сериальные артисты — превозмогать свои амплуа.

Наталья Витвицкая, 23.10.2014

[ свернуть ]


«Сирано де Бержерак» — гимн любви и настоящему театру

6 февраля 2016
Вечером.ру Премьера в Театре на Малой Бронной о любви и о том, как важно вовремя в ней признаваться. Пьеса Ростана, написанная еще в XIX, зазвучала в наши дни с особой силой. Первое, что хочется сделать после спектакля «Сирано де Бержерак» — пойти и сказать своим бл... [ развернуть ]

Вечером.ру

Премьера в Театре на Малой Бронной о любви и о том, как важно вовремя в ней признаваться. Пьеса Ростана, написанная еще в XIX, зазвучала в наши дни с особой силой. Первое, что хочется сделать после спектакля «Сирано де Бержерак» — пойти и сказать своим близким, насколько они любимы и дороги. Пожалуй, не каждая постановка побуждает на такие действия, но эта буквально взывает к ним. 

На самом деле спектакль не только о любви. Он о нравах, о вечном споре между красотой внешней и красотой внутренней, о чести, об искусстве. Вот только любовь тут действительно все побеждает. Она буквально пронзает весь спектакль, наполняет его и заставляет зрителей в зале ощущать себя сопричастными к великому чувству. В центре сюжета — поэт Сирано (Григорий Антипенко), который ненавидит свой огромный нос, и обожает кузину Роксану (Ольга Ломоносова). Он уверен, что никогда не сможет понравиться ей, поэтому идет на хитрость: находит внешне прекрасного юношу, готового произносить ей пылкие речи, которые на самом деле пишет де Бержерак.

Спектакль, начинающийся как комедия, благодаря выдумке Сирано обращается в фарс и в итоге завершается трагедией. Режиссер Павел Сафонов блестяще выстраивает темпо-ритм спектакля. Если в начале действие бежит, развивается, то в конце замедляется. Трагическая развязка совершается при помощи длинных монологов и бесконечных признаний. 

«Театр на Малой Бронной» радует вдумчивыми и серьезными работами. В том сезоне это были «Канкун» и «Ретро», теперь «Сирано». Постановка «Сирано де Бержерак» — тот редкий случай, когда одинаково хороши и главные персонажи, и второстепенные.

Прекрасные, огромные по своей силе речи произносит главный герой. Но не менее интересны и монашки или стихи о миндальном печенье в исполнении кондитера. Актерские работы сделаны в спектакле замечательно, и это не преувеличение. 

Не менее удачны и декорации. Литовский мастер Мариус Яцовскис минимально нагрузил сцену. И кондитерскую, и казарму, и монастырь он показал весьма условно, не перегружая площадку лишними предметами. Единственно по-настоящему крупный объект на сцене — огромная каменная ступня, которой произносит свои монологи Сирано. Расшифровать этот символ можно по-разному. Кто-то увидит в этом параллель с огромным носом главного героя, а кто-то решит, что это нога кого-то большего, кто следит за происходящим сверху. В любом случае — зрителям есть о чем подумать.

Хороши и костюмы, созданные Евгенией Панфиловой. Они подчеркивают двойственное начало пьесы — трагическое и комическое. Производит сильное впечатление и музыка Фаустаса Латенаса. С каждым актом она нагнетается все больше и больше, показывается, что действие закручивается все сильнее и сильнее.

Ну и отдельная похвала, конечно же, блистательному режиссеру: Павел Сафонов имеет огромный послужной список, и в «Театре на Малой Бронной» можно увидеть его «тартюфа». Прошлое его творение на этой сцене стало настоящим хитом. Что касается «Сирано» — то это еще более мощная работа. Новое творение Сафонова — гимн любви и настоящему театру. Такому, который заставляет зрителей испытывать чувства и не бояться признаваться в них. 

Алина Артес, 18.10.2014

[ свернуть ]


Много шума. И ничего! Или семейная кухня с славянским ароматом В Театре на Малой Бронной состоялась премьера комедии Б. Нушича «Славянские Безумства» в постановке Романа Самгина

6 февраля 2016
«Московская правда» Фраза, вынесенная в заголовок, может быть воспринята положительно или отрицательно, в зависимости от интонации, с которой произнесена. Это, наверное, особенности «великого и могучего», как принято выражаться. Не знаю, существуют ли подобные выска... [ развернуть ]

«Московская правда»

Фраза, вынесенная в заголовок, может быть воспринята положительно или отрицательно, в зависимости от интонации, с которой произнесена. Это, наверное, особенности «великого и могучего», как принято выражаться. Не знаю, существуют ли подобные высказывания в языке орогинала — сербском, но хочется чтобы на родном тебя поняли правильно. Так вот ее следует читать исключительно с подтекстом «надо же, здорово» очень даже, знаете ли…".
Шумная (по количеству громких реплик, задорных национальных танцев, уморительной мимики актеров и нелепых групповых мизансцен) постановка «Славянских безумств» — на самом деле комедия положений с классическим, «мольеровским», триединством места, времени и действия. Путаница, которая возникает, когда один выдает себя за другого, практически всегда рассчитана на то, чтобы развеселить публику. А. Хватов перевел пьесу Б. Нушича «Д-р философии», а режиссер Р. Самгин воплотил ее на сцене театра с явным намерением это сделать и уверенностью, что игра, в которую втянуты герои, будет развлекательной и поучительной одновременно. Если коротко, то богатый и представительный живота Брегович отправляет за дипломом об образовании учиться в Швейцарию некоего бедного, но умного хлопца Велимира под именем своего сына Милорада, оболтуса и прожигателя папиных денег. А когда он собирается выгодно женить сына, то оказывается, что в Женеве у него уже есть жена Клара. И даже сын.
Что, спросите, поучительного в этой истории? Выводы, которые делает глава семейства Бреговичей. Любимые его слова: «Человек должен много работать, мало спать, чаще шевелиться и иметь цель…» — чем не лозунг отца — воспитателя? Но, имея крепкую семью — жену, сына и дочь, живя во имя ее блага, думая, как преумножить собственные богатства, он делает все, как выясняется, небескорвстно и нечестно. Ради славы просит упоминания о себе в газетах об участии в благотворительности, ради уважения — поддельного диплома об учености отпрыска, ради выгоды — брака для сына по расчету. А потом еще копит расписки о проданных совести, чести, дружбы, которые ему оставляют прочие белградцы взамен на деньги, естественно. И вот этот человек, оказавшись «прижатым к стенке» ситуацией, когда обман вот-вот выплеснетсяфонтаном на его замороченную голову, произносит восторженно: « Оказывается, не все можно купить за деньги!..» развязка, прямо скажем, единственная часть спектакля, во время которой зал не надрывается от хохота. Но это не значит, что она грустная, просто справедливая, наверное, что бывает редко.

Оксана Мерзликина, 9.04.2004

[ свернуть ]


Комедия. Аншлаг. О, ужас! «Славянские безумства» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
Комедия. Аншлаг. О, ужас!  «Славянские безумства» в Театре на Малой Бронной Роман Самгин — тот самый, что был указан на ленкомовских афишах постановщиком «Города миллионеров» (на тех же афишах Захаров значился художественным руководителем спектакля). Он же, выпускник... [ развернуть ]

Комедия. Аншлаг. О, ужас! 
«Славянские безумства» в Театре на Малой Бронной
Роман Самгин — тот самый, что был указан на ленкомовских афишах постановщиком «Города миллионеров» (на тех же афишах Захаров значился художественным руководителем спектакля). Он же, выпускник гитисовской мастерской Марка Захарова, два года спустя поставил в «Ленкоме» «Укрощение укротителей». Теперь наконец вырвался из-под отеческой опеки и в Театре на Малой Бронной выпустил комедию Бранислава Нушича «Доктор философии», вышедшей в прокат под названием «Славянские безумства». Решение правильное, в нем чувствуется знание нынешней конъюнктуры: сегодня в загоне не только физики, но и лирики, а вот безумства в цене как никогда. 

Нушича у нас любят, его политическая комедия «Госпожа министерша» до сих пор идет не только в Москве, в Театре имени Маяковского, ее можно встретить и на просторах бывшего СССР (не так давно можно было посмотреть украинскую версию этой комедии, в исполнении актеров Театра имени Леси Украинки; причем спектакль в определенном смысле продолжал описанный в пьесе комический сюжет, — в нем, среди прочих, была занята актриса Назарова, супруга украинского вице-премьера, некоторое время спустя получившая почетное звание народной артистки России). Но и «доктора философии» у нас тоже ставят: под оригинальным названием эта пьеса идет в Петербургском Театре Комедии. Там она веселит публику под музыку Кустурицы. В Театре на Малой Бронной подыскали другое, не менее подходящее музыкальное сопровождение — Горана Бреговича. Шутки ради всех героев сербской комедии постановщик чохом переименовал тоже в Бреговичей. Сербов, вероятно, эта шутка обрадует. Поскольку большинству неведомы подлинные имена героев пьесы Нушича, юмор, скорее всего, останется незамеченным. 

Безумства, конечно, безумствам рознь. В версии Самгина получается, что краеугольный камень комического безумствования — в не знающей удержу суете, беготне, какой-то бестолочи, в которое превращается в общем-то незамысловатый сюжет обыкновенной комедии положений. Но обыкновенной — не значит «простой», а иная простота, как известно, хуже воровства. Комедия положений на театре нуждается в легкости, а именно ее-то и недоставало как в предыдущей самостоятельной работе Самгина, в «Укрощении укротителей», так и в нынешней. В нынешней — с тем большей очевидностью, поскольку актеры на Бронной находятся в худшей форме, нежели тренированная труппа «Ленкома». Опыта легкости им не хватает. Всего, что бывает важно, когда какой-нибудь режиссер берется, к примеру, поставить «Ревизора». Водевильности, таланта дуракаваляния, простодушной веселости (Гоголю, правда, не нравилось водевильное решение его пьесы, но само это название вспомнилось кстати: Нушич находился под сильным влиянием этой русской комедии и одна из первых, а может и самая его первая пьеса была написана по мотивам «Ревизора»). Всего этого актерам недостает. Екатерина Дурова — пожалуй, единственная, кому удается справиться с маской, придуманной для ее роли то ли свахи, то ли сводницы, в обоих случаях — неудачливой в своем ремесле. 

Владимир Ершов играет грубо, Александр Голубков — грубо, остальные все — и грубо, и как-то незанимательно. Сценография Виктора Шилькрота, молодого ученика Олега Шейнциса, — пожалуй, единственное, что в течение спектакля находится в каком-то развитии: дело в том, что по сюжету, в доме богатого серба идет ремонт. И бескрайний ремонт, и многие другие обстоятельства пьесы, написанной в первой трети прошлого века (вроде фальшивого диплома, выправленного для своего непутевого сына простодушным, но амбициозным «олигархом», вокруг которого — диплома, а не олигарха — и крутится интрига с путаницей и «неузнаваниями») публика принимает как хорошо ей знакомые, с удовольствием и смехом. 

Вообще публике спектакль очень нравится. Зал Малой Бронной полон, чего не скажешь ни об одном другом спектакле театра. Хорошо это или плохо — это вопрос. Когда на Малой Бронной работал Житинкин, то, после всех недостатков, обыкновенно приписываемых этому постановщику и его спектаклям, своей обязанностью критики полагали сказать, что зал тем не менее был полон, двери на премьере срывали с петель, а публика неистовствовала от восторга. 

В случае с Самгиным о неистовствах говорить не приходится. Вместе с безумствами они перекочевали на сцену. Но успех был. И, честно говоря, не знаю, радоваться этому или кричать «Караул!».

Григорий Заславский, 12.03.2004

[ свернуть ]


Безумный день, или женитьба «докторов» Комедия Бранислава Нушича на Малой Бронной

6 февраля 2016
Г- та «Культура» Маленькое и не лирическое отступление, не имеющее ровным счетом никакого отношения к премьерному спектаклю романа Самгина «Славянские безумства», поставленному по знаменитой пьесе сербского драматурга Бранислава Нушича «Д-р философии». С недавних по... [ развернуть ]

Г- та «Культура»

Маленькое и не лирическое отступление, не имеющее ровным счетом никакого отношения к премьерному спектаклю романа Самгина «Славянские безумства», поставленному по знаменитой пьесе сербского драматурга Бранислава Нушича «Д-р философии». С недавних пор явление критика в Театр на Малой Бронной стало делом нежелательным. Ссылаются на старые и свежие обиды. При этом газета «Культура», например, благополучно распространяется в фойе театра. Дело не в претензиях, критик вполне в состоянии раскошелиться на приобретение билета и даже каким-то образом пройти фейс-контроль. Обидно за артистов, за конкретный спектакль. Сужу по премьерному показу, на котором в зале зияло немало пустых мест.

А между тем спектакль «Славянские безумства» продемонстрировал все необходимые качества и умения, чтобы стать репертуарным хитом. А еще наконец-то появился долгожданный ответ на вопрос, куда пойти, чтобы пристойно развлечься, которым терзают критика многочисленные приятели. «Славянские безумства», извините за тавтологию, безумно смешны, причем смех этот не пошло-генитальный и не репризного уровня, но самый что ни на есть качественный, замешенный на совместном остроумии драматурга и молодого режиссера. Чему, кстати, весьма способствует виртуозность совсем не звездных актеров.


Актеров Бронной, между прочим, многие не принимают всерьез. Существует негласное мнение, что они там не больно-то хороши. Они же как-то умудряются уцелеть и работать при самых разных режиссерских режимах, влекущих, как правило, за собой смену сценических приоритетов и систем. Играли у Женовача, играли у Житинкина, играют у Дурова.

Роман Самгин еще не раскручен до бренда, подобно Кириллу Серебренникову или Нине Чусовой, но вынесен на театральную поверхность все той же «Новой волной» молодой режиссуры. Ученик Марка Захарова, педагог его курса в РАТИ, штатный режиссер Ленкома, автор ряда спектаклей, в том числе таких известных, как «Укрощение укротителей» в Ленкоме и «Свойства страсти» в «Театральном деле Гольданскихъ». Режиссер разноплановый, он все же больше тяготеет к комедийному жанру и, более того, весьма успешно с ним справляется. Как это ни парадоксально, но любимейший зрителями жанр мало кому поддается. Столь велико искушение нагрузить комедию метафизическими проблемами, осерьезнить, приподнять и т.п., в результате чего она становится элементарно несмешной.

У Самгина, к счастью, все наоборот. Хотя его задача была все-таки не из легких. Чужой театр, малознакомая труппа, с другой стороны, очень знакомый всем автор, чьи комедии «Д-р философии» и «Госпожа министерша» прокатились по десяткам отечественных театров, воплотились в ряд легендарных спектаклей, заимели телеверсии, с которыми трудно конкурировать. Правда, у всех виденных постановок имелась одна особенность: комические перипетии развивались в продвинуто-городской среде, в изящных интерьерах, с участием пусть не слишком умных, но хорошо одетых и умеющих вести себя «комильфо» людей. Самгин же в тандеме с молодым художником Виктором Шилькротом (дебют ученика О. Шейциса на столичной сцене) едва ли не впервые перенесли место действия в сонное царство балканской глубинки, откуда даже провинциальный швейцарский Фрейбург кажется «столицей мира».

А здесь, в жилище коммерсанта животы, получившего в спектакле новую фамилию Брегович (вероятно, в честь модного композитора Горана Бреговича), идет стройка. Потому и дома-то как такового нет. Везде шаткие лесенки, рискованно притулившиеся на них комнатки-скворечники, пристроечки-флигельки с вечно хлопающими дверьми и ставнями. Тут и там понавешаны коврики, половички, женские цветастые платки и прочие совсем не сопоставимые предметы. Все строится основательно и в то же время как-то бестолково. Впрочем, сразу понимаешь, вместе с домом проектируется и будущая жизнь. Но в проекты, как водится, сама жизнь вносит свои ироничные коррективы.

Вышеназванное безумие возникает внезапно, но неотвратимо. Оно катится как огромный снежный шар если не с горы, то с вершины оригинальной конструкции Шилькрота и в конце концов накрывает всех так, что не вздохнуть. Как спокойно-то все было поначалу. Полуодетый папаша Брегович (Владимир Ершов), лениво растянувшись на лежанке, посапывает и почесывается, добродушно заигрывает с такой же расхристанной супругой Марой (Татьяна Кречетова) в стареньком халате и шлепанцах (остроумные костюмы Натальи Войновой) и оживляется, разве что получив из ресторана счет за разбитые зеркала. Тут уж потрудился явно неудачный отпрыск Милорад (Александр Голубков), пребывающий поначалу в крайней стадии дебильности — опухший с перепоя, немытый, небритый, рыгающий и с трудом ворочающий языком. В общем, новоиспеченный «Д-р философии». Эта ленивая и сонная десятиминутная заставка успевает настроить публику на соответствующее продолжение, но Самгин вдруг делает резкий и неожиданный вираж.

И понеслось. Живота — Ершов заводится так, будто в него вставили свежие батарейки «Энерджайзер». Какой уж тут сон — глаза горят безумным блеском, обертоны интонаций мгновенно варьируются от полузадушенного хрипа до громогласного ора и рычания, руки машут, ноги пляшут. Эта мощная энергетика пульсирует и волнами накатывает на остальных. А как же, коль рушится «идея» — выйти в люди и утереть всем нос. Живота трясет, выворачивает наизнанку и складывает пополам незадачливого Велимира (Никита Салопин), «ученого» двойника сына. Он «строит» легкомысленного шурина благое (Владимир Яворский). Шикает на заполошную Мару — Кречетову. Попутно успевает приласкать безголосую дочь Славку (Дарья Грачева) и дать задание наемному строителю (Илья Ждаников), резво болтая притом на непонятном языке. И тут же, наливаясь гордостью, «щупает» воображаемые километры железнодорожной магистрали, которые с помощью уморительной и гротесково пластичной драги (Екатерина Дурова) намеревается получить в приданое за дочерью министра путей сообщения. 

При этом живота Ершова не такой уж бездушный автомат, запрограммированный на ловлю богатства и почестей. В минуты «энергетических» пауз он постоянно твердит о том, что надо мало спать и много работать, тогда что-нибудь да и выйдет. И уж совсем отчаянный всхлип: и пойдем все вместе гулять. Недостижимая мечта, но что поделать, коль мало спит и много работает лишь он один, волоча этот груз большого семейства и гримас судьбы.

А народ все прибывает. Вот некстати является профессор Райсер (Александр Макаров), одетый по-европейски, в шортах и с зонтиком. защебетали, томно прижимаясь к животе, кумушки из приюта (Елена Федорова и Александра Николаева). Романтическим облачком взлетела на сцену фальшивая невестка Клара (Марина Орел) с малышом Пепиком (Коля Клещев). Засуетились экстравагантные лжесвидетели (Лариса Богословская и Петр Баранчеев). Как тут и впрямь не сойти с ума?

Нагнетание комических страстей подается режиссером не только словесно, но и пластически-танцевально (пластика Игоря Агафончикова, хореография Олега Глушкова). И эти постоянные плясовые всплески в спектакле Самгина настолько органичны и необходимы, что не выглядят вставными номерами, а звучат как мощный эмоциональный выдох, разрядка при полном бессилии слов. Танцуют все — лихо, темпераментно, зажигательно. Самозабвенно пляшет гастарбайтер — Ждаников, несмотря на вывешенную табличку «пирерыв», и публика не рвется в буфет, но азартно аплодирует. Пляшут молодые, запутавшиеся в сложностях любовно-паспортных отношений и махнувшие в конце концов на все руками. Финал венчает общий согласный танец, средствами искусства примиряющий всех и вся.

«Славянские безумства» выстроены режиссером и его командой от первого до последнего гвоздя. Все трюки поставлены, все номера отрепетированы, а тебя, между тем, иногда посещает впечатление, что актеры абсолютно свободны и полагаются на волю импровизации. Для режиссера, по-моему, — высшая похвала. Как и для актеров. При том, что большинство из них отнюдь не обрели статус виртуозных марионеток. Самгин дает зазор для эмоциональных перепадов, душевных метаний — в общем, для всех проявлений живого, чувствующего и думающего существа. Зритель хохочет, то и дело перебивая действие аплодисментами, но ему подспудно подсовывают «информацию к размышлению». Может, хоть ты, маленький Пепик, вырастешь нормальным человеком, тихо бормочет в финале живота — Ершов. Но окинув взглядом безумное семейство, грустно поправляется: нет, ты не станешь, может, твои внуки?.. Может быть, хотя бы с разовыми приходами молодых постановщиков (вслед за Р. Самгиным приступает к репетициям В. Агеев) на Малой Бронной станет по-настоящему интересно и актерам и зрителям?

Ирина Алпатова, 5.02.2004

 

[ свернуть ]


Скорая помощь из «Ленкома» приехала в Театр на Малой Мронной Театр на Малой Бронной показал премьеру спектакля «Славянские безумства». Под этим названием скрывается очень известная комедия сербского классика Бранислава Нушича «Д-р». Ученик Марка Заха

6 февраля 2016
Коммерсантъ Про Театр на Малой Бронной критики последний раз писали год назад, когда непотопляемый директор Илья Коган съел очередного главного режиссера, на этот раз оказавшегося Андреем Житинкиным. Горе-аналитики, в том числе и ваш покорный слуга, предсказывали ск... [ развернуть ]

Коммерсантъ

Про Театр на Малой Бронной критики последний раз писали год назад, когда непотопляемый директор Илья Коган съел очередного главного режиссера, на этот раз оказавшегося Андреем Житинкиным. Горе-аналитики, в том числе и ваш покорный слуга, предсказывали скорый закат бесконечной эпохи господина Когана, мотивируя сей радужный прогноз хотя бы тем, что ни один уважающий себя режиссер теперь не согласится лечь под хищного директора. Махнув рукой на Бронную, газетные наблюдатели почти не отреагировали на гениально изворотливый ход ц назначение главным режиссером Льва Дурова, самого популярного актера труппы, регулярно грешащего режиссурой. Спектакль «Дети!?», выпущенный господином Дуровым в новом качестве, тоже остался незамеченным: всем ясно, что разрешить ситуацию, варясь в собственном соку, театру не удастся.

Но вот нашлись наконец режиссеры со стороны, согласившиеся поработать на Бронной. Кидаться в них камнями нечего: жизнь есть жизнь, работа на дороге не валяется. Раз театр существует, актеры должны что-то играть, а зрители ц на что-то смотреть. режиссер Роман Самгин решил, что публике надо посмотреть пьесу знаменитого сербского драматурга Бранислава Нушича. В оригинале она называется «Д-р», в развернутом варианте ц «Доктор философии». Комедии сербского классика грех жаловаться на невостребованность, ее охотно играли, в позднесоветские времена был удачный телефильм, а два года назад поставили в петербургском театре комедии. 

Можно считать, что история вернула написанной в 1936 году пьесе актуальность: главный герой Нушича живота Цвийович ц нувориш. Заработав денег, богач, подобно мольеровскому господину Журдену, озаботился общественным признанием и решил сначала сделать из своего сына доктора философии, а потом женить его на дочери министра. Поскольку родной сынок Милорад вырос недотепой и пропойцей, учиться в швейцарию под его именем послали способного к наукам бедняка, а тот имел неосторожность под чужим именем жениться. И вот теперь в Белград должны пожаловать не только швейцарский профессор, но и невестка с маленьким ребенком ц реальные свидетели подлога. Чужой ребенок к тому же по закону может стать наследником Цвийовичских миллионов. Бранислав Нушич не стал бы классиком, если из этой удачно придуманной завязки он не выжал бы максимум возможных комедийных ситуаций, не пересыпал бы сюжет забавными диалогами. И трудно представить себе актеров, которые отказались бы от написанных им ролей.

Молодой художник Виктор Шилькрот подчеркнул переходное состояние семейства: на сцене уместились и старый, рассохшийся деревянный домик животы, и недостроенный новый особняк. Режиссеру Самгину это позволило придумать важный добавочный персонаж ц строителя, который почти не разговаривает, но в действии активно участвует. Вообще у своего учителя Марка Захарова роман Самгин научился простому, но эффективному приему ц «раздувать» роли второстепенных действующих лиц, которые притягивают к себе внимание, постоянно откуда-то выскакивают, болтаются под ногами, создают добавочную комическую суету и танцуют в интермедиях. (В данном случае ц под музыку Горана Бреговича. Вряд ли кто-нибудь упрекнул бы господина Самгина за использование принципа «серб к сербу», но на всякий случай режиссер даже переименовал семью главного героя из Цвийовичей в Бреговичи.)

На Бронную с малой Дмитровки (господин Самгин поставил в «Ленкоме» под руководством Марка Захарова «Город миллионеров» и самостоятельно ц «Укрощение укротителя») режиссер импортировал стиль бодрый, активный, громкий, иногда доходящий до судорог. Первая заповедь этой науки: чтобы зритель не заснул, все средства хороши, даже самые нелепые и однообразные. Надо ли говорить, что у мастера Захарова острое блюдо всегда приправлено иронией, грустью, непременной «задней мыслью», которую интересно разгадывать. Роман Самгин полагается больше на гримасы, чем на усмешки. Один персонаж у него настырно заикается, другой дергается всеми конечностями, третий просто кричит, четвертая налегает на донельзя томный голосок, пятый (а также шестой и седьмой) вообще дебилы. Атмосфера нервного кривлянья поддержана даже неодушевленными предметами: стоящий в углу странный аппарат, то ли газонокосилка, то ли портативная бетономешалка, произвольно включается, когда его не просят, и пугает граждан, а один раз понадобился для дела ц так не врубается.

Поддержанная актерами режиссерская настырность поначалу вызывает сопротивление не только умученного жизнерадостностью антрепризных комедий критика, но и нормального зрителя. В какой-то момент, как в анекдоте, наступает такое состояние, что легче засмеяться, чем объяснить, почему несмешно. Ну ладно, раз вы так стараетесь, нате ц ха-ха-ха! Не звери же мы какие-то бессердечные, и Театру на Малой Бронной тоже желаем всего доброго. Тем более что в качестве скорой помощи господин Самгин больному организму помог вполне профессионально: вкатил в полумертвое театральное тело лошадиную дозу адреналина. Но ведь это мера экстраординарная, к тому же грозящая привыканием. Главное, что смерть вроде бы отступила. Теперь реаниматолог уехал, а запущенному пациенту требуется терапия и внимательный уход. Кто будет этим заниматься, по-прежнему неясно.

Роман Должанский, 3.02.2004

[ свернуть ]


Безумствуй, как обещал «Славянские безумства» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
Известия Театр на Малой Бронной, которым руководит Лев Дуров, похоже, делает ставку на молодую режиссуру. «Славянские безумства» Бронислава Нушича поставил Роман Самгин, известный своими ленкомовскими постановками. Следом за ним должны выпустить премьеры Владимир Аг... [ развернуть ]

Известия

Театр на Малой Бронной, которым руководит Лев Дуров, похоже, делает ставку на молодую режиссуру. «Славянские безумства» Бронислава Нушича поставил Роман Самгин, известный своими ленкомовскими постановками. Следом за ним должны выпустить премьеры Владимир Агеев и Ольга Субботина.

Жанр в программке не определен: ни комедия, ни фарс, просто — безумства. А раз безумства, то герои выглядят милыми даунятами (многие похожи на персонажей «осп-студии»). Они прыгают, дерутся, танцуют и гарцуют. Сюжет пьесы сербского драматурга Нушича: тупой паренек из Белграда Милорад (Александр Голубков) учиться не хотел, а под его именем прошел обучение во Фрайбурге бедный умник Велимир (Никита Салопин). Этот самый Велимир хоть с виду и доходяга, а ребенка сделать во Фрайбурге одной Кларе успел, обвенчался с ней, диплом получил — и все под чужим именем. И вернулся в Белград. Заварушка начинается, когда становится известно, что Клара с сыном едут в Белград к мужу.

Как режиссер ни притворялся, что его увлекают коллизии пьесы, выглядеть увлеченным у него не получилось. Хотя если уж взялся за эту милую дребедень, не стесняйся, безумствуй, как пообещал в программке. Тем более что в позапрошлом сезоне Роман Самгин поставил, наверное, один из самых забойных спектаклей Москвы — «Укрощение укротителей» в «Ленкоме», а перед этим — «Город миллионеров» там же. Обе постановки были более чем успешными. Конечно, специалист по успеху Марк Захаров (учитель Романа Самгина) прикладывал к ним как минимум руку. И кажется, что «Славянские безумства» — что-то вроде предпоследней репетиции перед показом мастеру, который ускорит ритм, добавит блеска, наполнит сцену энергией. Но поскольку дело происходит в другом театре, мастер по понятным причинам так и не пришел.

Роман Самгин, похоже, не думал долго над образами: дал мальчику лошадку, европейцу — фирменную улыбку и стильную одежду, старой деве — томный взгляд и извивающееся от желания тело, дураку — замедленную речь, красотке — платье ей под стать. И это не стилизация, не ирония, даже не вера в то, что так и надо делать. Это, как говорил один почтмейстер, «ни то ни се, черт знает что».

Кажется, режиссер не ответил на простой вопрос: что делать со столь невинным созданием, пьесой Нушича? И как быть актерам — играть роль или играть с ролью, честно представлять текст или грациозно над ним иронизировать? И то и другое сразу — дело хорошее, но трудное. Лучше синица в руке, чем два зайца вдалеке.

Поэтому некоторые сцены воспринимаются с натугой: один серб разозлился на другого, полез этажом выше за ведром с краской, спустился и этой краской обидчику рожу намазал. А тот смиренно ждал, пока его покрасят. Но для того чтобы подобные эпизоды казались естественными, нужно было, чтобы стихия легкого абсурда владела всем спектаклем, а не врывалась «на минуточку». Была такая сцена у знаменитого театрального комика: рассвирепев, он снимал штаны и бил ими обидчика по лицу, а залпокатывался со смеху. И ни у кого вопроса не возникало, не сподручней ли было просто стукнуть по морде кулаком. В «Славянских безумствах» когда пытаются ударить по лицу штанами — это выглядит натужно, когда бьют сразу кулаком — скучно. Ситуация патовая.

Когда на сцене Театра на Малой Бронной царил Андрей Житинкин, которого с аппетитом съел вечный директор этого театра Илья Коган (а перед этим Эфроса, Дунаева, Женовача), было хотя бы колоритно: спектакли шли истерически-эротически-экстравагантные. Героев «Калигулы» награждали пластиковыми членами, упоенно демонстрировал обнаженное тело Дориан Грей. Как к Житинкину ни относись, но без работы он критиков не оставлял. И драйва у него было хоть отбавляй. А Самгин дает повод думать, что он уже устал. Студентом он поставил «Обломова» в ГИТИСе, где сыграл Илью Ильича, и задавался вопросом: почему куда-то стремиться, чего-то преобразовывать лучше, чем спокойно и мирно жить-поживать? Раньше мне казалось, что Самгин не напрягается и просто ставит спектакли в стиле того театра, в котором служит, в стиле «Ленкома» (что сможет далеко не каждый). Теперь очевидно, что он решил просто не напрягаться.

Артур Соломонов, 2.02.2004

[ свернуть ]


«Тартюф»: «Желтый» Мольер Павел Сафонов уговорил Виктора Сухорукова побыть развратником.

6 февраля 2016
vashdosug.ru Вечную историю о подлом обманщике с лицом праведника в театре рассказывали миллионы раз. На очередную версию решился молодой режиссер Павел Сафонов, с согласия худрука Сергея Голомазова обративший «в свою веру» актеров со стороны. Отныне в репертуаре Те... [ развернуть ]

vashdosug.ru

Вечную историю о подлом обманщике с лицом праведника в театре рассказывали миллионы раз. На очередную версию решился молодой режиссер Павел Сафонов, с согласия худрука Сергея Голомазова обративший «в свою веру» актеров со стороны. Отныне в репертуаре Театра на Малой Бронной появился кассовый спектакль с участием медийных звезд — Виктора Сухорукова, Ольги Ломоносовой, Александра Самойленко и Агриппины Стекловой.

«Массы» должны быть довольны, — спектакль смотрится как подарок в яркой упаковке, эдакая стильная безделица, тем не менее, смысла не растерявшая и мораль-таки пропагандирующая. Показывать следует и детям, и взрослым. И тем, и другим есть чему подивиться и над чем подумать. Слава богу, авторский текст здесь остался нетронутым, да и перемена места действия оказалась не столь существенной. Все происходит, пускай и не во времена Мольера, но, по крайней мере, не в космосе и не на кладбище. Приметы времени размыты, и это правильно: история будет повторяться, пока живут люди со всеми своими слабостями и пороками.

Кстати, пороки выведены Сафоновым на сцену один за одним, — в лицах героев бессмертной комедии. Оргон — олицетворение честолюбия, его мать — властности, сын Дамис — пустозвонства, дочь Мариана — женской глупости. Клеант символизирует слабую волю, супруга Эльвира — пустое кокетство, а горничная Дорина — хамство.

Справедливости ради стоит заметить, что все вышеназванные пороки не вызывают чувства брезгливости, скорее зритель испытывает к героям, ими обладающим, симпатию. Узнаваемое семейство, каких много, попало в просак из-за глупой влюбленности отца. Ну а если учесть, что основных персонажей играют знакомые все лица (знакомые по сериалам и кинофильмам, идущих в прайм-тайм), то и вовсе удовольствие гарантировано.

Грех не купить билет, если Дорину играет признанная клоунесса Агриппина Стеклова, а растерянного дурака-Оргона — большой друг «папиных дочек» Александр Самойленко. Про Виктора Сухорукова говорить не приходится. Что-что, а отрицательные персонажи популярному актеру удается как никому другому. Его Тартюф омерзителен, знаменитая сцена соблазнения Эльмиры выглядит гаже гадкого.

И все же, для театралов со стажем этот спектакль — очевидное заигрывание с публикой. Аналог качественной антрепризы, за которую не стыдно. Но не более того. Яркой режиссерской мысли здесь не наблюдается, впрочем, и явных провалов тоже. Все ровно и зрелищно.

Отдельное спасибо стоит сказать художнику по костюмам Евгении Панфиловой, ее стараниями все герои не смотрятся тяжеловесно или старомодно. Затейливые шляпки с вуалью, немного массивные каркасы для платьев, полупрозрачные боди и воротники-стойки… Во всем этом великолепии актерам явно проще играть героев-марионеток, управляемых тартюфом. Главный герой также одет со смыслом.

В первом действии на нем серое тряпье, в которое он завернут таким образом, что напоминает жука-навозника. В финале же на нем ярко-желтый плащ, наподобие тех, в которых в средневековой Испании сжигали на кострах еретиков. Желтый — символ греха и предательства, намек таким образом не просто толстый, но прозрачный.

Дом Оргона, «выстроенный» художником-постановщиком Николаем Симоновым — также находка. Он не достроен, а потому пустынен. И это очень точно «отзеркаливает» всеобщий неуют и тревогу.

Из неожиданных «приятностей» — небольшая, но заметная роль Валера, жениха Марианы. Его сыграл молодой актер Театра на Малой Бронной Дмитрий Сердюк. Комическое дарование артиста очевидно и доставляет пару минут истинного театрального удовольствия, никак несвязанного ни с кассовым успехом нового «Тартюфа», ни с популярностью исполнителей главных ролей.

Наталья Витвицкая, 8.11.2011

[ свернуть ]


Прогноз погоды двадцатилетней давности На Малой Бронной представили «Канкун»

6 февраля 2016
teatrall.ru Приятно зайти в холодный зимний вечер на Малую Бронную и насладиться солнечными видами популярного мексиканского курорта Канкун. Действие спектакля с географическим названием («Канкун») так чудесно разворачивается на теплой гальке (художник-постановщик М... [ развернуть ]

teatrall.ru

Приятно зайти в холодный зимний вечер на Малую Бронную и насладиться солнечными видами популярного мексиканского курорта Канкун. Действие спектакля с географическим названием («Канкун») так чудесно разворачивается на теплой гальке (художник-постановщик Михаил Краменко, художник по свету Андрей Абрамов), что хочется сразу забыться и расслабиться, и даже подумать о поездке именно на этот курорт, но… Дальнейшие события оказываются столь непредсказуемыми и такими странными, что мысли об отдыхе испаряются, зато приходят другие, например, о смысле жизни. 

В остроумной пьесе Жорди Гальсерана«Канкун» режиссер Сергей Голомазов нашел столько волнующих тем, что кажется странным, что пьеса написана испанским, а не отечественным драматургом. Спектакль актуален для российской публики и вполне отвечает духу последней театральной моды: теперь и у интеллигентного режиссера Голомазова (кажется, впервые) со сцены доносится мат, что абсолютно не обескураживает привычную ко всему московскую публику. К мату в театре у нас давно привыкли, и, несмотря на запрет госдумы, люди продолжают нецензурно выражаться. Но ведь бывает, что иначе никак не выразить сильное раздражение или недовольство, а тут по ходу действия такое творится, что реакция персонажей вполне обоснована. Вначале уверенно считываются знакомые коды, когда и поведение, и ситуация — все банально узнаваемо. Если бы режиссер с драматургом просто поиграли со своими героями в перевертыши, то спектакль остался бы на уровне заурядной комедии положений, но «Канкун» — не комедия, а трагикомедия, и здесь вам — не розыгрыш, а ловушка (для зрителей, в том числе).

Интрига девушки по имени реме — спрятать ключи от машины, чтобы нравящийся ей парень не поехал провожать подругу, а подруга в результате уехала с другим приятелем (так образовались две семейные пары) — через двадцать лет оборачивается для четверки друзей невероятным испытанием. В прекрасный курортный вечер та же реме (Татьяна Тимакова) напивается и проговаривается о том своем давнем поступке. Все вдруг понимают, что жизнь могла пойти по иному сценарию, и на следующее утро буквально впадают в безумие, пытаясь все начать сначала, вернуться в прошлое.

На долю молодой актрисы, ученицы Сергея Голомазова Татьяны Тимаковой выпали самые большие испытания, и, хотя роль ей явно на вырост (она написана на куда более взрослую и опытную женщину), Тимакова выкладывается по полной, не жалея себя. Почти весь спектакль актрисе приходится реально сходить с ума — сначала на пьяную, потом на трезвую голову, рыдать, истерически смеяться, и при всем при этом — удерживаться В жанре трагикомедии, избегая пошлости в двусмысленных ситуациях. Честно говоря, за героиню Татьяны Тимаковой переживаешь больше всего и ее чувства принимаешь к сердцу ближе.

Добротный, качественно поставленный, литературный материал не отпускает и после спектакля. В нем — не только проблемы семейной рутины, человеческой порядочности, но и вопросы, вопросы, вопросы: «Зачем иметь три машины, если на них некуда ездить…», «Зачем заниматься нелюбимым музыкальным инструментом, если можно взять в руки любимый», «Зачем нужна семья, если на нее совершенно нет времени и даже нет желания его находить?»…

Если бы пьеса не была написана, а спектакль не был поставлен мужскими руками, можно было бы заподозрить авторов спектакля в феминизме. Но в том-то и дело, что сегодня формулу сherchezlafemme (шерше ля фамм) честней заменить на сherchez l`homme (шерше ль’омм) — ищите мужчину! Ведь вокруг одни женщины: они работают, заседают, принимают решения, а мужчины томятся (отдыхают) в ожидании. Кто окружает мальчиков с рождения и всю жизнь? Кто воспитывает и учит их в детских садах и школах? И чью же модель поведения мальчику принимать за образец? Откуда ему знать, что такое мужской поступок, мужской характер, если папы никогда нет рядом (в лучшем случае, он на работе)? 

Каковы мужские персонажи этого спектакля? Висенте (Владимир Яворский) — поначалу выглядит этаким мачо, успешным харизматичным мужчиной, которого боготворит жена, но стоит ему столкнуться с коварством судьбы, перевернувшей его привычный уклад, оказывается, что вся его жизнь — образование, карьера, барские привычки и дорогой прикид (художник по костюмам Наталия Каневская) – все было в женских руках. Он удобно опирался на женские плечи, при этом постоянно ворча и жалуясь на несвободу. И вот ему дается шанс: быть, наконец, рядом с любимой женщиной, — а он не может решиться и снова скулит, что ему подрезали крылья, не дают жить так, как он хочет. Он всерьез пытается договориться с любимой (чужой женой) о двадцатиминутных встречах по средам в обеденное время. Целых двадцать минут сомнительной радости – вот что наш «герой» готов сложить к ногам любимой. Артист Владимир Яворский смачно, не скупясь на комические краски, рисует своего Висенте — подкаблучника, безхребетника, неудачника, глупца. 

Второй мужской персонаж Пабло (Иван Шабалтас) – мужчина, на протяжении всего действия сохраняющий спокойствие (не путать в данном случае с достоинством). Его поведение также легко объясняется тем, что нынешние мужчины более не способны на поступки. Пабло так и не выходит из себя, невзирая на фантасмагорическую смену жен, пребывая в некоей прострации. Хотя нет, Ивану Шабалтасу удается пару раз все же оправдать своего Пабло, показав его преданность жене (которой из?). Он готов драться из-за нее с другом, готов бежать за врачом, за помощью, при этом, разумеется, готов терпеливо ждать, когда все само решится, и любимая сама вернется к себе прежней. А еще, с его мужественного лица скатывается-таки скупая слеза – кульминация мужского поведения. 

В спектакле есть еще одна героиня — Лаура (Надежда бБребеня), которой в этом стремительном водовороте событий никакой любви вообще не досталось, зато досталось много потрясений. Она, бедная, вышла замуж за того, кого случай (в лице реме) послал, и живет с ним двадцать лет, терпя все глупости и выходки. Она судьбой также недовольна, но сердито (мужественно) принимает все, как есть. Молодой актрисе роль пока тоже на вырост (нужно, как минимум, с десяток лет понаблюдать мир вокруг и внутри себя), но в спектакле заложены возможности — расти прямо на сцене и получать удовольствие от собственной игры и от работы партнеров.

Магический видеоряд на экране наводит на мысль: как ни высока и таинственна вселенная, а человек умудрился все же приоткрыть хотя бы некоторые ее тайны, зато вот в собственной жизни люди разбираться до сих пор не научились. Никакие научные достижения не помогли людям стать совершеннее, мудрее, лучше понимать друг друга. На фоне вечного светила маленькие человечки неуклюже пытаются решить свои судьбы, наивно полагая, что можно переписать черновик жизни. Друзья, второй попытки, не будет, хотя…может еще раз посмотреть спектакль?

Лариса Каневская, 19.12.2013

[ свернуть ]


Разборки на пляже Сергей Голомазов сделал ставку на интеллектуальную драматургию

6 февраля 2016
«Новые известия» Сергей Голомазов последовательно включает в репертуарную афишу малой Бронной интеллектуальные западные пьесы: за англичанином Томом Стоппардом следует каталонец Жорди Гальсеран. Мировую славу Гальсерану принесла его офисная пьеса «Метод Гренхольма»,... [ развернуть ]

«Новые известия»

Сергей Голомазов последовательно включает в репертуарную афишу малой Бронной интеллектуальные западные пьесы: за англичанином Томом Стоппардом следует каталонец Жорди Гальсеран. Мировую славу Гальсерану принесла его офисная пьеса «Метод Гренхольма», поставленная в пятидесяти странах мира (в Москве тоже с успехом идет эта пьеса). И вот теперь на столичной сцене появился его второй хит – «Канкун».

В рассказе «Дороги судьбы» О. Генри описал три варианта возможных жизненных тропинок юноши Давида, пастуха и поэта, которые фатально заканчивались пулей в сердце, выпущенной из револьвера маркиза де Бопертюи. Погибал ли он на дуэли или заканчивал жизнь самоубийством – причиной всегда был один и тот же револьвер… Жорди Гальсеран в своей пьесе «Канкун» развивает идею избирательной предопределенности: главных героев своей жизни мы выбираем сами, но вот список действующих лиц изменить не вольны.

В «Методе Гренхольма» героями Гальсерана были четверо испанских офисных работников (в тбилисской постановке Темуру Чхеидзе удалось передать южный темперамент этих офисных акул). В «Канкуне» действуют две испанские супружеские пары, которые на сцене Малой Бронной, ну очень напоминают наших соотечественников, вырвавшихся на солнышко… Мирным вечером после ресторана четверо друзей продолжают «гулять» с шампанским по бережку. И тут случайно брошенная фраза срабатывает, как спусковой крючок… И вот все четверо вовлечены в выяснения отношений: как сложилась бы жизнь, если бы спутником стал не тот мужчина, а этот? Чувствовали ли бы себя герои счастливее? Если бы была выбрана другая спутница, профессия? Если бы в жизни были дети или их не было вовсе?

Спрятанные или не спрятанные героиней в один прекрасный день ключи от машины могли поменять судьбы всей четверки. У мужчин были бы другие профессии, у женщин – другая семейная обстановка…

Но одно осталось бы неизменным – все четверо вместе все равно оказались бы на пляже в Канкуне.

«Мне кажется, что это пьеса о природе человеческого насилия», – пишет в программке режиссер-постановщик Сергей Голомазов. Но человеческое насилие над собой и другими оказывается «детскими шалостями» рядом с жесткими рельсами судьбы, которые героям Гальсерана проложены в Канкун (интересно, что практически все герои не слишком этому модному курорту рады).

Сценограф Михаил Краменко выстроил на сцене Театра на Малой Бронной галечный пляж, а фоном стал громадный экран, где вращаются планеты, астронавты выходят из ракет, маленькая девочка теребит бант, юная девушка крутит сальто. А иногда нам сообщают температуру воздуха и воды.

Правда, четверо исполнителей – Татьяна Тимакова (Реме), Надежда Беребеня (Лаура), Иван Шабалтас (Пабло), Владимир Яворский (Висенте) – пока слишком погружены в резкие смены эмоциональных состояний своих героев, чтобы передавать физическую пляжную расслабленность тел, утомленных солнцем и морем и потому вышедших из-под контроля рацио. Хотя для героев Гальсерана это особое состояние сознания, в котором солнце рождает опасные галлюцинации, – условие важнейшее.

Спектакль явно еще будет уточняться и по ритму, и по накалу чувств (русскую грусть трудно взбить до консистенции испанской страсти). Актеры будут постепенно пристраиваться друг к другу (пока каждый углублен в себя и мало замечает партнеров). Но к премьере редкие спектакли достигают пика формы, а «Канкуну», надеюсь, суждена долгая сценическая жизнь.

Ольга Егошина, 29.01.2014

[ свернуть ]


Курортный обмен партнерами на добровольных началах

6 февраля 2016
«Эксперт» Как одна маленькая ложь может разрушить судьбу четырех человек – комедийную арифметику Жорди Гальсерана изучили на сцене Театра на Малой Бронной. Бесконечный пляж, бесконечное небо над головой, бесконечный океан; ослепительное солнце дорогого мексиканског... [ развернуть ]

«Эксперт»

Как одна маленькая ложь может разрушить судьбу четырех человек – комедийную арифметику Жорди Гальсерана изучили на сцене Театра на Малой Бронной.

Бесконечный пляж, бесконечное небо над головой, бесконечный океан; ослепительное солнце дорогого мексиканского курорта Канкун, а по ночам – завораживающая полная луна, свидетельница человеческих тайн. В этот райский антураж испанский драматург Жорди Гальсеран поместил кульминацию действа, завязка которого произошла более двух десятков лет назад. В декабре Театр на Малой Бронной представил премьеру спектакля, комедию «Канкун». Режиссер-постановщик Сергей Голомазов (художественный руководитель театра) решил рассказать историю пьесы Гальсерана, историю взаимоотношений двух семейных пар. Комедия положений с искрометным юмором и неожиданными поворотами внезапно превращается в трагикомедию, полную уже нешуточных страстей, интриг, признаний и откровений, а иногда и злых издевок. И вновь – забавные ситуации, шутки и пикантно-смешные сцены. Таков Жорди Гальсеран – о серьезном и жизненно важном – иронично, весело и игриво, но с непременным видимым подтекстом; Именно так прочли его пьесу российский автор постановки «Канкуна». Для Сергея Голомазова это вторая пьеса испанского драматурга. Первая – «Метод Грёнхельма», режиссер поставил ее несколько лет назад в русском театре в риге. Спектакль до сих пор собирает аншлаги. Обнаружив перевод еще одной пьесы Гальсерана, Голомазов с удовольствием воплотил ее в Театре на Малой Бронной.

Сюжет и прост, и запутан – в лучших традициях комедийного жанра. Есть некая тайна, о которой кто-то знает наверняка, кто-то догадывается, кто-то – «ни сном, ни духом». Разгадка открывается внезапно, в одну ночь на веранде фешенебельного отеля в Мексике. Две семейные пары: Реме и Висенте, Лаура и Пабло. Они дружат семьями и домами столько же лет, сколько лет их бракам. Но, увы, все четверо давно устали от супружеской жизни, любовь – то ли быстро закончилась, то ли и не начиналась вовсе. И только реме знает, в чем тут дело – их «счастье» было построено на лжи, ее лжи. Много лет назад именно реме спрятала ключи от машины своего нынешнего мужа Висенте, который был влюблен в Лауру и собирался провожать ее после вечеринки. Но хитрая реме сама имела виды на Висенте. Соблазнив молодого человека в ту роковую ночь, она становится его супругой. А Лаура, не дождавшись Висенте, ушла с его другом – Пабло. Тот вечер и для них закончился браком. И вот в годовщину их серебряных свадеб реме проговорилась о своей маленькой хитрости 25-летней давности… Когда отгремел скандал, взаимные упреки сошли на нет и страсти поутихли, пары решают поменяться местами друг с другом. Что было бы, если бы все случилось так, как вроде бы задумывала судьба? Если бы Висенте все-таки проводил любимую Лауру и она, а не реме стала бы его женой? Вот тут и начинается самое интересное. Райский уголок – каменистый пляж, ослепительное солнце и полная, загадочная луна – становится свидетелем интригующей комедийной развязки пьесы. Не столько о кризисе «кому за 40», сколько о том, что счастье, построенное на лжи, эфемерно, а своевольно распоряжаться судьбами близких людей – неблагодарно и чревато. О том, как вроде бы невинная шутка может обернуться трагедией, и о том, что переиграть свою жизнь – невозможно.

Маргарита Аваньянц, 25.12.2013

[ свернуть ]


Сергей Голомазов: «Друг-астроном научил меня различать созвездия»

6 февраля 2016
«Вечерняя Москва» Карибы, пляж, две пары и… полнолуние… в спектакле заняты ученики профессора рати – Сергея Голомазова: Татьяна Тимакова и Надежда Беребеня. В интервью «Вечерней Москве» Сергей Голомазов объясняет – почему он вновь обратился к западной драматургии (п... [ развернуть ]

«Вечерняя Москва»

Карибы, пляж, две пары и… полнолуние… в спектакле заняты ученики профессора рати – Сергея Голомазова: Татьяна Тимакова и Надежда Беребеня. В интервью «Вечерней Москве» Сергей Голомазов объясняет – почему он вновь обратился к западной драматургии (последние постановки Сергея Голомазова: «Почтигород» (Джон Кариани), «Коломбо» (Жан Ануйя), «Аркадия» (Том Стоппард)), и почему театр сегодня остро заинтересован в молодых артистах.

 — Сергей Анатольевич, в прошлом году премьера вашего спектакля «Почтигород» состоялась в те же даты, как и «Канкун». Совпадение, или, быть может, астрологический прогноз?

 — Совпадение. По стилистике, рифме, пластике, конструкции, времени действия – «Канкун» совсем другая история. Пожалуй, только одно пересечение – в фантастических поворотах сюжета.

 — В труппе театра большой выбор молодых, красивых, талантливых актрис. Почему отдали предпочтение Татьяне Тимаковой и Надежде Беребене?

 — Все определяется не количеством красоты, а актерской заразительностью, талантом, и, разумеется, соответствием роли. Татьяна Тимакова, Надежда Беребеня, Владимир Яворский и Иван Шабалтас, на мой взгляд, тождественны своим персонажам, с той же психофизикой.

 — Среди актеров театра немало супружеских пар. Почему вы не воспользовались этой данностью для того, чтобы добиться большей сценической правды?

 — Героям — сорок с хвостиком, и они с большим опытом семейной жизни. Если бы 25-летние актеры играли 42-летних мужчин, то при всей театральной условности, это бы ощущалось. А наши семейные пары в театре достаточно молодые.

 — Спектакль «Канкун» с возрастным ограничением – «18+»…

 — Это требование контролирующих органов, которые следят за нравственностью в стране. В диалогах нашего спектакля затрагиваются проблемные вопросы семейной жизни, и есть жесткие фразы. Уверяю, что в этой постановке нет ничего такого, что может испортить мораль молодых любителей драматического искусства. есть некоторые откровенности интимного характера, которые известны каждому школьнику.

 — Наверняка проблемы семейной жизни у москвича и гостя карибского полуострова разные? Или весь современный мир стал одинаковым – как по одежке, так и по содержанию?

 — Что касается «Канкуна», там нет западной жизни в буквальном значении. Пожалуй, единственное отличие героев «Канкуна» от наших реалий – испанские имена… Гальсеран – многонациональный автор. По большому счету, в своих постановках я затрагиваю три темы – насилия, сиротства и страхов. И конечно, любви.

 — В афише спектакля «Канкун» написано – «Полнолуние без антракта». следы космического влияния есть на сцене?

 — Конечно. Природные явления на небе – одно из действующих лиц спектакля. Герои купили на две недели кусочек земного рая. Бесконечный пляж, бесконечное чистое небо над головой, и они все время под звездами.

 — Сергей Анатольевич, простите, за наивный вопрос – а вы смотрите на небо?

 — Когда был моложе, смотрел чаще. У меня был друг-астроном, который научил меня различать созвездия. Правда, в Москве мало что видно. Самые яркие звезды – на южном небосклоне.

 — А на вашем выпускном курсе в «РАТИ» есть будущие «Звезды»?

 — В таких случаях всегда говорю: поживем-увидим.  На этом курсе есть очень интересные, неординарные люди, которые оригинально мыслят, и у них много свежих идей. Например, спектакль «Три сестры» наполовину придуман самими студентами. Разумеется, они предлагают не на пустом месте, а после трех с половиной лет обучения в одном из лучших театральных вузов мира.

 — Сергей Анатольевич, вы взяли в труппу Театра на Малой Бронной почти весь свой курс – выпуск 2010 года. Нет ли у вас намерения создать свою мастерскую, наподобие мастерской Петра Фоменко или Сергея Женовача?

 — Объявить мастерскую можно, но, во-первых, меня одного на «все» не хватит – я же занимаюсь и театром, и труппой, и курсом в рати, и молодежью в театре…Должна быть некая программа, на фундаменте новой современной драматургии, а для этого нужны экспериментальные площадки, та же малая сцена. Больше сцена таких форматов, как правило, не выдерживает. Большая сцена не предполагает бесконечных экспериментов, риска. На большой сцене должен выходить качественный продукт, который пользуется массовым спросом. Есть некие условности репертуарного театра, переступать через которые худрук, который любит работать с молодежью, не может. У меня большие надежды на открытие малой сцены, где мы будем экспериментировать.

На большой сцене Театра на Малой Бронной сейчас идут спектакли, которые оценивать с точки зрения коммерции безнадежно, а эти спектакли, действительно, талантливые…Я имею в виду такие спектакли как «Бесы», «Палата номер 6» и другие…К сожалению, чтобы наполнить зал, одних художественных достоинств спектакля, — маловато.

Анжелика Заозерская, 17.12.2013

[ свернуть ]


Все начиналось с мелочи

6 февраля 2016
Вечером.ру Мы давно ждали от «Театра на Малой Бронной» чего-то особенного. После прошлогодней премьеры «Почтигорода» прошел почти год. Сердце предвкушало перемены, и они настали. На столичной площадке появился «Канкун» (перевод: Владимир Подгусков). Все те же темы —... [ развернуть ]

Вечером.ру

Мы давно ждали от «Театра на Малой Бронной» чего-то особенного. После прошлогодней премьеры «Почтигорода» прошел почти год. Сердце предвкушало перемены, и они настали. На столичной площадке появился «Канкун» (перевод: Владимир Подгусков). Все те же темы — любовь, отношения, люди. Однако уровень совершенно иной. 

Спектакль, разрывающий душу — так можно сказать об этом действии. И каждый, кто выйдет в конце спектакля из зала, наверняка спросит себя — а что я сделал не так 20 лет назад? «Канкун» — действие для тех, кто скучал по интеллектуальному театру. Здесь придется думать. Очень много думать. И до, и после, и вовремя. Причем каждый будет думать о своем. Кому-то о том, где он допустил ошибку, кому-то о том, с какой же малости началась его жизнь, а кому-то о том, что будет, если все переиграть. Тема переигрывания судьбы, сама по себе, не нова. Были и Макс Фриш с его «биографией», и другие авторы. Но московские художники этого мотива будто избегали. «Канкун» на этом фоне – театральный выстрел. Сергей Голомазов мастерски изобразил на сцене Театра на Малой Бронной тему переигрывания судьбы, и его спектакль — это приятное открытие. Это долгожданный дождь на фоне засухи новых идей.

Вообще в «Канкуне» все вроде бы состоит из этих мелочей, о которых, кстати, так много говорится в спектакле. Но именно эти детали и решают все. Голомазов берет не слишком раскрученную пьесу не самого популярного в России Жорди Гальсерана, выводит с помощью проектора самую обыкновенную луну и предлагает героям говорить монологи. Даже «саундтрек» к спектаклю (знаменитая I feel good) затерт почти до дыр. Все вроде бы просто, но именно в этой простоте и есть гениальность.

Спектакль «Канкун» — это собрание того, о чем мы все давно знали. Однако создатели соединили это таким образом, что постановка нам кажется откровением. Два часа (а представление идет без антракта) зритель находится в оцепенении. Это настолько реально и настолько нереально одвноременно, что к концу спектакля мы просто не понимаем, кто же виноват во всех этих бедах — судьба, сами герои или огромная луна…

«Канкун» можно смотреть не один раз. К нему можно и нужно возвращаться. И каждый раз, когда Джеймс Браун будет петь первые ноты своей нетленной композиции, а на арьерсцене появится фантасмагорическая луна, вы будете думать о чем-то своем. О чем-то новом.

Алина Артес, 16.12.2013

[ свернуть ]


Cергей Голомазов: «Свобода творчества – это иллюзия»

6 февраля 2016
«Новые известия» Сергей Голомазов, поставивший немало спектаклей в России и за рубежом, шесть лет назад был назначен руководителем коллектива на Малой Бронной. С тех пор жизнь этого театра сильно переменилась, однако нынешний сезон начался с конфликта – на сборе тру... [ развернуть ]

«Новые известия»

Сергей Голомазов, поставивший немало спектаклей в России и за рубежом, шесть лет назад был назначен руководителем коллектива на Малой Бронной. С тех пор жизнь этого театра сильно переменилась, однако нынешний сезон начался с конфликта – на сборе труппы прозвучали голоса недовольных «кадровой» политикой руководителя. Впрочем, театр продолжает работать в своем ритме и в начале декабря выпустил премьерный спектакль «Канкун». В интервью «НИ» Сергей Голомазов рассказал о том, как он чуть не угодил в психушку, о том, когда он позволит молодым режиссерам экспериментировать в своем театре и чем его заинтересовало творчество португальского драматурга.

– Сергей Анатольевич, вы уже шестой сезон на должности худрука в Театре на Малой Бронной. Какой процент того, что собирались, удалось осуществить?

– Наверное, процентов 60 задач, которые я перед собой ставил, я выполнил. Я пришел сюда, когда театр находился в абсолютной «контузии»: за первые полгода по объективным причинам слетело семь премьерных спектаклей, выпущенных до меня! За последующие несколько лет я смог привлечь более 20 молодых артистов в театр, мы осуществили несколько удачных проектов, некоторые были отмечены театральными премиями, половиной обновленного репертуара нам удалось вернуть в зал зрителя – довести заполняемость до 80 процентов. Хотя я ожидал более впечатляющих результатов. Хотелось бы, чтобы этот театр стал более современным брендом.

– А почему тогда не приглашаете авангардную режиссуру?

– Сцена – одна. Финансирование спектаклей не безгранично, бюджет отнюдь не космический. Вопрос покупаемости билетов, заполняемости зала никто не отменял. Я очень надеюсь, что летом закончится вторая часть реконструкции здания, появится малая сцена, и тогда по театру, раздражая всех, будут бегать молодые авангардные режиссеры, которых можно будет выпустить на малую сцену, чтобы они могли там себе рисковать сколь угодно при небольших бюджетных затратах на спектакль. Как было и в начале моего творческого пути, когда мне в Театре Гоголя дали поставить «Петербург» за три копейки.

– В вашем театре практически нет современных звезд. Не пытались ли вы их приманить?

– Я хочу построить свой театр, в котором, пока я работаю худруком, зажглись бы свои звезды. Революционный путь предполагает совсем другую стратегию – всех поувольнять и набрать новых. Как в театре на Таганке или в БДТ, когда туда пришел Товстоногов в 1957 году, оставил троих человек, остальных уволил. В нашем случае эта стратегия неприемлема. Поэтому я пытаюсь вырастить в этом театре новую генерацию, которая в будущем, если система репертуарных театров не рухнет окончательно, составит некую основу для рывка, для начала новой истории Театра на Малой Бронной. А что касается известных – я их приглашаю на проекты, в разумных пределах. У нас, например, сложились хорошие творческие отношения с Даниилом Страховым, с Юлией Пересильд, с Леонидом Каневским и Виктором Сухоруковым – но я их не искал как звезд, в качестве «Локомотивов» – просто есть творческий контакт.

– Только что на Малой Бронной состоялась премьера спектакля «Канкун» Жорди Гальсерана. Вы уже ставили его пьесу – в рижском русском театре. Откуда такая приверженность творчеству этого португальского драматурга?

– Я ставил «Метод Гренхольма» полтора года назад, поскольку текст привлек меня не только качеством драматургии, но темами и смыслами, которые меня волнуют. Пьесу «Канкун» перевели позже и уже поставили в Петербурге, в приюте комедианта. С точки зрения драматургической конструкции «Канкун» не менее изобретателен, не менее непредсказуем, а проблемы, затронутые в нем, столь же близки российскому обществу. Гальсеран угадывает и разоблачает фальшь ценностей европейской цивилизации, западного образа жизни. Издевается над истоками так называемой цивилизованной культуры, построенной на цивилизованном насилии, совершаемом в удовлетворение своих потребительских представлений о человеческом счастье. Мы тоже живем в стране, где с насилием сталкиваешься постоянно – в жизни, в творчестве, в отношениях с союзными государствами, с правительством, друг с другом, просто на улице… Причем неизвестно, что страшнее – буквальное физическое насилие, которое хоть понятно, или насилие более изощренное, которое мы испытываем со стороны телевидения, во взаимоотношениях с государственной властью, с правоохранительными органами, судами… На эту тему надо говорить, потому что жить с этим наследством невозможно!

– Напряженный сюжет «Метода Гренхольма» известен москвичам благодаря постановке в Театре Наций. Там речь идет о манипулировании психикой претендентов на хорошую должность в шикарном офисе…

– «Канкун» – тоже история о манипуляции – никто никого не унизил, не убил, не изнасиловал. речь идет всего лишь об уловке, о хитрости, которую совершила женщина 25 лет назад, украв ключи от автомобиля – для того, чтобы остаться с человеком, за которого она решила выйти замуж. И повернуть судьбу этого человека – и не его одного – вспять, пустив их по тому сценарию, который был выгоден ей. Счастья она не обрела, жизнь свою не устроила и, для того чтобы как-то справиться с этим, решила в этом признаться. После чего последовала немыслимая, таинственная и страшная цепочка событий, которая привела к разбитому корыту жизни и к необходимости задаться вопросом: на чем строятся наши беды, несчастья и те ценности, которые всем обрыдли? При этом в пьесе есть и элемент смешного – по сути, это трагикомедия о кризисе среднего возраста, только не очень веселая.

– Вы ощущаете кризис среднего возраста?

– У меня в жизни все происходит с опозданием лет на восемь. Я достаточно поздно поступил в театральный институт. поздновато женился и так далее. Поэтому ощущаю себя моложе своих 52 лет. Но надо сказать, что, когда мне было 30, я выматывался гораздо больше. теперь я научился, наверное, правильно перераспределяться – с точки зрения энергозатрат. Во всяком случае, у меня сейчас сил, по ощущению, несколько больше, чем 20 лет назад.

– Вы и театр получили не очень рано. Режиссеры стремятся к этому, надеясь обрести свободу. Не стали ли административные обязанности помехой творчеству?

– Худрук не может не учитывать обстоятельств жизни труппы. Есть разные поколения, между которыми существует либо определенный творческий союз, либо конфликт. Есть своя история отношений с творческим руководством. Есть люди, считающие себя несправедливо обиженными судьбой. Есть старожилы. А еще есть молодежь, которая претендует на свои площадки и место под солнцем, имеет неосторожную потребность творчески высказываться. Разруливать эти сложности можно двумя путями: либо принципиально, по-большевистски, либо эволюционно. Я предпочитаю эволюцию. Но эволюция и свобода творчества – две вещи несовместимые. Поэтому свобода творчества – это иллюзия. Ее как не было, так и нет, и не будет – независимо от того, есть у тебя свой театр или нет. Путь режиссера – это работа с людьми, сложные психологические отношения, бесконечные ребусы и загадки. У меня был единственный случай в жизни, когда я постарался решить творческую проблему буквально, взять и разрубить узел исключительно режиссерской волей. В результате я чуть не бросил театр и чуть не угодил в психушку. Это было давно, спектакль до сих пор идет, все, слава богу, живы и здоровы. И я благодарен этому опыту. Понял, что прямые пути – не самые правильные и не самые короткие. 

– На открытии сезона вас обвинили в том, что вы не занимаете в спектаклях актеров старшего возраста. Этот возраст просто не нужен в ваших спектаклях или дело в том, что это люди – заштампованные, застоявшиеся и их невозможно расшевелить?

– Газеты приписали Льву Дурову жалобу на то, что я не задействую старшее поколение, а предпочитаю молодежь – это не совсем точно по смыслу. Его критическая реплика в мой адрес была связана с моим отсутствием в театре в прошлом сезоне. А также с тем, что я не всегда советуюсь и не всегда размышляю в присутствии Льва Константиновича как корифея и бывшего главрежа театра о своих творческих планах. С его стороны было высказано пожелание большего творческого контакта со мной. Реплика, связанная с обвинением в пренебрежении старшим поколением, принадлежала не ему, а трем членам труппы. Причем только с одним из этих людей я действительно не работал, но сейчас я дал этой актрисе роль у другого режиссера. Но в целом я так или иначе пытаюсь пробовать работать со всеми поколениями театра. Если я не ошибаюсь, есть только четыре или пять человек, с которыми я вообще никогда не работал. Тому есть объективные ремесленные причины.

– А вы считаете худруков морально ответственными за занятость актеров репертуарного театра?

– В разумных пределах – да. А вообще эта ответственность мне кажется некой ловушкой. Должны быть законодательные рамки, которые если и не решат этих болезненных социальных и творческих проблем, то по крайней мере определят какие-то правила игры. С актерами, как и с художественным руководителем, должен заключаться срочный контракт – на три года или на пять лет (по мне, так лучше на три). Тогда у господ артистов разных поколений возникнет профессиональная и творческая потребность быть заинтересованным в своем художественном руководителе. А не бороться с ним в надежде, что придет кто-то другой, который уж точно разберется и будет строить репертуар на них. Надо все-таки мыслить параметрами творчества, а не параметрами субъективных амбиций. Трудно в такой атмосфере работать. Она разрушает не только меня, но прежде всего самих недовольных, а также молодежь, сам репертуарный театр, живущий, с моей точки зрения, в абсолютной правовой анархии – у актеров есть право на все, а у худрука мало на что.

– Вас не поймаешь на постоянстве при выстраивании репертуара… Разные темы, авторы, разные «театры». У вас есть своя тема в искусстве?

– Не думаю, что режиссер должен проповедовать только одну театральную эстетику – театр прекрасен в своем жанровом многообразии. Пожалуй, страх, сиротство, насилие и любовь – вот четыре темы, которые меня по большому счету всерьез волнуют. Потому что мы выросли в стране социально и нравственно осиротевшей и обездоленной. Потому что в государстве, где вся новая и новейшая история и политика строятся на насилии, вся жизнь основана на страхе. А единственное, что дает нам силы противостоять этому и не погибнуть до сих пор, – это любовь. Любовь к человеку, к своей стране многострадальной, ко двору, в котором ты вырос, к женщине, к близкому человеку. И любовь к театру.

Светлана Полякова, 16.12.2013

 

[ свернуть ]


«Канкун» в театре на Малой бронной: метод неудобства

6 февраля 2016
РИА Новости В Театре на Малой Бронной премьера. На афише нового спектакля под названием «Канкун» стоит возрастная маркировка 18+. Тот редкий случай, когда она оправдана. И дело не в «Клубничке» — чтобы понять свои ошибки двадцатилетней давности, тебе должно быть хот... [ развернуть ]

РИА Новости

В Театре на Малой Бронной премьера. На афише нового спектакля под названием «Канкун» стоит возрастная маркировка 18+. Тот редкий случай, когда она оправдана. И дело не в «Клубничке» — чтобы понять свои ошибки двадцатилетней давности, тебе должно быть хотя бы сорок.

Очень неплохую, но ничем не примечательную пьесу испанца Жорди Гальсерана «Канкун» худрук Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов, режиссер этого спектакля, вывел на космический уровень. И хотя текстовое наполнение явно требует сокращений, философский подтекст буквально вскрывает зрителю душу. В известном смысле, на все изменения в жизни мы решаемся тогда, когда нам становится неудобно. В застое и покое нет изменений – значит, чтобы придать толчок, надо лишить человека комфорта.

Голомазов лишает зрителя комфорта с первых же секунд. Ужасающие звуки, шумы, скрипы врываются в зал на предельной громкости – невозможно терпеть. Потом включается видеопроектор, расположенный на заднике сцены, – и тоже принимается мучить своими невыносимыми помехами. Под ногами у артистов – неудобная пляжная галька по замыслу художника-постановщика Михаил Краменко. И время от времени дует сильнейший ветер, портящий прически. Неблагозвучие, «Неблаговидение», отсутствие привычного комфорта, неудобство.

Двум семейных парам – Реме с Висенте и Лауре с Пабло – уже двадцать лет очень комфортно. Они дружат семьями, у Реме с Висенте подросли дети, жизнь сложилась удачно (у Висенте, к примеру, три машины), словом, все хорошо. Пока они не отправились вчетвером на две недели на мексиканский курорт в местечко Канкун. В один прекрасный вечер они напились шампанского и доболтались до того, что реме в пьяном угаре раскрыла старую тайну. Двадцать лет назад все четверо еще не были женаты и все складывалось наоборот: Пабло ухаживал за реме, а Лаура и Висенте нравились друг другу. И  как-то раз после общей вечеринки реме спрятала ключи от машины отца Висенте, чтобы не Висенте, а Пабло отправился провожать Лауру домой. Так и вышло, что Реме и Висенте остались наедине и впервые поцеловались. А Лаура и Пабло оказались одни в машине и тоже впервые поцеловались. Так сложились пары, влюбленности, жизни, карьера, семьи.
Признание реме повергло всех в шок. Жизнь зависела от такой малости, от крохотной лжи, от неумелой попытки управлять чужими поступками. Спьяну Пабло предлагает на время в Канкуне поменяться партнерами — так, как могло бы сложиться.

Во время введения в сюжет актеры с переменным успехом изображают пьяных, много смеются на сцене, когда зрителю совершенно не смешно, и стоят, как сосватанные, когда рядом их партнеры выясняют отношения. Но постепенно контакт налаживается, актеры «разыгрываются», погружаясь всем сердцем в драму абсурда. Семейные сцены переходят на масштабный уровень.

Космическая фантасмагория, подчеркнутая видеоартом с изображениями луны, горящего солнца, приближающихся и удаляющихся планет, начинается на следующее утро. Реме (Татьяна Тимакова) просыпается и видит голого Пабло (Иван Шабалтас). Постепенно выясняется, что в этом ничего нет удивительно: ведь Пабло – муж реме, чего тут такого. Реме кажется, что ее друзья решили пошутить над ней. Но никто не шутит: Висенте (Владимир Яворский) и Лаура (Надежда Беребеня) ведут себя так, будто они и вправду 20 лет в браке, а Пабло – так, будто он действительно муж Реме.

Над реме подшутили не друзья, а само время, сама жизнь, миропорядок. Вмешавшись в ход вещей 20 лет назад, теперь она постигнет все последствия своего вмешательства.

Случившееся перетряхивает все в благополучной жизни Реме. Оказывается, у нее нет ничего из того, к чему она так привыкла. Она забыла, что высоко над нами, в космосе, бродят неуправляемые вихри времени, судьбы, рядом с которыми мы так ничтожны. И как теперь вернуть установленный порядок вещей? Озадаченные зрители выходят из зала, старательно вспоминая: а где, в какой момент и сколько лет назад каждый из них смухлевал, играя с жизнью.

Вера Копылова, 14.12.2013

[ свернуть ]


Сергей Голомазов: эволюция требует времени

6 февраля 2016
«Московская правда» В московском драматическом Театре на Малой Бронной грядет премьера. Обозреватель «МП» Елена Булова побеседовала с режиссером-постановщиком нового спектакля, художественным руководителем театра, заслуженным деятелем РФ Сергеем Голомазовым.  — Сер... [ развернуть ]

«Московская правда»

В московском драматическом Театре на Малой Бронной грядет премьера. Обозреватель «МП» Елена Булова побеседовала с режиссером-постановщиком нового спектакля, художественным руководителем театра, заслуженным деятелем РФ Сергеем Голомазовым.

 — Сергей Анатольевич, чем на этот раз будете удивлять зрителя?

 — Я взялся за пьесу очень талантливого автора. Это Жорди Галсеран, испанец, каталонец. Он не новичок на российской сцене, но не могу сказать, что особенно известен. В России переведено всего два его произведения. Одна пьеса идет в Москве, и я тоже ее ставил, правда, в Латвии, — это «Метод Грёнхольма». Вторая называется «Канкун» (исп. cancun). Это крупный город в Мексике на полуострове Юкатан, один из самых фешенебельных курортов в мире, где круглый год температура воды — плюс 24 градуса, воздуха — 28. Земной рай для богатых североамериканцев и европейцев.

История, рассказанная Галсераном, — совершенно фантастическая, с невероятной фабулой. Хотя сказочного там, в прямом смысле слова, ничего нет, и если бы мы сравнили ее с произведениями мировой драматургии, то по своим сюжетным поворотам она наиболее приближена к шекспировскому «Сну в летнюю ночь». Только в «Канкуне» нет волшебного эликсира: человек просто засыпает в одних обстоятельствах, а просыпается в иных, которые он так или иначе планировал 25 лет назад. такая вот сюжетная эквилибристика.

 — А поподробнее можно?

 — Две семейные пары, знакомые друг с другом очень давно, последние 25 лет отдыхают вместе: у одной пары есть дети, у другой нет. Но они дружат. Поехали отдыхать в Канкун, и одна из героинь признается, что в свое время пошла на уловки, чтобы отбить парня у своей ближайшей подруги и заполучить его в мужья — спрятала ключи от автомобиля, на котором молодой человек должен был проводить свою девушку домой с вечеринки. Между героями происходит непростое объяснение — скандал. А на следующее утро они все просыпаются совершенно в иных обстоятельствах жизни. Их судьба в новой версии сложилась так, как если бы истории с ключами не было, так, как если бы героиня ничего не планировала, а все шло своим чередом. 

Вот такой поворот, который мог бы случиться в типичной комедии положений. Но на самом деле все не так просто. Пьеса, с моей точки зрения, выходит далеко за рамки жанра банальной комедии положений, хотя голливудские повороты сюжета там и присутствуют. Она затрагивает куда более серьезные темы и смыслы, проблемы современной, так называемой цивилизованной семьи, где зачастую «счастье» и «благополучие семейной жизни» построены на лжи и насилии. Ведь это часто случается, что отношения с самыми близкими выстраиваются по лекалам сугубо эгоистических, потребительских представлений о жизни. «Канкун» Гальсерана про то, к чему приводит жизнь и семейное счастье, замешанное на хитростях, на разного рода насилии, и что из этого выходит. Материал достаточно жесткий по отношению к так называемому европейскому среднему классу и его «ценностям». Хотя если бы это была только европейская пьеса, я бы за нее не взялся: она очень близка и к нам, и к нашим проблемам, с которыми сталкивается среднее поколение людей. И дело тут не только в возрасте. 

 — Расскажите, чем она нам близка?

 — Ощущением исторической, социальной инквизиции. Мы жили и живем в стране, где царит дух полицейского, инквизиторского государства. Вековое российское рабство со своим пряным, бесбашенным анархизмом очень близко по своей ментальной природе к духу испанской инквизиции. По крайней мере то, что мы позволяем себе в семьях, по отношению к близким, как и инквизиция, — дикость. Вы знаете статистику семейного насилия в семьях? Она чудовищна! Поэтому, на мой взгляд, пьеса может быть очень близка российскому зрителю. Малокультурная, невежественная патриархальность по природе глубоко консервативна и держится на насилии. Я имею в виду, разумеется, насилие не буквальное, оно ведь может быть и косвенное. Насилие, как незримая темная материя, как неотъемлемая, привычная часть нашей жизни, распространено вокруг нас, и мы постоянно с ним сталкиваемся как с «бытовым» явлением. В метро, в отношениях с государством, в семье, на работе, на улице, в магазине, на тв и так далее. Это большая часть нашей жизни. поэтому пьеса намного шире комедии положений, ее пафос шире забавных поворотов сюжета, которые предлагает автор. И это при чрезвычайно крепко сделанной, со сценарной точки зрения, драматургии — история до финала не отпускает зрителя, который до последней минуты не может ответить на вопрос, чем все закончится. Фантастические, трагические повороты и совершенно неожиданная развязка.

Спектакль идет без антракта 1 час 50 минут. Очень замечательный израильский художник Михаил Краменко делает оформление — планета, бесконечный каменистый океанский пляж. Наталья Каневская создала интересные костюмы. В ролях заняты Иван Шабалтас, Владимир Яворский. А также Татьяна Тимакова и Надежда Беребеня — две молодые актрисы из моего выпуска в ГИТИСе. Получилась смешанная команда, и это отличный пример, когда на сцене органично сосуществуют актеры разных поколений. 

 — Много лет назад вы в интервью рассказывали, что случайно зашли в кинотеатр «Мир» на фильм «Солярис» Тарковского, а вышли уже другим человеком. Что с вами нечто подобное случалось и на «Ленкомовских» спектаклях «Иванов», «Три девушки в голубом», «Тиль» — они переворачивали все внутри. Как вы думаете, после этого спектакля у кого-то из зрителей что-то в мозгах «перещелкнет», чья-то жизнь от соприкосновения с этим материалом поменяется?

 — Если бы я на это не надеялся, то, наверное, не взялся бы за эту пьесу, которая во многом (не буквально, конечно) про меня, про нас, про людей, которые меня окружают. Хотя я не верю в то, что «красота спасет мир» и что искусство и творчество способны коренным образом изменить жизнь социума. Нет, театр, каким бы он ни был прекрасным, вряд ли на это способен. Сила воздействия красоты, сила воздействия искусства на нашу жизнь, увы, ничтожна. Но. ..

 — Спасибо за «но»…

 — Но при этом если два-три человека из зрительного зала окажутся в плену этой красоты, в плену театра и благодаря спектаклю станут чуть лучше, это — победа. Так, по крупицам и мир спасем. 

 — Прошло шесть лет с того момента, когда вы пришли в Театр на Малой Бронной. Уже можно подвести промежуточный итог: что получилось из того, что задумывалось, а что нет? 

 — Сейчас на Малой Бронной я стараюсь все-таки опираться на то, что называется эволюционным путем. Возможно, при других обстоятельствах и в другом театре я опирался бы на революционные методы. Что хорошо, что плохо — я не знаю. Стратегию выбирает сама жизнь. Эволюционно развивать театр, коллектив, самому развиваться как режиссеру и педагогу — я выбрал такой путь. Этот путь не предполагает каких-то резких движений, но этот путь, к сожалению, очень долгий. Эволюция требует времени. Нужно, чтобы пришло новое поколение, чтобы сформировались обстоятельства для преемственности разных поколений в труппе, возник крепкий репертуар, чтобы поколения творчески перемешались, чтобы возникла новая творческая актерская генерация. 

Из того, что не получилось, при других обстоятельствах за тот же самый срок я мог бы сделать несколько больше, хотя — не знаю.

Из того, что получилось: на мой взгляд, мы сделали несколько спектаклей, за которые не стыдно. Труппа сохранена и обновлена. Мы играем спектакли, большая часть коллектива занята в репертуаре, зритель к нам ходит не без удовольствия. И вас приглашаю на премьеру «Канкуна» в декабре.

…Может, это не так уж и плохо — эволюционный путь развития? Тем более что история нас учит тому, что революции иногда откидывают народы на 70 лет назад, и спустя десятилетия приходится все начинать заново.

Елена Булова, 11.12.2013

[ свернуть ]


Спектакль «Канкун» в Театре на Малой Бронной

6 февраля 2016
РИА Новости Художественный руководитель театра режиссер Сергей Голомазов уже работал с произведения этого автора: в 2012 году он поставил в рижском театре Русской Драмы имени Михаила Чехова его пьесу «Метод Гренхольма». И вот теперь выбор режиссера пал на «Канкун», ... [ развернуть ]

РИА Новости

Художественный руководитель театра режиссер Сергей Голомазов уже работал с произведения этого автора: в 2012 году он поставил в рижском театре Русской Драмы имени Михаила Чехова его пьесу «Метод Гренхольма». И вот теперь выбор режиссера пал на «Канкун», который будет поставлен в Москве впервые.

Канкун — это курорт в Мексике, фешенебельное место отдыха, популярное среди европейцев и американцев. По сюжету именно здесь отдыхают друзья — две семейные пары, которые знают друг друга практически всю жизнь. Но случайное признание одной из героинь омрачает пребывание на курорте и приводит к возникновению трагических, почти фатальных событий. 

«Тема насилия — этим пропитано все творчество испанского драматурга, — рассказал РИА новости Голомазов. — Он все время крутится и размышляет вокруг того, что называется „цивилизованным насилием“. Если говорить о „Канкуне“, удивительно загадочной и лихо скроенной пьесе, то она больше всего о том, как опасно дразнить судьбу, как опасно играть с ней. И не только с собственной, а прежде всего, с судьбой близких тебе людей, твоих друзей. Ты рискуешь запустить в ход таинственные и неведомые законы, которые заставят тебя заглянуть в „Ящик Пандоры“ — источник всех бед».

По словам режиссера, в этой пьесе автор, по сути, размышляет о природе и механизмах человеческого насилия — не буквального, а косвенного. Оно не менее опасно, чем физическое, однако его очень трудно, а подчас и просто невозможно распознать.

Что касается сценического пространства, то оно довольно условное. Как сказал Голомазов, события пьесы перенесены на бесконечный каменистый пляж, похожий на лунную поверхность. В подзаголовке спектакля жанр постановки даже обозначен как «полнолуние без антракта».

В спектакле заняты актеры среднего поколения — Иван Шабалтас, Владимир Яворский — и совсем молодые ученицы Голомазова — Татьяна Тимакова и Надежда Беребеня.

В дальнейших планах режиссера, по его словам, постановка современной пьесы Анатолия королева «Формалин» о журналистском расследовании уголовного дела, связанного с похищением ребенка.

Наталья Курова, 11.12.2013

[ свернуть ]


«Почтигород»: столкновения с любовью В Театре на Малой Бронной начался премьерный показ спектакля «Почтигород»

6 февраля 2016
«Новая газета» Пьеса Джона Кариани Almost, maine пользуется большой популярностью в США, ее также ставили в Германии, Канаде, Австралии и других странах. В России это первая постановка, осуществленная режиссером Сергеем Голомазовым. Пьеса американского драматурга Д... [ развернуть ]

«Новая газета»

Пьеса Джона Кариани Almost, maine пользуется большой популярностью в США, ее также ставили в Германии, Канаде, Австралии и других странах. В России это первая постановка, осуществленная режиссером Сергеем Голомазовым.

Пьеса американского драматурга Джона Кариани «Почтигород» — это девять маленьких сюжетов, объединенных в один. Все они происходят в выдуманном автором городе под названием «Почтигород» где-то на очень дальнем севере, и каждая из этих небольших историй случается в один и тот же день, в одно и то же время — в пятницу, зимним вечером в девять часов.

«Почтигород» — спектакль про чудо любви. Истории, которые составляют пьесу, — смешные и немножко грустные, забавные и трогательные. Люди, которые живут в Почтигороде, кажутся обычными — но только на первый взгляд. Среди них, например, есть глория, чье сердце разбилось на 19 кусочков; Стив, который не чувствует боли; Гейл, у которой скопилось так много любви, что она хранит ее в больших красных сумках. Все они переживают утрату любви и ее обретение. 

Как пишет сам драматург, «вся эта пьеса — об одном мгновении, а именно о том, что происходит с людьми в минуту душевного волнения, эта пьеса о реальных людях, которые ведут себя честно и искренне, когда сталкиваются с самым сложным, что может быть на земле, — с любовью».

В ролях: Дмитрий Сердюк, Ольга Николаева, Настасья Самбурская, Егор Сачков, Татьяна Тимакова, Мариэтта Цигаль-Полищук, Леонид Тележинский, Александр Бобров, Ольга Смирнова, Екатерина Дубакина, Светлана Первушина, Надежда Беребеня, Юрий Тхагалегов, Владимир Яворский, Александр Голубков, Петр Баранчеев, Дмитрий Цурский, Лариса Богословская, Евгения Чиркова, Алексей Александров, Таисия Ручковская, Дарья Грачева, Дмитрий Варшавский, Дмитрий Гурьянов.

Сергей Грушин, 17.12.2012

[ свернуть ]


Пресс-конфереция с актерами Театра на Малой Бронной в Минске

6 февраля 2016
«Комсомольская Правда-Минск» Для выступления известный театр при поддержке белорусского «Театра Ч» привез целую труппу блистательных актеров. Виктор Сухоруков, Александр Самойленко, Ольга Ломоносова, Даниил Страхов — это даже не половина списка звездного состава, ко... [ развернуть ]

«Комсомольская Правда-Минск»

Для выступления известный театр при поддержке белорусского «Театра Ч» привез целую труппу блистательных актеров. Виктор Сухоруков, Александр Самойленко, Ольга Ломоносова, Даниил Страхов — это даже не половина списка звездного состава, который три вечера развлекали публику вначале классическими постановками «Тартюф», «Ревизор», а на десерт — спектакль «Я не Раппапорт» с Львом Дуровым в главной роли.

В пресс-центре «Комсомолки» актеры с удовольствием рассказывали о своей работе, немного пожаловались на шумный ремонт.

 — Вы можете представить этот ужас, если вам проходилось делать ремонт у себя дома, когда строители входят в дом, — вздыхает директор театра Константин Чернышев. — Театр вступил в трехлетнюю полосу реставрационных работ. Они будут вестись параллельно с нашей деятельностью, артисты уже почувствовали, что это такое, когда стучат отбойные молотки, но это такая необходимость, которая нужна для того, чтобы театр продолжал жить уже в новом качестве.

 — Белорусский фестиваль «Лёстапад» каждый год приглашал вас в гости, вы, кажется, с удовольствием приезжали. А потом прекратили — что случилось? — спросили журналисты у актера.

 — Приглашают меня на этот фестиваль каждый год, — эмоционально начал Виктор. — Дело в том, что, когда в очередной раз меня пригласили на фестиваль, а в это время у меня как раз выходила великолепная картина мэтра русского кинематографа Виталия Мельникова"Агитбригада «Бей врага!». И когда я им предложил эту картину в программу, заметьте, не в конкурс, а в программу — они не взяли. Мне сказали: «Ну, у нас же есть комиссия — вы понимаете». Думаю, ну, танцуйте дальше. Я оскорбился, обиделся за Мельникова, за кино свое. И больше, сказал я тогда, на ваш фестиваль не приеду! Вот она какая была, моя меркантильная причина. Хотя фестиваль прекрасный, великолепно всегда проводится, гостей отлично принимают, хотя и здесь были вопросы. Например, когда я сидел здесь три дня без копейки денег, а потом, когда мне пришлось уезжать в Россию, пришла какая-то дама из пивного ларька, такой «булгахтер», и выдала мне зайчиками суточные. Сказала: «Мне вот только выдали». «И что же мне с этим делать? — спросил я. — Может быть, отдадите мне российскими рублями или долларами?» а она говорит: «Не положено!». И такое бывало! Люблю я этот фестиваль, и приеду сюда, конечно, если будет стоящее кино, а просто так гулять я могу и в другом месте.

 — А есть ли у нас это самое хорошее кино? И театр?

 — Театр был и будет — все зависит только от степени воздействия. И кино у нас есть, другой вопрос, сильное оно у нас или слабое, хорошо подается или плохо. Я не сторонник одного девиза, который даже прозвучал у Тарковского — мне зритель, мол, не нужен. Да все же делается для зрителя! И когда, как утверждает тот же Сакуров (режиссер. — ред.), что ему не важно мнение зрителя — тогда даже немножко странно. А зачем тогда ты это делаешь? Ты что, в замкнутом каком-то пространстве? Нужно служить людям, а не высокомерничать. А уж хорошо или плохо — найдется свой зритель, лишь бы это дышало искусством.

 — Недавно в Минске ваш старый товарищ, актер и музыкант Петр Мамонов утверждал совершенно противоположное…

 — Да? Интересно, он же деньги за свои выступления берет? Берет! Ах, Петр Николаевич лукавит! Мы давно с ним не встречались, но у нас очень хорошие дружеские отношения, но в данном случае Петр Лукавит. Он артист очень индивидуальный, эгоистичный, яростный и очень не уживчивый с другими партнерами, но работать с ним очень приятно.

 — Недавно Анжелина Джоли рассказала о том, что отрезала грудь. Как вы относитесь к такой шокирующей откровенности звезд?

 — Да вы что? Мы в Минске, со спектаклем и говорим о Джоли! Вот если бы она нашла лекарство против рака — пусть бы рассказывала, а так — зачем делится этим? Нет, я такое не поддерживаю.

Екатерина Романова, 15.05.2013

[ свернуть ]


Гастроли Театра на Малой Бронной в Минске

6 февраля 2016
Белапан С 14 по 16 мая в Минске проходят спектакли Московского Драматического Театра на Малой Бронной. При поддержке «Театра Ч» российский коллектив привез в белорусскую столицу три спектакля: «Тартюф», «Ревизор» и «Я не раппапорт». Об этом сообщил на пресс-конферен... [ развернуть ]

Белапан

С 14 по 16 мая в Минске проходят спектакли Московского Драматического Театра на Малой Бронной. При поддержке «Театра Ч» российский коллектив привез в белорусскую столицу три спектакля: «Тартюф», «Ревизор» и «Я не раппапорт». Об этом сообщил на пресс-конференции 14 мая директор московского театра Константин Чернышев.

«Это те спектакли, которые отражают сегодняшнюю жизнь Театра на Малой Бронной», — сказал Чернышев и добавил, что сейчас театр редко выезжает на гастроли. «Вывезти 60 человек труппы плюс декорации, поселить их в хороших условиях, например, в Минске — это очень дорогое удовольствие», — заметил он.

Режиссер спектакля «Тартюф» Павел Сафонов отметил, что постановка стала уникальной благодаря актерскому составу, куда входят Виктор Сухоруков, Ольга Ломоносова и Александр Самойленко.

«Мне кажется, спектакль „Тартюф“ — история очень живая, правдивая и острая, — сказал он. — Пьеса не могла бы жить 300 лет и привлекать внимание, если бы она не касалась основных моментов человеческой жизни. Мы постарались понять всех героев пьесы и не делать их глупее, чем мы сами. Это тоже привлекает людей в зрительный зал».

Актер Виктор Сухоруков в свою очередь сказал: «Я сейчас серьезно хочу поблагодарить президента Лукашенко за то, что он поздравил меня с юбилеем красивой телеграммой. Мне очень приятно, что руководитель другой страны, с которым мы не встречались, чай не пили, поздравил меня».

Актер рассказал, почему он больше не участвует в фестивале «Лёстапад», отметив между тем, что сам фестиваль «Прекрасный и великолепно проводится».

«Все равно фестиваль — это встречи, разговоры, дискуссии, где мы знакомимся друг с другом, влюбляемся или нет друг в друга», — добавил Сухоруков.

, 15.05.2013

[ свернуть ]


Обыкновенное чудо реальной любви

6 февраля 2016
www.newlookmedia.ru Художественный руководитель Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов поставил пьесу американского актера театра и кино, драматурга Джона Кариани «Почтигород», пользующуюся большой популярностью в США, Германии, Канаде, Австралии и др., постановку... [ развернуть ]

www.newlookmedia.ru

Художественный руководитель Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов поставил пьесу американского актера театра и кино, драматурга Джона Кариани «Почтигород», пользующуюся большой популярностью в США, Германии, Канаде, Австралии и др., постановку которой в Портленде, штат Мэн, Wall street journal назвал одной из лучших постановок сезона 2004-2005. Трогательные истории про любовь, несовершенство окружающего мира и трагедию маленького человека, заключающуюся всегда в его одиночестве, а в современном мире и в вынужденном эгоизме, на которое его обрекает общественный строй и навязываемая сми мода на индивидуализм, и про острую нехватку/жажду любви именно в канун нового года/рождества, как писал отец нашего прославленного режиссера Андрея Тарковского, известный поэт Арсений Тарковский: «Порой по улице бредешь — нахлынет вдруг невесть откуда и по спине пройдет, как дрожь, бессмысленная жажда чуда.» Вот именно такая жажда чуда и само это чудо (которое на самом деле под силу каждому из нас стоит лишь позволить своему сердцу любить…) и случается в Почтигороде в каждой истории, происходящей согласно замыслу драматурга в одну и ту же ночь и мгновение… Сказки, рассказывающиеся под необыкновенно точно угаданную музыку (музыкальное оформление Елены Шевлягиной) и рождественское оформление (художник-постановщик Николай Симонов, художник по свету Андрей Изотов, художник по костюмам Евгения Панфилова), луна, искрящийся снег, сыпящийся из-под потолка… И необыкновенные же, чудные дети-молодые актеры, с необыкновенно чистой душой, так искренне играющие — проживающие свои истории, такие трогательные. Редко сейчас бывает в спектакле один такой щемящий момент, а тут он в каждой истории и каждый раз берут планку… Спектакль относит сразу и к «Реальной любви» и к «Париж, я люблю тебя», трогательностью нескольких историй, «Обыкновенному чуду» (обоим фильмам), музыкальностью и ожиданием/ощущением чуда, и к Лепажу и Паске, хедлайнерам чеховского, своей искренностью и клоунадой, помогающей пробиться к нашим сердцам, достучаться до них. Но тем трудней и задача, ведь цирк должен быть на порядок выше в театре, чтобы не опошлить и умалить, и в который раз чувство меры не подводит ни режиссера, ни актеров, ни команду… Режиссер очень удачно продолжил историю чаплиновского героя, и гоголевского Акакия Акакиевича, доказав актуальностью темы одиночества и трагедии маленького человека в очередной раз, что все мы вышли из гоголевской шинели…

О сюжете говорить не буду, как не стала бы выделять и кого-то из актеров. Хороши все, и Дмитрий Сердюк (пит и трогательный клоун с светящимся шаром, отделяющий истории друг от друга), Ольга Николаева (Джинетт), Егор Сачков (Ист), Татьяна Тимакова (Глория), Александр Бобров (Джимми), Екатерина Дубакина (Сандрин), Светлана Первушина (бойкая официантка), Мариэтта Цигаль-Полищук (Марвелин), Сергей Кизас (Стив), необыкновенно трогательная клоунада в исполнении Настасьи Самбурской (Гейл) и Владимира Яворского (Лендал), Петр Баранчеев (Рэнди) и Александр Голубков (Чед), Дмитрий Цурский (Фил) и Лариса Богословская (Марси), необыкновенно же трогательные Евгения Чиркова (Надежда), Юрий Тхагалегов (человек, потерявший надежду), и Таисия Ручковская (Ронда) и Дмитрий Гурьянов (Дэйв). Все заканчивается хорошо, и этот спектакль относится к разряду must have в своем активе для влюбленных парочек, и на новый год и на День Святого Валентина, и в другие дни, как вариант для свидания. Видела счастливые парочки, где девушки к концу спектакля клали головы на плечи молодых людей, на протяжении спектакля люди смахивали наворачивающиеся слезы, а в конце зал стоял и гремел. Так что если вы влюблены или ощущаете нехватку чистоты, искренности, любви и романтики, то вам сюда — Малая Бронная, «Почтигород». Потому что даже если не влюблены, но очень хотите испытать это чувство, то ощутите его в любви героев друг к другу, и в любви актеров, режиссеров и команды, одним словом в любви театра-дома, театра куда хочется приходить и где испытываешь чувство уюта и чего-то родного. А еще, это один из лучших вариантов встречи нового года, ближайший спектакль как раз 31.12! И если вы еще не придумали где, но хотите новогодней атмосферы и волшебства — не бойтесь, билеты в кассах пока есть (причем по очень бюджетным ценам в отличие от близлежащих театров) и без стотысячных переплат всем известных театров, а качество и впечатление в отличие от них гарантированы. От себя я добавлю, что была на спектакле по приглашению известной актрисы Веры Бабичевой (ее и Сергея Голомазова ученики составляют большинство талантливой молодежи театра), и имела честь сидеть с ней рядом. Ни разу не видела до этого момента, чтобы известные актеры или режиссеры плакали на спектаклях. И вот здесь я увидела это впервые. Видишь и понимаешь градус искренности и чистоты. Я всегда считала Эфроса, который утверждал, что только хороший человек может быть хорошим актером, идеалистом… Считала это его утверждение чем-то недостижимым, не из нашей жизни, но впервые в этот вечер поколебалась в своей уверенности. Театр возвращает возможность испытывать романтические, а не только прагматические чувства, заставляет зачерствевшую душу стать мягче, и значит возвращает ее к жизни. Делает старичков по состоянию души в любом возрасте моложе. Театр, где не прикрываются понятием «новой драмы», чтобы скрыть им недотянутые моменты, где можно было бы играть и с меньшей силой и при этом не упасть ниже уровня настоящей хорошей драмы. Театр, где несмотря на клоунаду на сцене, подчас смелые — современные решения в вопросах костюмов и декораций, все сделано с таким чувством меры и вкуса, что даже у самого закоренелого любителя классики, такого как я, и у пожилых театралов-консерваторов, оставляет не ощущение новодела, а именно послевкусие классической драмы, хорошей драмы, что еще раз подтверждает мою мысль после просмотра Лепажа, Паски, Боурна, что драма не делится на старую и новую, а только на хорошую и плохую. И тем не менее режиссер раздает всем сестрам по серьгам, и любители новой драмы увидят в современном и модном оформлении спектакля свое. Мне удалось побывать за кулисами театра и я сама своими глазами видела всех этих талантливых детей. Они и в жизни такие. Окрыленные, с широко распахнутыми сияющими глазами, чистые. Остается только пожелать им всем хорошей актерской судьбы, и режиссеров, которые и дальше смогли бы раскрывать их талант во всех его разносторонних гранях, и достойный драматургический материал. А еще я прошла по той самой сцене и тому самому снегу, видела (впервые) зрительский зал каким его видят актеры со сцены. Непередаваемые ощущения. И кабинет художественного руководителя, к слову, отделанный очень скромно в стиле 80-х с деревянными панелями. Коридоры и атмосфера мне очень напомнили фильм «Чародеи», я как бы почувствовала себя в этом фильме, как бы ощутила волшебство на вкус, оно было почти осязаемым.

источник: http://www.newlookmedia.ru/?p=25016
© Издательский дом «Довый взгляд»

Татьяна Львова, 30.12.2012

[ свернуть ]


Наталья

20 января 2016
Здравствуйте, давно не была на таких спектаклях. Игра актеров завораживает,спектакль смотрится на одном дыхании! Браво! Отдельное браво,конечно, Виктор Сухоруков, Александр Самойленко и Агрепина Стеклова! Была первый раз на этом спектакле,но чувствую,что на нем всегд... [ развернуть ]

Здравствуйте, давно не была на таких спектаклях. Игра актеров завораживает,спектакль смотрится на одном дыхании! Браво! Отдельное браво,конечно, Виктор Сухоруков, Александр Самойленко и Агрепина Стеклова! Была первый раз на этом спектакле,но чувствую,что на нем всегда аншлаг!!! Браво!

[ свернуть ]


Калиния Андреевна Ковалевская

28 декабря 2015
Замечательный спектакль, великолепное актерское исполнение, интересная постановка. Не знаю насколько мне удалось прочувствовать всё то, что режиссёр и актёры хотели передать зрителю, но после спектакля я вышла с настолько противоречивыми чувствами, что даже эмоциями ... [ развернуть ]

Замечательный спектакль, великолепное актерское исполнение, интересная постановка. Не знаю насколько мне удалось прочувствовать всё то, что режиссёр и актёры хотели передать зрителю, но после спектакля я вышла с настолько противоречивыми чувствами, что даже эмоциями выразить их не могла. Очень приятно, что есть такие спектакли как этот, которые затрагивают душу зрителя и дают возможность задуматься, понять, открыть что-то в себе. Это прекрасно! Отдельно хотелось бы написать о зрителях. Возможно я так не очень удачно попала на спектакль. Я пришла на этот спектакль с мамой и наши места были в амфитеаире. Всю первую часть до антракта смотреть было очень тяжело из-за постоянных разговоров зрителей, доносящихся с разных сторон. После антракта мы уже не выдержали и попросили разрешения пересесть на свободные места. Вторая часть прошла спокойнее, но все-равно были либо слышны голоса из зала, либо телефон звонил, либо другой посторонний шум. Мне очень обидно, что люди не ценят и не уважают работу других, ведь актёры и вся команда, участвующая в постановке спектакля, так для нас стараются. Очень надеюсь, что люди изменятся в лучшую сторону. Помимо негативного стоит заметить, что была и положительная сторона. По окончанию спектакля зрители аплодировали стоя, кричали "браво" и это было очень приятно. В целом данный поход в театр мне очень понравился. Благодарю всю команду, принимавшую участие в постановке спектакля. Отдельно выражаю благодарность режиссёру - Павлу Сафонову, актёрам, замечательно исполнившим свои роли: Ивану Шабалтасу, Ольге Ломоносовой, Григорию Антипенко, Дмитрию Варшавскому и другим. Спасибо этому театру за замечательный спектакль! Обязательно приду к вам ещё раз.

[ свернуть ]


Смена курса

9 декабря 2015
После шумного «Берега утопии» в РАМТе стало очевидно, как недостаёт столичной сцене работ Стоппарда, богатых мыслью и чувством. Однако, Сергей Голомазов — давний поклонник драматурга (когда-то он сам играл в российской постановке «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» в ... [ развернуть ]

После шумного «Берега утопии» в РАМТе стало очевидно, как недостаёт столичной сцене работ Стоппарда, богатых мыслью и чувством. Однако, Сергей Голомазов — давний поклонник драматурга (когда-то он сам играл в российской постановке «Розенкранц и Гильденстерн мертвы» в Театре Маяковского), на сцене руководимого им Театра на М. Бронной поставил «Аркадию», самую, пожалуй, изощрённую интеллектуальную игру сэра Томаса.

В приложении к программке театр разъясняет некоторые темы, затронутые драматургом: рассказывает нынешнему зрителю, что за страна Аркадия, кто такой Байрон и каковы 2-й закон термодинамики и теорема Ферма. Последнее особо важно, поскольку язвительный автор вывел среди героев тринадцатилетнюю девочку, гениального математика, опередившую своё время, и контраст с уровнем образованности публики должен придать действию дополнительную энергию, а зрителю — обострённость восприятия. Впрочем, Стоппард вряд ли ожидал, что его создание столкнётся с аудиторией, которой надо растолковывать элементарные вещи. Мощь мысли, столкновения интеллектов нечасто в чести на русской сцене, а сегодня особенно не востребованы.

Сценограф Алексей Порай-Кошиц от портала к порталу выстроил стену старого дома, сквозь окна-двери которой чудятся иные пространства, точно следуя пожеланиям автора. Персонажи на авансцене подаются крупным планом, их хочется разглядывать, разгадывать, поверять на соответствие эпохе — не все выдерживают проверку. Стоппард верен единству места — всё происходит в одной усадьбе, но насмехается над единством времени: сцены из начала века ХIX (в этой усадьбе гостил Байрон) сменяются эпизодами конца ХХ (расследуется случай, связанный с пребыванием знаменитого лорда). Соответственно кто-то из актёров играет давно ушедших, кто-то наших современников, причём драматургу важна зримая смена героев и столетий, порой он одновременно помещает на сцене персонажей разных эпох. Режиссёр ещё усиливает мотив быстротечности, изобретая общее для них действие: вот юной леди учитель возвращает тетрадку — её передают из рук в руки, сидящие рядом люди двух столетий. А вот распахиваются двери в сад — у каждой из створок стоят, глядя друг на друга или в зал, дальние предки и нынешние потомки…

В таком коллаже необходимо мгновенное узнавание, чёткое отличие представителей века минувшего от сынов и дочерей последующего — качество, почти утраченное современной сценой, предпочитающей вневременную условность. Игра в прошлое убедительна у Данила Лавренова, ещё недавнего актёра питерского МДТ (завидное приобретение для столичных подмостков в целом): его учитель Септимус сдержан и раскован, как и подобает аристократу (в его дружбу с мятежным Байроном веришь безоговорочно), дерзок и нахален, как положено 22-летнему, но и способен быть требовательным и заботливым по отношению к своей взбалмошной ученице. Пожалуй, только его неразделённая любовь к хозяйке усадьбы, леди Крум нуждается в более рельефном выражении, но тут можно предъявить претензии к исполнительнице этой роли Ларисе Богословской — актрисе тонкой, но здесь перемудрившей с эксцентрикой. Её героиня не вызывает особой симпатии, и любовь учителя ставится под вопрос.

Вообще знаменитая британская оригинальность, которую с любовной усмешкой описал Стоппард, зачастую понимается артистами как клоунада (нечто родственное Комеди Клабу), что разрушает изящество авторских построений. Разве что опытнейший Владимир Ершов, который первым выходом своего героя, разгневанного рогоносца, тяготеет к эстраде, в дальнейшем рисует с изяществом бездарного и тщеславного поэта.

Пока сомнения вызывает центральная героиня — тринадцатилетняя девочка в исполнении Антонины Шеиной, грациозной ученицы Голомазова. От неё требуется филигранное распределение сил, поскольку роль тройной сложности: вначале никто из зрителей, как и из действующих лиц, не подозревают в капризном подростке основного персонажа, единственного, кто войдёт в историю благодаря собственным заслугам, а не знакомству с великим человеком. Проследить превращение утёнка в лебедя — задача уже трудная, а тут ещё преображение возрастное, расцвет женственности из угловатого подростка (недаром Стоппард дал ей лета Джульетты). Наконец, надо сыграть гениальность, передать взрывчатую смесь заурядной зубрёжки и головокружных прозрений, от которых теряет дар речи даже её суперобразованный педагог. (В эти открытия не могут поверить высокомерные потомки следующего столетия. )

Стоппард не случайно настаивает на схожей обстановке той же единственной комнаты: «нет необходимости заменять предметы быта, присущие началу прошлого века, современными — пускай соседствуют на одном столе». Для драматурга важны перемены в человеческой психологии — если они и в самом деле появились за пару столетий (будь изменения свидетельством деградации или прогресса).

Среди наших современников первое место занимает — в пьесе и постановке — Ханна Джарвис, писательница, которая, как тогда Байрон, гостит в том же поместье. Для Веры Бабичевой, актрисы нервной и энергичной, важно, что её Ханна — единственный человек, способный сочетать мысль и чувство, реальность существования и возможность полёта. Баланс между приземленностью и мечтой — не условие ли мифической и манящей Аркадии? Ханна у Бабичевой резка, но и по-женски уступчива: положение автора бестселлера осложняется помолвкой со старшим сыном хозяйки, сегодняшним математиком, который не верит в открытия, сделанные когда-то его дальней родственницей. Валентайн в исполнении Андрея Рогожина — ещё одно точное актёрское создание, бесстрастный приверженец точной науки.

Ханне удаётся пробудить в нём человечность, но надолго ли? Остальные современники выглядят бледнее, будь то антипод Ханны — байроновед Солоуэй, падкий на мыльные сенсации, или ещё одна представительница владетельного рода — раскованная, а на деле зацикленная на утверждении своей свободы Хлоя. У молодых актёров, включая и Ивана Макаревича, единственного, кто исполняет две роли — Гаса из века ХIХ и Огастеса из века ХХ, заметен общий недостаток: они обучены, но не воспитаны.

Это означает приемлемое поведение их персонажей на уровне обыденности (органично — на профессиональном сленге), простейших реакций, «сериальности» — в послужном их списке мелькают то «Моя прекрасная няня», то «Бой с тенью». Съёмки в такого рода действах опасны — особенно для молодых, не обладающих иммунитетом, — ориентацией на непритязательного зрителя. На сцене молодые не в состоянии ни осознать место своего героя в общей мозаике образов, ни сыграть родственное сходство, ни даже актёрски выступить сплочённой командой со старшими.

Есть и претензии к более опытным лицедеям, поскольку самыми уязвимыми моментами спектакля оказываются состязания интеллектов. Из трёх видов энергии, которые должны властвовать на подмостках, в необходимой мере есть лишь эмоциональная, традиционно сильная для русской сцены. Менее благополучно с другой — энергией физических действий, хотя кто-то из молодых может пройтись колесом. Но вот с мозговыми атаками и усилиями совсем скверно. Там, где у драматурга напряжение поиска, как правило, заключённое в монологи, исполнительница подменяет его взрывом эмоций, порой меняющим смысл происходящего, а то его и вовсе отменяющим. Это общая беда столичной сцены: на премьере «Аркадии» не раз и не два вспыхивал групповой гогот — свидетельством присутствия в зале тех, кто пришёл не понимать, но ржать.

Справедливости ради: театр предыдущими работами «Концертом для белых трубочистов» и «Хрониками Нарнии» сам спровоцировал необандерлогов. В связи с такой аудиторией: зря постановщик пренебрёг фигурой самого Байрона — его зримый образ (на портрете ли, тенью, безмолвным персонажем или ещё каким-либо способом) придал бы происходящему на сцене масштаб, который замышлял Стоппард. Пусть даже русской публике облик поэта скажет меньше, чем жителю Альбиона, — достаточно представить на его месте Лермонтова или Блока, чтобы оценить замысел драматурга. Тогда бы и сами актёры внимательнее отнеслись не только к цитируемым ими строкам Байрона, но и к той изощрённой словесной игре, затеянной Стоппардом и блестяще переданной переводчиком Ольгой Варшавер. Эта сторона представления проработана недостаточно.

Но самое ценное — внятный поворот Сергея Голомазова и Театра на М. Бронной от поверхностной развлекаловки к полнокровному повествованию, рассчитанному на подготовленную публику. Ведь сегодня большинство не только второсортных антреприз, но некогда солидных стационаров превращены в балаганы при соответствующем зрителе, которому упорно внушают, что какая-нибудь «Голая пионерка» или «Фигаро» и есть настоящее искусство. Даже былой «театр интеллигенции» — МХТ — с радостью променял верную и грамотную аудиторию на новую толпу. Среди сотен столичных театров по пальцам можно перечесть тех, кто требует к себе уважения: с «Мастерской П. Фоменко» во главе. Новой премьерой в невеликую ту флотилию включается, возобновляя славные свои традиции, и Театр на М. Бронной.

 

Геннадий Демин

Планета Красота

[ свернуть ]


Здесь был Байрон

9 декабря 2015
  Одним из первых новый театральный сезон в Москве открыл Театр на Малой Бронной. Главный режиссер театра Сергей Голомазов представил премьеру спектакля по знаменитой пьесе Тома Стоппарда «Аркадия». РОМАН Ъ-ДОЛЖАНСКИЙ сделал все, чтобы начать сезон на оптимистическо... [ развернуть ]

 

Одним из первых новый театральный сезон в Москве открыл Театр на Малой Бронной. Главный режиссер театра Сергей Голомазов представил премьеру спектакля по знаменитой пьесе Тома Стоппарда «Аркадия». РОМАН Ъ-ДОЛЖАНСКИЙ сделал все, чтобы начать сезон на оптимистической ноте.

В решении театра сыграть премьеру именно сейчас есть несомненная отвага — и она достойна некоторой «форы» со стороны рецензента. Смелость уже в том, чтобы отвлечь публику и критиков от летнего отдыха. Но и в том, конечно, чтобы играть буквально через неделю после завершения Чеховского фестиваля — обычным зрителям оно, может, и безразлично, а у зрителей профессиональных еще с губ не ушел вкус спектакля Робера Лепажа, не говоря о прочих героях закончившегося фестиваля.

Но сравнивать «Аркадию» нужно, разумеется, не с фестивальными деликатесами, а с той баландой, которой изо дня в день потчуют зрителя обычные московские театры. Сергею Голомазову не позавидуешь: он принял Театр на Малой Бронной недавно, в состоянии, многими оценивавшемся как безнадежное. На афише какие-то случайные названия, на иных спектаклях в зале народу меньше, чем на сцене, труппа разболтана донельзя и состоит из актеров, которых в разные годы приводили разные режиссеры — кстати, все до единого «съеденные» предыдущим директором.

Включение в афишу «Аркадии» Тома Стоппарда — шаг в высшей степени разумный. Пьеса эта, многими оцениваемая как лучшая английская пьеса прошлого века, наверняка пришла на ум господину Голомазову не случайно. Когда-то он играл в знаменитом спектакле Евгения Арье в Театре Маяковского «Розенкранц и Гильденстерн мертвы». А Стоппард такой, знаете ли, автор, что, раз попав под его обаяние, освободиться от «стоппардомании» невозможно — будь ты хоть гениальным режиссером, хоть посредственным. Что касается именно «Аркадии», то она для репертуарного театра просто подарок: у Стоппарда философская притча и сюжетная комедия так ладно ужились в пределах одного драматургического текста, что трудно было бы посоветовать театру нечто столь же беспроигрышное. Кто пришел просто посмеяться, найдет немало поводов, но и тот, кому подавай интеллектуальные изыски, не уйдет обиженным.

Действие «Аркадии» разворачивается в одной и той же комнате английского загородного поместья, но с интервалом почти в двести лет: в начале позапрошлого века и в конце прошлого. Главные герои старой истории — дочь хозяев имения Томасина и ее учитель Септимус Ходж, новой — современные литературоведы, строящие гипотезы относительно приезда в имение лорда Байрона и последствий этого визита. Для одних героев «Аркадии» Байрон реальный человек, только что вышедший в дверь, для других — объект исследований, догадок и спекуляций. Том Стоппард пишет, конечно, не о Байроне (он и на сцене-то не появляется), а о самом времени, о желании людей объяснить ход вещей, о стремлении посмотреть сквозь время, как вперед, так и назад. Пишет он с лукавством и с юмором, с умом и с грустью.

В достоинствах «Аркадии», как обычно бывает, скрыты и опасности ее сценического воплощения. Если слишком увлечься философией — засушишь историю, пьеса станет скучной, но не сэра Стоппарда в этом надо будет обвинять. Если, напротив, слишком испугаться всяких подтекстов и рассуждений о научных материях — «Аркадия» превратится в салонную комедию, причем так покорно и податливо, что насильник даже не осознает себя преступником. С первым «уклоном» Сергей Голомазов справился без видимых усилий, второму соблазну все-таки поддался, но не настолько, чтобы вынести ему строгий выговор. «Аркадия» — спектакль добросовестный, полноценный. Если и вышел он несколько поверхностным, то не потому, хочется думать, что режиссер пренебрег смыслами, а потому, что попутно должен был решать другие, не менее насущные задачи.

Например, задачу приличного внешнего вида, весьма актуальную для любого нашего театра. Это традиционно слабое место господин Голомазов «прикрыл» — позвал на Бронную опытных профессионалов, додинского сценографа Алексея Порай-Кошица и художника по костюмам Викторию Севрюкову. Что касается труппы, то тут «прикрывать» было сложнее. С двумя приобретениями театр можно поздравить — молодые герои, Томасина и Септимус, сыгранные Антониной Шеиной и Данилом Лавреновым, работают по крайней мере без фальши. У них еще нет тех кондовых актерских повадок, которые нужно бы наждачным камнем сдирать с большинства занятых в «Аркадии». Остается надеяться, что амбиции Сергея Голомазова простираются дальше простого украшения афиши серьезными названиями.

Роман Должанский

Коммерсант


[ свернуть ]


На Бронной устроили теплообмен

9 декабря 2015
Самую первую премьеру нового театрального сезона сыграли на Малой Бронной. В минувший уик-энд здесь усилиями профессионалов и студентов пытались разобраться в законах термодинамики, высшей математики и премудростях любви. Именно с интеллектуальной пьесы Стоппарда «Ар... [ развернуть ]

Самую первую премьеру нового театрального сезона сыграли на Малой Бронной. В минувший уик-энд здесь усилиями профессионалов и студентов пытались разобраться в законах термодинамики, высшей математики и премудростях любви. Именно с интеллектуальной пьесы Стоппарда «Аркадия» Бронная амбициозно вышла на старт.

«Аркадия» — уж больно изящная и заковыристая вещица, которой предпослан эпиграф «Наука и не подозревает, чем она обязана любви». Именно на сложных параллельно-перпендикулярных отношениях точных наук с чувственной сферой построил свою знаменитую пьесу драматург острого ума. Режиссер Сергей Голомазов постарался поверить алгеброй дисгармонию человеческих отношений, случившихся в 1809 году и в наше время.

Зеркало сцены перекрыто стеной из стекла с высокими дверями. За ними — темнота. Перед ними — пара: домашний учитель и девчонка-подросток напротив друг друга за столами по разные стороны сцены. Она — нахально-дерзкая, юный гений Томасина. Он - Септимус Ходж, друг Байрона, сноб и денди усилиями художницы Виктории Севрюковой. Их дуэт — как дуэль: малышку интересуют одновременно математика и карнальные объятия (соитие). Учитель снисходительно демонстрирует острый и насмешливый ум поэта, достойный друга лорда Байрона. Дуэль занятно пикантна и хороша по исполнению — молодые артисты Антонина Шеина и Даниил Лавренов строят диалог легко, изящно. Научные изыскания разнообразят человеческие страсти в графстве Каверли — кто-то кому-то без устали изменяет, кто-то кого-то без устали соблазняет.

Простая, но легкая декорация (Алексей Порай-Кошиц) работает как машина времени. Герои открывают высокие стеклянные двери, запуская на авансцену героев уже из ХХ века. А те, в свою очередь, с дотошностью Скотленд-Ярда копаются в прошлом тех, кто скрылся за дверьми, и ищут вещдоки своих историко-филологических теорий: что делал Байрон в графстве, с кем, когда и каким образом это отразилось на его творчестве. Таким образом режиссер с артистами протянул через трехчасовое действие идею теплообмена энергии людей разных эпох. Попытка носила детективный характер, доведенный до страсти и точки кипения писательницей Ханой (Вера Бабичева) и профессором Бернардом Солоуэй (Дмитрий Цурский). Артисты с такой яростью присваивали себе чужой конфликт, что во втором акте действие потеряло прежнюю легкость. Впрочем, этой паре можно только посочувствовать: в общем хоре им оставлены самые длинные и перегруженные именами, датами, фактами и прочей информацией партии. От этого псевдонаучного перебора временами терялась суть происходящего. Интересная музыка Елены Паршиковой и Ивана Макаревича (последний еще сыграл и небольшую роль) адекватно отражала характер постановки, но использовалась весьма грубо.

Тем не менее для Бронной с репутацией театра аутсайдера эта постановка, безусловно, является прорывом. И, что немаловажно, — серьезным поводом открыть новое поколение артистов: прежде всего упомянутых выше Шеину с Лавреновым, а также Екатерину Дубакину (Хлоя) в качестве перспективной театральной актрисы, а не только бебешки из популярного сериала.

 

Марина Райкина

МК

[ свернуть ]


Удовольствие от прочтения

9 декабря 2015
Художник Алексей Порай-Кошиц выстроил на сцене мир старинного английского поместья. От пола до потолка высится стена, выходящая в сад: много стекла, обрамленного темным деревом. Пространство дома семьи Каверли ограничено авансценой — узкий пятачок, уютно заставленный... [ развернуть ]

Художник Алексей Порай-Кошиц выстроил на сцене мир старинного английского поместья. От пола до потолка высится стена, выходящая в сад: много стекла, обрамленного темным деревом. Пространство дома семьи Каверли ограничено авансценой — узкий пятачок, уютно заставленный старинной мебелью с блестящими латунными ручками. А занавес в этом спектакле, что закрывается в финале первого акта, не занавес в привычном понимании: подобно тяжелым гардинам он отгораживает дом от неуютного пустоватого сада, оставляя зрителей на время антракта внутри спектакля, а не наедине с театральным буфетом. Действо, по сути, не прерывается: просто комнату на время покидают ее обитатели.
Действие самой известной пьесы живого классика Стоппарда разворачивается в одной и той же комнате, но попеременно: то два века назад, то сегодня. И в обоих случаях тень лорда Байрона преследует героев: то в виде Септимуса Ходжа (Данил Лавренов), друга учителя хозяйской дочки Томасины, то в образе исторического персонажа, про которого много десятилетий спустя можно написать книгу по сохранившимся в усадебной библиотеке документам.

Со сложным текстом пьесы Стоппарда худрук Бронной Сергей Голомазов обошелся бережно: хоть и сократил, но сокращения эти ухо не режут. На самом деле большая заслуга команды, работавшей над «Аркадией», в том, что пьесу они не испортили. Напротив, это тот редкий спектакль, который можно слушать. То есть смаковать реплики, получая удовольствие от языка (перевод с английского — Ольги Варшавер). Похоже, подобное удовольствие получают и актеры.

Героиня Веры Бабичевой — современная писательница Ханна Джарвис, яркая, взбалмошная и острая на язык дамочка. Она бесконечно пикируется с коллегой-конкурентом Бернардом (Иван Шабалтас), держит на расстоянии жениха Валентайна Каверли (Андрей Рогожин), осаживает дочку хозяев. Эта кошка в окружении мышек упивается интеллектуальной игрой, жонглируя словами и интонациями.

Шабалтас же, напротив, играет этакого развязного хлыща, напыщенного, неудачливого и неталантливого — что становится совсем очевидно от того, как мелким горохом сыплются умные слова. Он не говорит, а трещит, почти через запятую, интонация появляется лишь в тех местах, где Бернард Солоуэй переходит на человеческую речь с наукообразной.

Худрук Театра на Малой Бронной, будучи педагогом РАТИ, активно привлекает к работе в театре и своих теперешних учеников, и недавних выпускников мастерской. «Аркадия» не стала исключением. Юную Томасину Каверли играет Антонина Шеина, и в сочетании с удивительным личным актерским обаянием мощный текст Стоппарда в устах миниатюрной черноглазой девочки (того и гляди поверишь, что ей взаправду тринадцать!) обретает почти космический масштаб. А за Хлоей Екатерины Дубакиной вовсе очень приятно наблюдать. Между прочим, это та самая Дубакина, что сыграла Машу в ситкоме «Моя прекрасная няня»: так сериалы порой не портят артистов, а, напротив, дают им путевку в профессию. Какой-то совершенно женский получился спектакль: мужчины у этих женщин просто на подхвате, чтобы вовремя реплику подать, хлесткую, как крученая подача во время игры в теннис. 

При всем том пиетете перед текстом, который явно испытывала вся команда, Голомазов использовал этот естественный трепет в свою пользу. Позволяя пьесе и драматургу стать полноправным участником постановки, в течение всего спектакля он находит много изящных режиссерских решений. Вот одно из них. В финале пары собираются танцевать вальс и танцуют его не шелохнувшись. Прислонившись спинами к притолокам открытых в сад дверей, дамы и джентльмены просто смотрят друг другу в глаза, но при этом со всей очевидностью кружатся в бессмертном «раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три».

Анастасия Томская

Журнал "Театрал"

[ свернуть ]


Сто пудов любви и никакого выхода

9 декабря 2015
Актрису Веру Бабичеву настоящие театралы знают уже давно благодаря ее работам в спектаклях Театра им. Вл. Маяковского. Телезрителям хорошо запомнились образы, созданные артисткой в сериалах «Обручальное кольцо» и «Крем». Сегодня Вера Бабичева играет в спектаклях Теат... [ развернуть ]

Актрису Веру Бабичеву настоящие театралы знают уже давно благодаря ее работам в спектаклях Театра им. Вл. Маяковского. Телезрителям хорошо запомнились образы, созданные артисткой в сериалах «Обручальное кольцо» и «Крем». Сегодня Вера Бабичева играет в спектаклях Театра на Малой Бронной «Три высокие женщины» и «Аркадия», которые идут с неизменным успехом.

«Yтро»: Вера, что было самым сложным в работе над ролью Ханы Джарвис в спектакле «Аркадия»?

Вера Бабичева: Пьесу я прочла лет 15 назад, и тогда эта роль меня околдовала. Я мечтала о ней все эти годы. Когда постановщик спектакля Сергей Голомазов начал работу над «Аркадией» и доверил роль Ханы мне, это было счастье. Сначала у нас с ним все совпадало: тема спектакля и роли — у нас вообще схожий театральный вкус, недаром я сыграла в восьми спектаклях, поставленных им. Но вдруг мы разошлись в понимании этой роли. Он представлял Хану неким библиотечным червем, а я шла от слова «писательница», которое есть в пьесе Стоппарда. Его героиня, ставшая автором бестселлера, ищет в жизни ответа на вопрос, почему нет любви, нет теплоты, а есть предательство и холод. Вот такой образ Ханы Джарвис я отстаивала, боролась с режиссером, и так ему надоела, что он мне поверил. 

“Y”: Как вы думаете, почему «Аркадию» называют лучшей пьесой современности?

В. Б. : Потому что она восхитительна. В ней есть все. Она обращена к умным людям, и этим самым поднимает людей в их собственных глазах, ведь с ними говорят на языке мудрецов. Я обожаю пьесы Чехова, они всегда меня волновали. И все, что Чехов так мучительно, до смерти любил или ненавидел, к нам пришло в новом времени и в новом качестве — написанное потрясающим человеком Томом Стоппардом. В «Аркадии» тоже «сто пудов любви и никакого выхода». Я влюблена в обоих — и в Чехова, и в Стоппарда, как Хана Джарвис в отшельника. Смотреть этот спектакль и играть его — значит уважать самое себя.

“Y”: Вы играете в спектакле Сергея Голомазова «Три высокие женщины» по пьесе Эдварда Олби, который идет уже шесть лет. Почему, на ваш взгляд, эта постановка так любима зрителями?

В. Б. : Это гениальная и очень честная пьеса. Мы пытались быть в ней честны перед зрителем, как перед Богом. Мы ведь в жизни стараемся не говорить о смерти, потому что нам страшно, хотя мы все знаем, что уйдем из этого мира. В спектакле мы пытаемся понять, что же это такое — конец жизни? Что есть финал? Что есть наши ошибки? Было страшно на репетициях заглядывать «туда», а также в свою жизнь, и в свои ошибки — иначе это не сыграть. Мы стараемся делиться со зрителем тем, что с нами происходит сейчас, и спектакль каждый раз идет по-новому. Это тоже одна из причин популярности спектакля. Следить за тем, что происходит с актером, для зрителя бывает интереснее, чем следить за сюжетом.

“Y”: Как вы готовитесь к спектаклю? За неделю, за день, за несколько часов?

В. Б. : Мои педагоги меня учили: в день спектакля ты должен проснуться своим персонажем. Так и я учу своих студентов. Не в том смысле, что я сошла с ума, проснулась Ханой Джарвис и заговорила по-английски. Нет. Я делаю все обычные вещи — чищу зубы, готовлю обед, мою посуду, но будто надеваю на себя своего персонажа. Так происходит уже много лет. Я стараюсь ни с кем не встречаться в этот день, не репетировать. Но когда такое случается, то я становлюсь под душ, смываю с себя весь этот день и снова накладываю грим. 

“Y”: С кем из режиссеров вам и интереснее и сложнее всего работать?

В. Б. : Конечно, с Сергеем Голомазовым, моим мужем. Он всегда предлагает интересные, парадоксальные ходы. Я люблю играть в его спектаклях, потому что в них всегда остается возможность расти. Но играть в его спектаклях я люблю больше, чем репетировать. С ним сложно работать, потому что он ко мне необъективен, все время упрекает меня, что я не идеальна, а я считаю, что он не может требовать от меня идеала. И он не дает на репетициях ту необходимую мне свободу, которая есть у других актеров. Но, как говорил Мандельштам своей жене: «Кто тебе сказал, что мы должны быть обязательно счастливы?». Кто мне сказал, что это должно быть обязательно легко? Но играть в его спектаклях — это счастье.

Виктория Семенова

Yтро.ру

[ свернуть ]


На фоне Байрона

9 декабря 2015
Так сложилось, что первой драматической премьерой нового сезона стал спектакль «Аркадия» в Театре на Малой Бронной, поставленный художественным руководителем театра Сергеем Голомазовым. Если верить примете, что как сезон начнешь, так его и проведешь, театральный год ... [ развернуть ]

Так сложилось, что первой драматической премьерой нового сезона стал спектакль «Аркадия» в Театре на Малой Бронной, поставленный художественным руководителем театра Сергеем Голомазовым. Если верить примете, что как сезон начнешь, так его и проведешь, театральный год обещает быть весьма качественным по своей драматургической составляющей, режиссерски грамотным и профессиональным, но без особых потрясений. Так что в данной ситуации примете хочется верить лишь наполовину.

Англичанин Том Стоппард, особенно после триумфа «Берега утопии» Алексея Бородина в РАМТе, — почти что «наше все». Для Сергея Голомазова он тоже персона весьма значимая, он и играл в его пьесах, и ставил их. Без особого, впрочем, резонанса, но отнюдь не провально. К тому же Голомазов, в отличие от многих прочих постановщиков, — режиссер думающий. Хотя это не упрек «всем прочим» в легкомыслии. Просто думы бывают разными. Голомазова, кажется, более волнуют не аспекты самовыражения, не стремление быть модно-эпатажным, но та самая литературно-драматургическая основа спектакля. Он всегда уважительно относится к любому автору, отбирая их, впрочем, очень тщательно и пристрастно. Он полон желания разгадать авторскую мысль и адекватно перенести ее на сценический язык, не смущаясь философскими длиннотами, многословием и обилием концепций и сюжетных поворотов, от которых иной легко бы избавился с помощью ножниц. 

Но Том Стоппард, пусть и признанный многими знатоками лучшим драматургом ХХ столетия, для отечественной публики, особенно той, что причисляют к категории «массовой», весьма непрост. А все потому, что блестящий стилист и замечательно образованный человек нуждается в публике одной с ним интеллектуальной категории. Особенно это касается пьесы «Аркадия», где в обманчиво легкой форме смешано все что можно: философия и математика, литература и этика, прошлое и настоящее. К тому же все ее персонажи — люди исследовательского склада ума и характера, для которых, вероятно, делом всей жизни может стать поиск неизвестной записки лорда Байрона или математические изыскания, а не борьба за хлеб насущный и прочие земные блага. То самое, что тяготит сегодня среднестатистического россиянина. Пропустить все это через себя бывает сложно, понять иначе стоппардовскую историю невозможно. Пусть он и обрамляет ее замечательным сюжетом с влюбленностями, дуэлями и прочими жизненными вещами.

Кстати, «Аркадия», востребованная в мировом театре пьеса, в России этим похвастаться не может. Из памятных спектаклей — лишь версия эстонского режиссера Эльмо Нюганена в петербургском БДТ. «Аркадия» же Александра Марина в Театре под руководством Олега Табакова не снискала особой популярности и долгой сценической жизни, сегодня же и вовсе забыта. Так что Сергей Голомазов с этой пьесой на столичной сцене — по-своему первопроходец, конечно же, пустившийся в рискованное путешествие. Безусловно, заслуживающее уважения своими высокими целями. Проблема в том, что актеры Театра на Малой Бронной воплотить эти цели в жизнь, кажется, еще не слишком готовы.

Тем более что Сергей Голомазов ставил, как уже говорилось, скорее, просто пьесу Стоппарда, чем собственное режиссерское к ней отношение. Ставил грамотно, умно, профессионально, без постановочных изысков, доверяясь именно актерам. К тому же сценограф Алексей Порай-Кошиц с помощью массивных деревянных раздвижных дверей, атрибута аристократического английского дома, отсек актеров от сценических глубин, выдвинул их на авансцену так, что кроме «крупного плана» ничего и не осталось. Здесь ведут свои то научные, то весьма рискованные диалоги юная Томасина (Анастасия Шеина) и ее учитель Септимус Ходж (Данил Лавренов). Тут порхает шумная и экзальтированная леди Крум (Лариса Богословская). Пишет свои вирши и ревнует поэт Эзра Чейтер (Владимир Ершов), топочет громогласный капитан Брайс (Владимир Яворский).

Двери сходятся и расходятся, впуская на сцену век ХХ. Все тот же дом, все та же мебель, разве что современный ноутбук мог бы внести некий диссонанс, но не вносит. Слегка меняется стиль речи, но суть все та же. Разница лишь в том, что современники великого Байрона (о котором только и столько говорится) сами становятся предметом исследований современников Стоппарда. Среди них писательница Ханна Джарвис (Вера Бабичева), профессор Бернард Солоуэй (Дмитрий Цурский) и прочие, точно так же смешивающие любовь и науку, откуда сами собой рождаются зерна истины. Впрочем, визуально смешиваются и эти две эпохи: персонажи, не видя друг друга, порой оказываются рядом, едва ли не берясь за руки.

Но так было во всех виденных «Аркадиях». К чести Сергея Голомазова, он пытался удержать баланс между высокими длиннотами монологов и житейской историей на должном уровне. Впрочем, артисты более тяготели к вещам привычно бытовым. Так, Ершов — Чейтер и Яворский — Брайс порой погружались в какую-то комическую стихию мольеровского толка. И Богословская — леди Крум с излишним энтузиазмом изображала зрелую, но экзальтированную «институтку». Куда живее вышла Ханна Джарвис у Веры Бабичевой, сумевшей сыграть и ученую даму, и просто женщину с не очень ладной судьбой. Что же касается явных актерских удач, то их можно записать на счет молодых Данила Лавренова — Ходжа и Анастасии Шеиной — Томасины. Первый умел жить на сцене между слов, в паузах и зонах молчания. Вторая виртуозно представляла тринадцатилетнюю девочку, со знанием дела и юношеским темпераментом.

Впрочем, для театральных гурманов, наверное, не меньшим удовольствием стало бы домашнее уединение с пьесой Стоппарда. Ведь она пока так и осталась сценической загадкой, ребусом, который на Малой Бронной попытались разгадать, но так до конца и не смогли. Но иногда и попытка бывает ценнее результата. Стоппард же, вероятно, не прочь будет воспринять и театральный диалог с самим собой, а не только дань почтительного уважения.

 

Ирина Алпатова

Газета "Культура"

[ свернуть ]